The fall (ЛП)

— Я никогда в жизни так ничего не боялся, — тихо говорит он.

— Не бойся, — шепчу я в ответ. — Я позабочусь о твоей безопасности.

Слова ложатся, как одеяло, согревая пространство между нами.

— Я сделаю для тебя все, — шепчет он ленивым, сонным голосом.

Перед глазами мелькает разбитый желтый «Порше», окровавленные костяшки пальцев и синяки на щеках. Я сглатываю. — Понимаю.

Даже когда я пытаюсь заснуть, я не могу не думать о прошлой ночи и сделке, которую я заключила с Маркусом. Все это кажется таким далеким, как в другой жизни. Тем не менее, это сделка, которую нельзя нарушить, обещание, данное опасному человеку. Только один раз, думаю я про себя.

Я найду выход.

Я найду способ выбраться из той передряги, в которую попала.

Мы лежим тихо, и я слушаю, как его дыхание постепенно выравнивается, и он засыпает.

— Я не боюсь влюбиться в тебя, — тихо говорю я, зная, что Джастин меня не услышит. — А если и так, то уже слишком поздно.

Через несколько мгновений, или, по крайней мере, так кажется, дверь спальни распахивается, и возбужденный Коди вскакивает на мою кровать.

— Сегодня мой день рождения! Это мой день рождения!

Кровать шатается, когда Коди прыгает вверх и вниз, хлопая в ладоши. Мои глаза слипаются от усталости, и только когда Коди случайно пинает меня в ногу, они наконец открываются. Первое, что я замечаю, это то, что Джастина больше нет рядом со мной. Мое сердце на мгновение сжимается, но потом я слышу стук в ванной и немного расслабляюсь.

Это был не сон.

Протянув руку, я раскрываю объятия для Коди, и он с улыбкой плюхается на меня сверху.

— С Днем рождения, — говорю я, крепко обнимая его и наслаждаясь ощущением любимого мальчика в своих объятиях. — Боже мой! — я задыхаюсь, держа его на расстоянии вытянутой руки. — Ты вырос за ночь?

Я смеюсь, когда Коди вырывается из моих рук, чтобы снова запрыгнуть на кровать.

— Может быть, — отвечает он. — Мне уже пять.

— Так и есть.

Джастин появляется в дверях спальни с тапочками Коди в руке. — Чувак, надень тапочки, и я приготовлю тебе завтрак на день рождения, хорошо?

— А как же мама? — спрашивает Коди, все еще подпрыгивая. — Она тоже?

— Пусть мама немного поспит, — отвечает Джастин.

— Окей, — в последний раз подпрыгнув, Коди со стуком спрыгивает с кровати. — Джастин, мы скоро будем есть торт? А подарки? И когда мы пойдем в Макдональдс?

— Начнем с завтрака.

Коди танцует, надевая тапочки, и я потягиваюсь, не в силах скрыть зевоту.

Сидя на краю кровати, Джастин прикрывает мои открытые ноги. — Поспи еще немного, — говорит он. — Я присмотрю за ним.

— Ты не устал?

Он качает головой. — Я почти не сплю. Пару часов-это все, что мне нужно.

Сегодня день рождения Коди. Я должна была встать, но глаза просто не хотят сотрудничать, и чем больше я пытаюсь думать о том, чтобы встать, тем сложнее это кажется. Кроме того, роскошь сна, даже небольшого, слишком хороша, чтобы отказаться. Я улыбаюсь Джастину и киваю.

— Еще несколько минут. Обещаю.

Наклонившись, он целует мое обнаженное плечо. — Я приду за тобой.

Мои глаза закрываются, когда он уходит, прикрывая за собой дверь, мое тело расслабляется на простынях.

И все же я почти не сплю. Не могу перестать думать о прошлой ночи и обо всем, что к ней привело.

Когда я лежу, завернувшись в простыни и вдыхая наш запах, я понимаю, что именно поэтому быть с Джастином так опасно. В одно мгновение, одним прикосновением, одним взглядом он может снять тяжесть мира с моих плеч. С ним мне не нужно думать о клубе или о коллекторах, о Маркусе и его дерьме.

Он заставляет меня думать, что, может быть, у меня снова будет нормальная жизнь.

Он стал вопросом и ответом, началом и концом.

Он дает мне надежду.

Комментарий к Chapter Eighteen

поговорим об оральном сексе, давачьки?????????????????

