Страница 3 из 13
Хриплый успел сделать всего пару шагов в сторону двери на лестницу, а Писклявый развернулся в сторону общего зала. Именно в этот момент закричавший Макс с топором и обрезом выскочил в коридор и открыл огонь.
Глава 2
Меткая стрельба в играх и в реальной жизни это совершенно разные вещи. Пока не поймешь и не попробуешь в рельной жизни насколько сложно целиться, и насколько сильна отдача у оружия, ты никогда не станешь хорошим стрелком.
Если быть откровенным с самим собой, а Макс предпочитал с собой быть откровенным, то стрелком он никогда быть не хотел. Несмотря на то, что по воле обстоятельств, ему пришлось браться за оружие и даже стрелять время от времени, хорошим стрелком он не стал. В пользу неумелого стрелка в коридоре заброшенного здания сыграло несколько обстоятельств сразу.
Во-первых, не стоит недооценивать фактор внезапности. Хриплый и Писклявый не были профессиональными солдатами, следопытами, убийцами, и еще кем бы то ни было. Потому что любой профессионал был бы готов к внезапно появившемуся противнику. А некоторые бы еще и новые следы увидели. Поэтому вместо уворота, прыжка или ответной атаки Писклявый просто застыл с глупым выражением на лице и даже не потянулся к оружию, а Хриплый разве что только и успел начать поворачиваться и формировать что-то пакостное в руке. Может шар огня, может молния, никто уже не узнает.
Во-вторых, Макс использовал обрез. С какой-то стороны это крайне непрактичное оружие, ведь оно всего двухзарядное, не слишком точное при стрельбе пулевым патроном, тяжелое и неудобное. Но именно его немногочисленные плюсы сыграли на пользу. Макс совершил сдвоенный выстрел картечью, что гарантированно уничтожало все в ближайших пятнадцати метрах. Если говорить про данный случай, то все, кроме Писклявого.
Некоторое время после выстрела Макс стоял без движения, все же впервые по живым людям стрелял. Если быть точным, то стрелял не впервые, но вот попал точно впервые. Спустя некоторое время он понял, что лучше всего было спрятаться обратно, перезарядить обрез, возможно еще раз выстрелить, и уже после второй перезарядки аккуратно выглядывать.
Оправдывал он сам себя (и перед собой же) тем, что это первый раз, а как известно, первый блин может и комом выйти, важно не превращать это в постоянную привычку.
Когда пороховой дым рассеялся, и в ушах перестало звенеть, Макс услышал крик – Писклявый был еще жив, но количество ран и отсутствие у Макса желания ему помогать гарантировали, что жить ему осталось недолго. На всякий случай Макс аккуратно ударил его обухом топора по голове, и только потом догадался начать перезарядку обреза. Серебряных патронов было жалко, но как бы дороги они ни были, свою жизнь Макс ценил намного выше.
С обрезом на вытянутой руке он приблизился к Хриплому, но предосторожность оказалась излишней, картечь попала в голову и выглядело это смертельно.
Что делать дальше Макс представлял слабо, но улетать было рано, заряда батарей до острова не хватит. Таким образом надо было или спускаться вниз в поисках напарников этой парочки, или ждать их тут. Еще можно было надеяться на отсутствие напарников, и этот вариант Максу нравился больше всего.
Бесчувственное тело Писклявого он разоружил и оттащил в целый кабинет. Там используя подручные средства примотал его к креслу. Надо было узнать побольше информации, пока бедняга окончательно не двинул кони. Разница между тремя бесполезными трупами – безопасника и двух сектантов, и тремя трупами с полезной информацией была очевидна. Макс очень сильно надеялся, что эта разница сохранит ему свободу, жизнь и ясный рассудок. Слишком много страшных историй ходит про подвалы службы безопасности.
Писклявого он привел в чувства несколькими сильными пощечинами. Как показывает практика, этот универсальный метод в любом мире работает безотказно.
– Что тут… Ты еще кто такой?! – возмущенный голос Писклявого был не слишком бодрым, да и сам он был слишком бледным.
– Я человек с обрезом, – Макс хотел сказать какую-нибудь крутую фразу, которых полно у героев боевиков, но получилось откровенно слабо, – и вопросы буду задавать я.
