Страница 88 из 127
- Дело не в этом! - с досадой возразил внук. - Отец, а теперь и мама вообще против Даши! Кто-то злонамеренно чернит ее в их глазах, и они верят не мне, а чьей-то подлой клевете! Я этого не потерплю!
- Да уж! Чревато семейным скандалом, - грустно заметил профессор.
- А ты, Петенька, очень любишь... Дашу? задумчиво взглянув на внука, спросила Вера Петровна. - Уверен, что не разочаруешься?
Петр ответил не сразу. Ему не требовалось времени на раздумье, но как найти слова, чтобы выразить всю силу любви...
- Даша такая... Ну, словом, она само совершенство! - запинаясь, с жаром произнес он. - В ней я нашел... свою мечту. Никто, кроме нее, мне не нужен!
- Раз так, то никого не слушай, кроме своего сердца! Даже родителей! убежденно сказал Степан Алексеевич. - Не упускай своего счастья, внук! По собственному опыту знаю! - И выразительно взглянул на жену. - Твоя бабушка это подтвердит.
- Можешь прислушаться к словам деда, - одобрительно отозвалась Вера Петровна. - Он ведь у нас, как-никак, светило педагогики, - пошутила она, чтобы разрядить напряженность.
Возникла томительная пауза - Петр укреплялся в намерении отстаивать свою любовь, а профессор с женой вспоминали далекое прошлое. Первой проявила находчивость Вера Петровна:
- Ну вот что: хватит о грустном! Пойдемте пить чай с вареньем! Мы все с тобой обсудим, Петенька, когда приедешь к нам на дачу.
Впечатления об Австрии превзошли всё, что ожидалось. Успех туалетов российской фирмы был столь велик, что устроители, кроме Вены, организовали выездные показы в Зальцбурге, красочном, веселом городе, и столице Тироля Инсбруке, знаменитом центре горнолыжного спорта. Навсегда в памяти Даши останутся высокие хребты суровых Альп и старинные замки у синих озер, превращенные в музеи.
Однако самое сильное воспоминание, конечно, останется от красавицы Вены. Столица бывшей империи, одной из самых могущественных в мире, поражала воображение обилием изумительных памятников, парковых ансамблей, дворцов и зданий.
- Вена мало чем уступает Парижу, - объяснял всезнающий Гаррик. Богатство австрийских императоров было не меньшим, чем у королей Франции. Особенно потрясает величественное здание императорского дворца. Ему нет равных в Европе.
В последний день перед отъездом благодарные организаторы устроили обед на территории Шенбрунна - загородной резиденции императоров, где находился целебный источник и когда-то охотились на дичь. После шумного застолья и обильных возлияний хозяева и гости разбрелись по зеленым галереям обширного парка.
Гаррик, по-прежнему ни на шаг не отстававший от Даши, уговорил ее подняться на высокий холм, увенчанный красивым павильоном с целебным источником. Поднявшись на вершину, они залюбовались открывшейся перед глазами панорамой. С одной стороны павильона - прекрасный вид на дворец и Вену, а с другой на небольшое озеро, окаймленное густым лесом.
Стояла жаркая погода, и Гаррику с Дашей, разгоряченным обильной выпивкой и подъемом в гору, захотелось окунуться в лесную прохладу. Не сговариваясь они пошли вдоль берега озера и очутились под сенью густых елей.
Даша послушно шла туда, куда вел ее Гаррик; неправильно ис-толковав ее покорность, он внезапно остановился и, крепко обняв, впился ей в губы жарким поцелуем. Разомлевшая от выпитого Даша не сразу сообразила, что происходит. Одно мгновение она даже ощутила прилив страстного желания. Но тут же пришла в себя, дала резкий отпор.
- Отпусти немедленно! - вскрикнула она, вырываясь. Ты с ума сошел?! Я не хочу этою!
- Ладно, не шуми! - Гаррик с досадой отпустил ее. - Клянусь - больше не буду! Я и правда с тобой потерял голову, - признался он, успокаивая дыхание. Извини!
Подождал, пока она приведет себя в порядок, и примирительно произнес:
- Не сердись на меня, Дашенька! На то я и мужик, чтобы проявлять инициативу. Пойдем обратно как ни в чем не бывало. - И немного удивленно добавил: - Ну и стойкая же ты! Повезло Петьке! Ей-богу, я тебя зауважал! Такую верность любви не часто встретишь.
Глава 17. Разрыв
Как ни звали Петра Юсупова дед с бабушкой пожить у них на даче, как ни хотелось ему самому сходить в лес по грибы, покупаться в тихой речке Северке, - не мог он уехать из города, не повидав и не поговорив с Дашей. Уже зная, где она пребывает - справлялся у секретаря, в дирекции фирмы, - с нетерпением ждал ее возвращения.
Наконец этот день настал; Петр с букетом цветов отправился на Белорусский вокзал. Он приехал туда за полчаса до прибытия венского поезда и обрадовался, увидев среди встречавших Риту и Эдика. Верзила Эдик, стоя в сторонке, флегматично раскуривал трубку, а Рита, заметно нервничая, расхаживала взад-вперед по платформе.
- Привет! - небрежно бросила она подошедшему Петру. Тебе Даша тоже ничего не писала?
- Некуда было, сам только что вернулся, - коротко ответил он, не вдаваясь в подробности. - А чего ты беспокоишься?
- На твоем месте я бы тоже беспокоилась, - язвительно усмехнулась Рита. - Будто не знаешь, как бывает в таких поездках! А к Гаррику вечно лезут эти бесстыжие красотки. Между прочим, твоя Даша ему очень нравится!
- Между прочим, она и мне очень нравится! - сердито отрезал Петр. - А тебе советую, чтобы не беспокоиться, посадить Гаррика на цепь и никуда не выпускать из дома!
Назревал конфликт, но развития он, к счастью, не получил: прибыл поезд, вышли в числе первых Даша и Гаррик; они проявили при виде встречавших такую искреннюю радость, что сомнения растаяли как дым. Даша бросилась навстречу Петру, он крепко обнял любимую, стал горячо целовать и сразу позабыл обо всем на свете.
- Как я счастлива тебя видеть, Петенька! Я ведь и не надеялась... отдышавшись, шептала Даша. - Знал бы ты только, как мне тебя там недоставало, как хотелось вместе насладиться всей этой красотой!
- И мне тоже! - радостно вторил ей Петр. - Я ведь только-только вернулся с острова Родос. Райский уголок! Но все портило, что тебя нет рядом...
Стояли сжимая друг друга в объятиях, упиваясь своей близостью и чувствуя, как безудержное желание пронизывает все существо...
- Петенька, я так соскучилась по тебе, сил просто нет! - призналась Даша, глядя на него затуманенным взором. - Давай поедем к Кире и вместе с ней и Эдиком отпразднуем нашу встречу! Она приглашала.