Страница 30 из 72
— И что теперь? — я шепчу, но он как будто забыл, что я здесь.
Он поворачивается ко мне спиной, сцепив руки за головой, как будто пытается отдышаться, и вдруг его тело падает на колени, его руки все еще сжимают волосы, и он издает еще один стон. — Черт… — его голос тихий, приглушенный положением. — Я не могу поверить, что он это сделал.
Я протягиваю руку, но он внезапно встает, почти теряя равновесие. Он дышит так тяжело, что я вижу, как его грудь поднимается и опускается сквозь одежду. — Я убью его, — шипит он. — Если он прикоснулся к ней, я убью его.
Мой пульс учащается. — Кто, Сэм?
Я снова тянусь к нему, пытаясь успокоить, но он отстраняется, его глаза безумные — почти дикие — когда он смотрит позади меня на клуб. — Я убью его. Богом клянусь.
Я все еще тянусь к нему, когда он исчезает в последних серых часах утра.
Джастин не только не спит, когда я прихожу домой, но и разговаривает по телефону. Он тихо говорит, перед ним мерцает телевизор, звук приглушен. Я молча машу ему рукой, и он поднимает голову в знак приветствия.
Я стараюсь не подслушивать его разговор, но квартира такая маленькая и тихая, что я все равно не могу не слышать.
— Да. Нет… я сказал нет.
Он поднимает глаза, когда я прохожу между своей спальней и ванной. Прижав трубку к уху, он смотрит на мои ноги и обратно, прежде чем остановиться на лице. Я никогда не встречала никого, кто мог бы так много сказать своим молчанием.
— Я сказал, что приду, — говорит он, возвращаясь к своему приглушенному зову.
Я смываю макияж, наблюдая, как последние кусочки моего альтер эго кружатся в воде, прежде чем исчезнуть в канализации. Я поднимаю волосы, вытираю кожу и смотрю на свое отражение в зеркале. Без маски я снова чувствую себя голой, простой, ничем не примечательной, но я чувствую себя собой.
Когда я выхожу, Джастин заканчивает разговор и встает, пряча телефон в карман.
— Коди не доставил тебе слишком много хлопот? — спрашиваю я.
Он качает головой. — Заснул вскоре после твоего ухода.
Мы стоим тихо, лицом друг к другу, и оба ждем, что скажет другой. Ну, я в любом случае. Как обычно, Джастин смотрит на меня так, будто читает, как книгу, будто это у меня на коже написаны слова.
— Ты в порядке? — он спрашивает.
Пожав плечами, я натягиваю рукава свитера на руки. — Просто у меня была странная ночь, он смотрит на меня, ждет, чтобы я продолжила. — Думаю, ты уже привык это слышать, да?
Джастин сидит рядом со мной, когда я складываю ноги под себя на диване. — Я думаю, пропала одна из девушек из клуба.
— Как давно ее нет?
— Ее парень не видел ее с прошлых выходных.
Джастин кивает, его глаза оценивают. —
Ты беспокоишься о ней.
Чувство вины согревает мою кожу. — Не беспокоилась, пока не появился ее парень.
Мы молчим, он смотрит на меня, я-на свои колени. — Он беспокоится, что с ней что-то случилось. Это кто-то… — я даже не могу выдавить из себя ни слова, боясь, что произнесенные слова станут реальностью. Я поднимаю глаза и вижу, что Джастин смотрит на мои руки, лежащие на коленях. — Она и Маркус сильно поссорились в прошлую субботу. Это было безумие; я никогда не слышала ничего подобного. Кто-то сказал ему, что Лия урезала ему чаевые. Думаю, он был не очень счастлив, — Джастин отворачивается, его челюсть тикает, и я знаю, что пустой взгляд на его лице означает, что что-то происходит в его голове, чем он не хочет делиться. Он хрустит костяшками пальцев, глядя на мерцающий телевизор.
Я фыркаю. — Ты, наверное, думаешь, что я идиотка, раз работаю там.
Он поворачивается, и пассивное выражение его лица смягчается. — Я не считаю тебя идиоткой.
Он смотрит на меня так, будто находит меня самой интересной вещью в комнате, и я не знаю почему, потому что все, о чем я могу думать, когда он рядом, это как сильно я хочу, чтобы он поцеловал меня.
— Я лучше пойду, — говорит он, словно читая мои мысли.