========== Chapter Nineteen ==========

Скарлет

Когда я, наконец, выбираюсь из постели, я обнаруживаю Коди, стоящего рядом с Джастином на кухне, и они шепчутся. Запах теста и подгоревших блинов разносится по кухне. — Что вы двое задумали? — спрашиваю я, не в силах сдержать улыбку.

Взглянув на меня через плечо, Джастин поднимает лопаточку в воздух. — Блинчики.

Рядом с ним Коди глотает все подряд, его губы вымазаны шоколадом. — Они пригорают.

— Но тебе всё равно нравится, — смеется Джастин.

Подойдя к ним, я наклоняюсь над сковородкой, вдыхая запах топленого масла. Джастин очень осторожно скользит лопаточкой под блинчик, его костяшки пальцев бледнеют от напряжения, когда он переворачивает его, и нижняя сторона блинчика. Его рука сжимает лопаточку, и даже не глядя, я могу сказать, что он сжимает челюсть.

— Хочешь, чтобы я взяла дело в свои руки? — спрашиваю я, слегка прижимаясь к его боку, и протягиваю руку, чтобы немного уменьшить огонь на плитке.

Его рот дергается, глаза на мгновение впиваются в меня, прежде чем вернуться к плите. — Я сам.

— Нет, Джастин, пусть мама. Она сделает их получше.

Джастин качает головой и шепчет: — Предатель, — протягивая мне лопаточку.

Я провожаю их обоих к столу, пока буду спасать наш завтрак. Через несколько минут, с тарелкой, уставленной шоколадными блинчиками, я выключаю плиту и протягиваю руку между Джастином и Коди, чтобы поставить их на стол. От внезапного прикосновения пальцев Джастина к моему бедру по спине пробегают мурашки. Его прикосновение теплое, подушечки пальцев немного шершавые.

Я смотрю на него, но он смотрит, как Коди выливает галлон кленового сиропа на блины. Как будто я сделана из цемента, я застываю на месте, пока его теплые пальцы медленно скользят по моей ноге, задевая кожу под краем пижамных шорт. Все мое тело сотрясает дрожь, пробегающую по позвоночнику. Непреодолимое желание остаться там и позволить пальцам исследовать себя.

Вместо этого, с большей силой воли, я отступаю от его прикосновения и практически падаю на свое место. Мне не нужно смотреть на Джастина, чтобы понять, что на его лице ленивая улыбка. Краем глаза я вижу, как он почесывает подбородок, пряча улыбку. Улыбка становится шире, когда я пинаю его под столом.

— Ешь свои блинчики, — шепчу я, пытаясь быть серьезной.

Сидя так близко, зная, что всего несколько часов назад я лежала под ним, мне трудно смотреть на него, не чувствуя жара. Это ребячество, глупость и фантастика. Если бы я могла сдержать это чувство, я бы это сделала. Может быть, положить его на полку на другой день.

После завтрака Джастин проверяет работу по ремонту двери.

— Там ничего не осталось? — спрашивает он, проверяя новые замки.

— Ничего.

— И ты никого не видела?

Я качаю головой.

Мышцы вокруг его челюсти напряглись, Джастин кивает в знак согласия. Я вижу, что он проигрывает это в голове, беспокоясь о каждой детали, переживая свою неуместную вину за то, что его здесь не было.

— Не знаешь, кто бы это мог быть? — спрашивает он, снова закрывая дверь. Он выжидающе смотрит на меня, но я ничего не могу сказать.

Как будто мои губы приклеены.

Маркус уже показал, что не прочь причинить вред мне или моим близким, и мысль о том, что что-то случится с Джастином, вызывает у меня отвращение. С другой стороны, я уже видела, на что способен Джастин, и часть меня глубоко внутри знает, что так же, как Маркус способен причинить вред, у Джастина тоже есть опасная сторона. Поэтому я лгу. И я ненавижу это.

— Нет.

Остаток утра он молчит, погруженный в свои мысли. Перед самым обедом он собирается уйти, натягивая куртку на плечи и поправляя ее. Покусывая внутреннюю сторону щеки, я смотрю, как он кладет ключи в карман вместе с телефоном и бумажником.

Почувствовав мое беспокойство, Джастин останавливается и подходит ближе. — Я просто встречусь с некоторыми людьми. Я ненадолго, обещаю.

— Успеешь к торту?

— Конечно.

— Ты хочешь… — я облизываю губы, внезапно смущаясь. — Ты останешься на ночь?