Страница 46 из 127
Привел их в гостиную, усадил в мягкие кресла: откровенно любуясь Дашей, с наигранным простодушием проговорил:
- Открой, наконец, Алик, свой секрет: где ты нашел свою очаровательную приятельницу? Как тебе это удалось? Уж больно вы с ней... как это сказать... - сделал нарочитую паузу, - разные, что ли. - И усмехнулся мысленно: "Абсолютно не подходите друг другу. Не по Сеньке шапка!"
- Скажи, Даша, чем это Алик сумел тебя покорить? Наверно, есть и поинтереснее него, кто за тобой бегает? Мне любопытно знать как другу.
- Насчет "покорить" - это сильно сказано, - с улыбкой возразила Даша. Но мне с ним интересно. Когда не переходит границ, - подчеркнула она, бросив на него выразительный взгляд. - Раньше моими друзьями были только спортсмены. А Алик - творческая натура, художник.
- Вот уж не думал, что эмалирование ванн - художественный промысел, не преминул унизить в ее глазах друга Кирилл, но, поймав его яростный взгляд, примирительно добавил: - Хотя Алик и правда не такой, как все.
"Не пришло время с ним ссориться, - мысленно осадил себя он. - Пока этот торгаш мне еще нужен. А потом пошлю к... Не один он продает наркоту". Но сказанное уже задело самолюбие Алика.
- Не всем так повезло, что их содержат родители, - бросил он, еле сдерживая злобу. - Ну и что из того, что мне приходится зарабатывать на жизнь, ремонтируя ванны? Ты знаешь мое хобби - абстрактная живопись.
Кирилл, как и все - кроме Даши, - знал другое хобби и средство существования Алика - торговля наркотиками; но перечить не стал: желая остаться с девушкой наедине, небрежно предложил:
- Ладно, не обижайся, я ведь не со зла Так, не подумав ляпнул. Пойди лучше выбери Дашеньке несколько книг. Мне кажется, ей понравится Кронин.
- А по-моему, достаточно "Саги о Форсайтах", - пошутила Даша. - Такая толстенная - на всю зиму читать хватит.
Проворчав что-то нечленораздельное, Алик все же удалился в кабинет хозяина подбирать нужные книги. Его перекошенная физиономия ясно свидетельствовала: он вне себя от бессильной ярости.
Оставшись с Дашей вдвоем, Кирилл, интимно понизив голос и бросив на нее влюбленный взгляд, настойчиво попросил:
- Теперь нас не слышат - открой, пожалуйста, правду! Думаешь, я поверил, будто такой мозгляк тебе нравится. Что произошло, что ты с горя ухватилась за Альберта? Тьфу, какое противное имя!
Циничный тон Кирилла покоробил Дашу, но он смотрел на нее с таким искренним восхищением, что она расценила эту злую выходку, как проявление соперничества с Аликом.
- Нехорошо так о приятеле, тем более за глаза. Вовсе не мозгляк. Алик открыл мне много нового, интересного, чего я раньше не знала. - Подумала и призналась: - Но в главном ты прав: я тогда была в моральном упадке. Только что потеряла дорогого мне человека, - ее голос задрожал от гнева, - а его самые близкие друзья повели себя как скоты. Я просто возненавидела всех, кто меня окружал!
Снова умолкла, хотела, кажется, продолжать, но передумала и только в волнении кусала губы.
"В кого-то была шибко влюблена. Наверно, у нее с ним все было, ревниво подумал Кирилл. - Хорошо бы узнать - легче бы к ней подобрался". С деланным сочувствием мягко произнес:
- Да уж, думаю, досталось тебе - переживала. И его друзья-спортсмены тут же попытались "утешить". Примитивный народ Вот и понравился тихий, вкрадчивый Алик? Так?
Даша промолчала, и Кирилл продолжал так же осторожно:
- А что, ведь славный парень был этот... - дыхание перехватило от злобной зависти, - твой погибший друг?
Но Даша приняла его теплый тон за чистую монету, благодарно взглянула, просто ответила:
- Очень. Сильный и добрый: верный друг. Мы с ним вместе с восьмого класса и в один институт поступили.
- Он что же, увлекался иностранными языками? - удивился Кирилл. Редкий случай у спортсменов.
- К сожалению, ничем не увлекался, кроме спорта, - вздохнула Даша. - По тому и поступил в иняз. Хотел стать профессиональным автогонщиком.
- И погиб в одной из гонок? Ой, прости, Дашенька! - Кирилл будто спохватился, что разбередил ее рану. - Но ведь дело это уже прошлое?
- Нет, погиб при выполнении трюка на съемках фильма... подрабатывал каскадером. - В глазах ее, обращенных на собеседника, застыла тоска. - И для меня это... еще не прошлое.
Кирилл не нашел подходящих слов утешения. Дверь приоткрылась, и Алик позвал:
- Кирюха, ты мне нужен. Пойди на минутку!
"Что это он задумал? - насторожился Кирилл, зная своего хитроумного и коварного друга. - Небось очередную подлянку". Извинился любезно:
- Прости, Дашенька, что оставляем одну. Мы скоро вернемся! Алик нетерпеливо ждал его в кабинете. Книги он отобрал, но надо осуществить главное, для чего он пришел.
- По твоему довольному виду - уже с ней неплохо законтачил. Гони аванс, не то продолжения не будет!
- Нет вопроса, сейчас выдам, - безропотно согласился Кирилл, с трудом подавив вздох. - Вот, держи! - полез в задний карман брюк, вытащил заранее приготовленную сложенную пополам хрустящую бумажку в сто баксов и широким жестом протянул Алику, самодовольно ожидая благодарности. Тот, однако, остался недоволен.
- Мало! - коротко заявил, пряча банкноту. - Мы сошлись на пяти сотнях. Давай половину!
- Не все сразу, - попытался увильнуть Кирилл, но видя такую непреклонность, признался: - Да и нет у меня сейчас столько.
- Тогда сперва накопи - я подожду, - ухмыльнулся Алик. - Сам, Кирюха, знаешь: "вечером деньги - утром стулья, утром деньги - вечером стулья". Ладно, пойду тебе навстречу по бедности. - Он не лишен был чувства юмора. Давай залог!
А что, это выход! А то где он добудет столько баксов. А у матери ненужных ей побрякушек здесь навалом. Не говоря ни слова, Кирилл выдвинул ящик письменного стола, достал спрятанный в нем ключ; открыл небольшой несгораемый ларец, вынул горсть старых дамских украшений, которыми Любовь Семеновна давно уже не пользовалась.
- На вот, взгляни, - протянул приятелю. - Выбери, что сочтешь подходящим, и больше ко мне не приставай до окончательного расчета!
Алик бегло оглядел украшения, и глаза у него алчно загорелись: драгоценные камни сияли и искрились разноцветными огоньками...