Страница 72 из 262
Она сидела в машине уже почти час и, не смотря на включенную печку, начинала замерзать. На улице уже давно стемнело, зимой ведь дни совсем коротки, и теперь снег, покрывший землю плотным ковром, блестел в свете фонарей. Со вчерашнего дня температура упала на 7 градусов, а снегопад усилился. Зато ветер совершенно стих, принес тучи, сделал свое дело и улетел куда-то в другое место по своим неотложным делам. Днем столбик термометра не поднимался выше -10, а под вечер температура упала до -15, для южного города это было слишком. Люди предпочитали сидеть в теплых домах, прохожих после 6 вечера не стало совсем, и это, не смотря на вечер пятницы, когда всех так и тянет поразвлечься. Только не в такую погоду, думала Фатима, завершая последние приготовления к делу, она была, наверное, единственной, кого погода радовала, да-да, она по-прежнему ненавидела холод и снег, но такая погода значительно облегчала маскировку, так почему бы и не порадоваться.
И еще больше радовало то, что с каждым часом снегопад все усиливался, пока, казалось, воздух не стал чем-то белым и подвижным, в такую погоду никаких следов не остается, и это тоже большой плюс. Видимость практически равнялась нулю, снег падал бесшумно и быстро, как будто у неба был план: к такому-то часу засыпать город и скрыть его под сугробами, и оно изо всех сил старалось не выбиться из графика. Движение на дорогах было затрудненным и медленным, дорожные службы работали без перерыва уже сутки, но справиться со стихией не могли. На обочинах и тротуарах выросли сугробы, высота которых порой достигала взрослому человеку по грудь, зато дети были счастливы, улицы превратились в настоящее царство Снежной Королевы. Днем, бегая по делам, Фатима видела, как они бегали и резвились в снегу, пытались лепить снежки, но от мороза снег был слишком пушистым и рассыпчатым и никак не хотел обретать форму. Зато и не мочил комбинезончики и варежки, и дети, радостно вопя, снова и снова ныряли в сугробы и катались по белоснежным полям, в которые превратились улицы Краснодара.
А вот взрослых такая погода совсем не радовала, они медленно преодолевали снежные барьеры, глядя себе под ноги и ругая «этот чертов снег», мешающий выгнать из гаража машину или грозящий провалить крышу. Почти все были закутаны до самых глаз шарфами и шапками, все в дутых куртках или в дубленках, под которыми были объемные шерстяные свитера, так что движение по улицам напоминало гигантский белый муравейник, в котором живут экзотические пузатые муравьи.
Но это днем, а с наступлением темноты движение на улицах исчезло, как будто его и не было, так что город, замурованный в снежную крепость, казался и правда вымершим, и это тоже было очень на руку Фатиме. Единственное, что ее беспокоило, так это придет ли Артур в такую погоду в клуб, и не сорвется ил выступление Азии, сама танцовщица была не важна, но что если они позвонили и отменили выступление? Как тогда она сможет выдать себя за нее?
- Судьба, - прошептала Фатима, и легкое облачко пара вырвалось у нее изо рта, пока оно было почти прозрачным. – На все есть судьба. И она всегда скажет свое слово.
И правда, она давно уже не волновалась из-за того, что от нее не зависело, она всего лишь посланник, часть Судьбы, так что не стоит брать на себя слишком много и думать о том, о чем ей думать не следует. Вот взять хотя бы погоду, ей бы пришлось гораздо труднее, если бы не этот снежный плен, а ведь она не вызывала его, она могла много, но погодой управлять не могла. Опять же, она добралась сюда по заснеженным улицам, в то время как многие застряли, или вовсе не смогли завести машину, или откопать ее из-под снега. Но у нее был надежный транспорт - «Нива», взятая напрокат по липовым документам пару дней назад, она как бешенная форсировала сугробы и ни разу не заставила Фатиму пожалеть о своем выборе. В такую погоду правда пришлось доплатить за риск и поменять шины, но деньги ее давно уже не волновали, по правде говоря, она уже почти потеряла им счет. И сейчас «Нива» в очередной раз спасала ее, на этот раз от холода, на улице она бы и 20 минут не простояла, а так просидела уже час, и никто не знает, сколько еще придется сидеть.
Часов в 8 она позвонила в клуб и поинтересовалась, выступит ли у них Азия, мол, афиши-то висят, но в такую погоду… Ее заверили, что программа пройдет по плану, никто не отказывался, и никаких изменений нет, но Фатима и раньше это слышала, работники клубов как будто специально всегда обещали не то, что потом происходило, так что их заверения еще ни о чем не говорили. А увидеть, приехала ли Азия со своим горе-менеджером, она никак не могла, хоть и торчала тут с 7 часов, то выходя прогуляться, то снова греясь в машине, потому, что парадный вход в «Три Кита» находился на одной улице, а служебный - на другой, параллельной. Раньше в этом здании был ресторан, и продукты завозили именно с этой стороны, чтобы никто не видел, чтобы не портить картинку. Азия, конечно, войдет через парадный вход, может быть, как особый гость, красивая и радостная, а вот парикмахер, который будет готовить ее к выступлению, просто обязан пройти сюда потихоньку, никем не замеченный. Поэтому Фатима и мерзла на этой пустой холодной улице, она ждала стилиста, место которого и собиралась занять, иначе в клуб со своим добром она бы не попала. На сиденье рядом с ней покоилась большая профессиональная сумка с париками, заколками, гримом и прочей ерундой, в этой же сумке вместе с лаками, гелями и заколками лежали 10 остро заточенных шпилек с закрытыми тонким пластиком кончиками. Всего один неосторожный укол такой шпилькой, и кто-то проснется в аду.
Улица, на которой находился парадный вход, была широкой и оживленной, бары и рестораны на ней соседствовали с банками и гостиницами, на этой же стороне было тихо и скучно, всего пара страховых компаний, магазинчики и скромные кафешки, сама улица была узкой и тихой. Днем тут еще кипела жизнь, люди куда-то сновали, что-то привозили и увозили, обедали в дешевых кафе, а вечером вся улица принадлежала снегу и бродячим псам, попрятавшимся куда-то от холода.