Он встает, и я поднимаюсь на ноги. -Конечно. Я забыла, что уже так поздно. Или рано.
Мне приходится быстро подтягиваться, когда он внезапно останавливается. Он поворачивается ко мне. — Я… ээ… в следующую пятницу вечером… накануне Дня Рождения Коди? — я киваю. — Мне нужно уехать из города. Не знаю, вернусь ли я до того, как ты начнешь работать.
— Конечно, — отвечаю я. — Все в порядке, — любопытство бушует в моей голове, но я держу его под контролем. — Я посмотрю, сможет ли он провести ночь с Эйзади. Уверена, они не будут возражать.
Он молча кивает, как и каждый вечер перед началом прощения у входной двери. Мы тихо разговариваем, с каждой минутой становимся все ближе, но потом он отходит.
Он замолкает на полуслове, когда я понимаю, что совсем не слушаю его, просто наблюдаю за движениями его губ.
— Знаешь, ты можешь поцеловать меня, — слова вылетают у меня изо рта прежде, чем я успеваю их обдуматт.
Джастин тяжело сглатывает, его взгляд скользит между моими губами и глазами. Судя по выражению его лица, в его голове идет война. Наконец он говорит, — Я знаю.
Мои мышцы напрягаются от сдержанности, необходимой, чтобы не наклониться вперед и не поцеловать его. Я хочу, чтобы он поцеловал меня. Я должна знать, что я не единственная, кто провел весь день, думая о прошлой ночи.
Он вздыхает, и я качаю головой. — Но ты не собирался, не так ли?
Любое разочарование, которое у меня есть, смывается, когда Джастин мягко улыбается. — Я не хочу, чтобы ты думала, что я здесь поэтому.
— Так ты не хочешь поцеловать меня?
Моя улыбка совпадает с его. Так близко к нему я уже знаю его ответ. Я вижу это по тому, как он смотрит на мой рот, и по тому, как он наклоняется, прежде чем покачнуться назад, как будто он держит себя в руках, сдерживается.
— Я бы мог этого не делать, — говорит он, протягивая руку, чтобы провести по шее. — Но я не могу думать ни о чем другом.
Мое сердце замирает. Наконец-то я понимаю, что происходит в его голове. Зная, что это я путаю его, это не просто лестно, это полная поездка эго. Все, чего я хочу, это поцеловать его, чтобы увидеть, как он выглядит, когда наконец освободит свою крепость.
Он двигается вперед, пока не оказывается так близко, что я чувствую, как ткань его куртки касается моей рубашки, он тяжело дышит.
— Это все, о чем я думала последнее время.
— Но здесь все под твоим контролем, Скарлет. Ты должна вести, иначе, — он прикусывает нижнюю губу, и волна похоти прокатывается по моей спине, — Я сделаю то, о чем потом пожалею.
На этот раз, когда мои щеки горят, я не скрываю этого. Я хочу, чтобы он знал, что я чувствую. Я хочу, чтобы он видел, что его слова и поступки влияют на меня больше, чем я показываю.
Его свободная рука нежно касается моей щеки, и он снисходительно улыбается, смех прерывается в его дыхании. — Ладно, на самом деле, я бы не пожалел об этом. Ни на секунду, — он роняет руку обратно. — Но ты можешь пожалеть. И я не хочу быть еще одним осложнением в твоей жизни.
Я тронута его заботливостью, на самом деле тронута, но логическая часть моего мозга отошла на задний план, и все, о чем я могу думать, это его тепло, вкус его губ и прикосновение его рук. Я прерывисто выдыхаю, протягивая руку, чтобы потянуть его за рубашку.
— Я не собираюсь притворяться, что моя жизнь не так уж сложна, Джастин, — я вижу, как его грудь поднимается и опускается прямо перед моими глазами, доказательство того, что он не так равнодушен к этому, как кажется. — Но я зашла так далеко одна, так что если желание тебя делает меня глупой или эгоистичной, то я готова жить с этим.
— Потому что, Джастин, — шепчу я и чувствую, как его рука сжимает мою. — Мне нужно, чтобы ты поцеловал меня, — я прижимаюсь головой к его груди, подавляя желание прижаться к нему полностью, — потому что если ты этого не сделаешь, я сойду с ума.
Он не отвечает. Он просто целует меня.
Ну слава Богу.
Комментарий к Chapter Thirteen
ААААААААААААА!!!!
========== Chapter Fourteen ==========