Страница 55 из 127
- А мне замредактора одолжил - до получки, - успокоил ее Волошин, доставая бумажник и протягивая несколько купюр. - Ценят меня все-таки...
- Ничего, Васенька, перебьемся, - лицо ее разгладилось. - Ты, главное, не переживай! Вот скоро и я начну работать, сразу легче станет. Сегодня была в своей старой конторе - обещали.
- Неужели? Приятная новость! - повеселел Василий Савельевич - Простили, стало быть, твои прегрешения? Поздравляю! - И поцеловал жену. - Пойдем на кухню, расскажешь!
За чаем Анна Федоровна все и поведала:
- Сама не ожидала, что обо мне там вспомнят. Столько времени прошло, да и шум-гром был на всю контору. Оказалось - наводили обо мне справки, знают: с тех пор как ты вышел, больше не прикасаюсь к рюмке, вылечилась.
- Так это их инициатива? - удивился Василий Савельевич. - Ты же считала, что туда тебе путь закрыт.
- Так мне объявили - это когда сам генеральный директор в пьяном виде меня застукал. Наш главбух - свойская баба, смотрела сквозь пальцы; понимала - с горя, из-за того, что ты в тюрьме.
Василий Савельевич с жалостью смотрел на ее рано увядшее, покрытое морщинками лицо.
- Да, Анечка, милая, пришлось тебе хлебнуть горя по моей милости. Но все же непонятно: с чего они вдруг опомнились?
- Понимаешь, честные, добросовестные кассиры в большой цене; после меня уже двоих выгнали.
- Ну что ж, - в тон ей пошутил Волошин, - видно, на этот раз замредактору не придется долго ждать, когда долг верну.
Супруги Волошины уже закончили чаепитие, когда домой явилась Даша, разрумянившаяся от быстрой ходьбы на морозе.
- Та-ак... занимаетесь чревоугодием, - пошутила она, заглянув на кухню - А дочери оставили что-нибудь?
- Здорово проголодалась? - откликнулась мать. - Ты что, за день так ничего и не перекусила? Безобразие!
- Ладно, иди мой руки! - улыбнулась Анна Федоровна Василий Савельевич, захватив из прихожей папку с бумагами, ушел заниматься очередным переводом. Вернулась Даша - на столе уже дымилась тарелка с аппетитно пахнущими щами: мать отменно готовила.
- Ну расскажи, как вчера повеселились, - попросила она, когда дочь поела. - Ты утром так спешила, и поговорить толком не успели.
- Сначала неплохо... потом... хозяйка со своим парнем поссорилась, он ушел, а за ним и остальные Кирилла друг, очень симпатичный... Мне показалось, я ему тоже понравилась.
- Они что же, все трое за тобой ухаживали? - неодобрительно посмотрела на дочь Анна Федоровна. - Из-за этого и ссора вышла?
- Вовсе нет! Кирилл ко мне прилип - весь вечер не отставал! А Петра этого... ну, друг его, симпатичный, - так его хозяйка, Марина, от себя не отпускала.
- А как же Алик и подружка Кирилла? Им же досадно...
- А так... похоже, подружка Кирилла даже обрадовалась, когда он за мной ухаживать стал. Сразу переключилась на Алика. Говорила тебе - на него все девчонки вешаются.
- Ну а он что? Не злился на вас с Кириллом?
- Злился, но старался не показывать. Чтобы мне отомстить, весь вечер с ней обнимался.
Анна Федоровна убрала со стола, налила дочери чаю, пододвинула поднос с домашним пирогом.
- А как тебе на этот раз Кирилл? Понравился? - со скрытой надеждой спросила она. - Пора бы тебе, доченька, порвать с ловеласом этим мелким.
- Знаешь, мам, Кирилл самый веселый был в компании. Пытался, правда, руки распускать, но унялся, когда понял, что мне это не нравится. Все же с Аликом... - она остановилась, подумала, - интереснее. Кроме того... - И замялась - стоит ли говорить. - Алик, кажется, сдержал обещание договорился, что меня возьмут внештатной манекенщицей в одну фирму модной одежды, - у него там какие-то деловые отношения с менеджером. Нам же нужны деньги, мама?
Деловые отношения Алика с менеджером фирмы - наркоманом заключались в периодической поставке тому "товара", но об этом, понятно, он Даше не сообщил.
- А как же работу с учебой совмещать? Не отразится на занятиях-то? спросила Анна Федоровна.
- Ну... постараюсь, чтобы не отразилось, - не слишком уверенно ответила Даша. - Работать по вечерам в основном придется. Правда, выезды предстоят... тут возможны проблемы. Но что поделаешь, мамочка... - Просительно подняла на нее глаза.
- Ты уж прости нас, доченька, не можем мы с отцом дать тебе всего необходимого. Видит Бог: стараемся делать все, что в наших силах. Вот я скоро тоже начну зарабатывать... надеюсь.
Ее слова и забота растрогали Дашу; она вскочила и порывисто обняла мать.
Сдав последний экзамен, Даша неслась на свидание с Аликом как на крыльях. Какой студент не радуется, что сессия позади? Ощущение полной свободы, предвкушение заслуженного отдыха...
Алик ждал ее у входа в метро, зябко кутаясь в толстый шерстяной шарф, артистично обмотанный вокруг шеи. Завидев Дашу, пошел ей навстречу, на ходу выговаривая:
- Ну почему девушки всегда опаздывают? Минут двадцать уже мерзну!
- Прости, Аличка! - виновато оправдывалась Даша. - Ждала, когда объявят, досталась ли мне стипендия.
- Ну и как? Богатая или мне содержать тебя придется? - пошутил он. Досталась степуха? Ладно, пошли в метро, здесь невозможно разговаривать.
Когда спускались по эскалатору, вдруг предложил:
- А не поехать ли нам, Дашенька, вместо выставки авангарда ко мне домой? Ты ведь у меня еще ни разу не была... - В его вкрадчивом голосе прозвучал игривый намек. - И с работами моими познакомишься, и время проведем куда лучше.
- Не лукавь, Алька. - Даша насмешливо взглянула на него. - Я не так глупа, понимаю, что ты задумал. Может, и поеду... посмотреть. Но только не сейчас, - уже серьезно добавила она. - Не могу еще забыть Игоря!
- Сколько можно грустить по покойнику, Дашенька? Радости жизни нужно черпать полной чашей. Пользоваться молодостью! Давай-ка сядем, хочу кое-что тебе сказать.
О художественной выставке, куда они направлялись, отзывались плохо, и ехать туда Алику не хотелось. Он потащил Дашу к свободной лавочке.
- Вот что, Дашенька, хватит водить меня за нос! Ты ведь знаешь, что во мне привлекает женщин, и сама хочешь того же. Я ведь не слепой! Так зачем тянуть?
Столь прямолинейный натиск ошеломил Дашу, и она растерянно молчала. Расценив это как благоприятный признак, Алик продолжал: