Ледяная птица

- Так, Толик, что мне нести? - Гарун подошел к программисту, сворачивающему свою аппаратуру. - Дипломат или сумку?

- Да что хочешь. Возьми-ка лучше дипломат! - Самое ценное представлял собой ноутбук, теперь на его жестком диске хранились все необходимые программы. Так что можно было обойтись и без дипломата. Главное, чтобы он не попал в руки противника, а об этом лучше горца никто не позаботится. Для него лучше умереть, чем опозориться перед отцом и друзьями.

- Лера, давай я тебе помогу! - Герман протянул девушке небольшой, прихваченный специально для нее пистолет-пулемет "каштан". - Смотри, осторожнее, штука хотя и небольшая, но серьезная. В ближнем бою ему цены нет. Только учти, у него скорострельность высокая, значит, патроны быстро кончаются. Потому бей короткими очередями.

Майор обвязал Леру ремнем с двумя подсумками для запасных магазинов.

- А вообще, держись поближе ко мне, - сказал он.

- Ну, эту команду я выполню с особым удовольствием, - с улыбкой сказала Валерия. Она отчаянно трусила, но старалась не показать виду. - Если ты будешь знать, что я за тобой, не станешь лезть на рожон. А это меня вполне устроит.

- Ну что, выходим? - Панама с "абаканом" в руке и "каштаном" на боку выглядел очень воинственно. Он уже успел опустить темное забрало шлема, и теперь его можно было узнать только по приглушенному голосу. - Майор, каков будет порядок в строю?

- Мох... Ренегат пойдет первым. Я за ним. За мной Лара, далее Стэн и Горец два. Панама и Горец один замыкают. Возражения, просьбы, пожелания? Нет? Значит, вперед.

- Мартин, мы обязаны оповестить Алмазного.

Свенсон заскрипел зубами. Он и сам знал, что должен был это сделать в ту самую минуту, когда обнаружилась пропажа. Гигантский мозг, управлявший орбитальной станцией и всеми големами Земли, был, по сути, еще одним роботом, только таких размеров и интеллекта, что ни у кого не поворачивался язык назвать его иначе как Алмазным. И не нужно долго гадать, что сделает робот, получив донесение о фатальной ошибке. Он просто прекратит действие сбойного процесса, удалит все последствия этой неудачи и начнет все заново. Для него десяток-другой лет ничего не значат. Жизнь, то есть работа, продолжается. И это главное.

А вот для тех, кто стал этой ошибкой, все будет кончено. Прилетят посланцы Алмазного, безжалостные и неуязвимые Ликвидаторы. Уж они-то точно сумеют вернуть диски и программатор. А что при этом "сотрут" всех, кто попадет в их поле зрения, и в первую очередь виновников происшествия, что тут скажешь, на то они и Ликвидаторы. После них ничего не остается. И никого, кто мог бы помнить о неудаче.

Свенсон посмотрел на Бронзового. Говоришь, нужно сообщить Алмазному? Ну нет, Ваха, этого не будет. Пока программа, заложенная в Чистильщика, позволяет ему поступать так, как он считает нужным, он будет держаться. Вдруг кому-то из големов Фаттаха или солдат спецназа удастся обнаружить беглецов? А у них окажется дипломат? Пока сохраняется эта надежда, Чистильщик может уверять себя, что ничего непоправимого не произошло и он справится с ситуацией своими силами. А пока это так, он будет ждать. Пока код, зашитый в его подсознание и управляющий его волей и рефлексами, позволяет ему делать выбор, Чистильщик будет ждать. И когда станет ясно, что своими силами прибор и диски не вернуть, - конец. Хочет он или не хочет, а докладывать придется. Вот тогда и начнется мясорубка, в которой не уцелеет никто: ни правый, ни виноватый. Зачистка будет всеобщей, так что пусть Ваха не рассчитывает, что его самого роботы-убийцы пощадят. Да они просто не знают, что это такое! А что Махмудов спит и видит, как стать Золотым вместо Свенсона, так это и дураку понятно.

- Знаю, Ваха, знаю, что нужно, - сказал Мартин, глядя в хитрые глазки Бронзового. - Мы еще поищем, те поищут, кто хочет найти, а ты... подготовь доклад. И особо укажи, как ты своей выдумкой о мифическом предательстве Мохова выманил меня в подземелье, что и послужило причиной утери программатора и кодов.

- Я ничего не выдумывал! - возмущенно выкрикнул Махмудов. - Мне Хранитель сообщил!

- А вот мне он ничего не сказал. - На лице Чистильщика ясно читалось недоверие. - Если бы не твой статус Бронзового, не позволяющий сомневаться в твоей преданности делу, я бы тебя допросил по-другому. Ну ничего, прилетят Ликвидаторы, они допросят... тех, кого сразу не ликвидируют. А сейчас иди, готовь доклад.

- Я...

- Иди!! - Свенсон грозно сверкнул глазами и распрямился. - Иди, - добавил он уже спокойнее, - пока мне не пришлось наказывать тебя.

Махмудов поспешно вышел из моховского "офиса".

- Вот козел! - Сартов, все это время сидевший в стороне и молча слушавший разговор, встал и пересел за стол к Чистильщику. - Жаль, что в свое время ты не дал мне с ним разобраться.

- Допустить драку между големами? Между Бронзовыми? - Швед с укором посмотрел на Георгия. - Вы здесь, в России, совсем, ребята, озверели. Что с вами происходит? Вы как будто специально меня подставляете! Программа, что ли, перестала вас сдерживать? Но такого не может быть! Она или есть и вы Бронзовые, или ее нет и вы...

- Мартин, не заморачивайся! - Горик примирительно положил ладонь на запястье Чистильщика. - Не суди обо всех по этой... твари. Клянусь, если бы не ограничения, налагаемые на големов, я бы давно его... в расход пустил. Понимаешь, в Первопрестольной я общался со многими нашими - и с простыми Глиняными, и с Бронзовыми, которые держат города и регионы... С Чистильщиками довелось встречаться, с теми, которые контролировали перевозки, а потом прибыли гасить Прорыв. Даже Золотой почтил меня своим вниманием. И все, поверь, Мартин, все големы между собой различались так же, как люди. Они сохранили в себе качества тех индивидуальностей, кем были до... "мобилизации". И если мы ошиблись и возвели в ранг избранных гада, так он и останется гадом. На Востоке люди мудрые, не зря говорят: приручить можно волка, змею - никогда. Мы - волки. Может, кто и собакой себя чувствует, кто обезьяной... Но Ваха точно змея! И чем раньше ты это поймешь, тем лучше будет.

Свенсон тяжело качнул головой и, подняв глаза, встретился взглядом с Бронзовым из Москвы.