Писклявый не успокоился и в меру своих сил начал ругаться и сыпать угрозами. Только универсальное средство в виде нескольких сильных пощечин его успокоило.
– Слушай, я зол и напуган, поэтому могу выстрелить. В твоих же интересах быстро ответить на мои вопросы и…
– И что? – перебил его Писклявый, – Отпустишь меня с миром? Это смешно.
Макс задумался. Что можно предложить человеку в положении Писклявого? Участнику запрещенной секты, совершившему страшное по наказанию преступление, и к тому же раненого так, что шансов почти нет.
– Я могу гарантировать, что не стану тебя пытать. Дам что-нибудь от боли и последние минуты ты проведешь без нее. В противном случае я отстрелю тебе что-нибудь ненужное. Голову, например.
– Не верю я тебе. Пошел ты! – Писклявый рассмеялся и плюнул в сторону Макса, но промахнулся. Макс же выстрелили и не промахнулся.
Очнулся Писклявый когда Макс уже закончил накладывать жгут под коленом. Кровь из того, что раньше было стопой уже перестала идти, что было хорошим знаком. На всякий случай Макс разорил свою аптечку на пару препаратов, но решил что жгут лишним не будет.
Писклявый выглядел уже далеко не так уверенно, как пару минут назад. Сопли и слезы боли вытереть было некому, поэтому Максу даже на секунду стало его жалко. Через секунду он вспомнил что именно этот человек запытал до смерти безопасника, и никто не знает в чем еще был замешан. Человек родившийся в России по определению относится к новостям предвзято, но тут Макс был уверен что новости не врут, и все члены братства были в чем-то замешаны. Он придал себе уверенный вид и продолжил неприятную процедуру допроса. Для себя он решил, что не будет пытать беднягу и добьет его, если тот откажется говорить
– Послушай меня внимательно, я потратил на тебя дорогие лекарства – кивнул Макс на пустой шприц на полу, и продолжил резко наклонившись прямо к его уху, – Так что до ночи ты доживешь, я тебе гарантирую. И также я тебе гарантирую, что жрать тебя будут еще живьем!
– Ты этого не.. – в глазах привязанного Писклявого появилась неуверенность.
– Сделаю! – крикнул Макс ему в лицо и продолжил. – Сколько вас было? Дверь с лестницы я заминировал, но привлекать внимание не хочу. А ну отвечай быстро!
Вранье про заминированную дверь как-то само вылетело. То ли очередная оплеуха, то ли уверенный выстрел Макса в прошлый раз, но Писклявый заговорил. К сожалению знал он немного:
– Мы одни тут, нам задание дали, – он быстро закивал головой, словно пытаясь убедить своего собеседника, – простое же задание в самом деле, привезти этот полутруп, допросить и убить. На островах нельзя, там его найдут быстро, он же чипованый, а тут не работает ничего из имплантов, да и нет никого, вот только ты откуда-то взялся.
– Кто приказал? О чем допрашивали? Откуда его везли? – Макс начал сыпать вопросами.
– Я не знаю, я правда не знаю! – начал ныть Писклявый, – Мое дело простое, я занес его сюда и привязал, а дальше старший делал, – слабым голосом ответил он и кивнул в сторону выхода на лестницу, где все еще лежало тело его напарника. Ничего не поменялось, разве что крови натекло больше, что вызывало определенные опасения.
– Точное не знаешь? – Макс потянулся к топору, чтобы напугать его еще больше.
– Я тттооч… – Писклявый не договорил, уронил голову на грудь и замолчал.
Быстро натекающая лужа под стулом свидетельствовала о том, что замолчал он уже навсегда.
– Твою мать! – на русском выругался Макс, и пошел в сторону лестницы. Флаер еще предстояло найти. Желание же обыскивать другие этажи пропало окончательно.
Поиски заняли не больше получаса. Макс целенаправленно искал флаер, не отвлекаясь на обыски столов, шкафов и прочей уцелевшей мебели. Обнаружил он его двумя этажами ниже. Модель практически один в один как у него, разве что два пассажирских места – Макс свое демонтировал ради большей вместительности. Двери были открыты, в салоне царила практически идеальная чистота. Чехлы для оружия, явно не пустые и несколько намертво закрытых металлических ящиков – вот и весь груз. Макс убедился, что вокруг тишина, и вернулся обратно.