Страница 8 из 25
Лайла закатила глаза и, переглянувшись с Натой, покачала головой.
В этот момент дверь кабинета вновь распахнулась, и из него выглянул Армисаэль.
– Лайла, проходи, – взглянув на рыжую, пригласил он.
Девушка чуть побледнела, но покорно скрылась в дверях.
Прошло минут десять, и Лайла возвратилась, а в кабинет вошёл Тадиэль.
– Что скажешь, док? – спросил ангел Жертвы, едва прикрыв за собой дверь.
– На первый взгляд всё в норме, Тадиэль, но гарантий, что оплодотворение пройдёт успешно, я дать не могу. Никогда раньше не имел дела с возвращёнными самками, ты ведь понимаешь. Но если ты считаешь, что можно попробовать – я не против.
– А как насчёт сроков?
– Самое благоприятное время наступит дней через пять и продержится дня два-три. Если успеем её подготовить, шансы на оплодотворение сильно возрастут.
– Что ж, тогда подготовку прямо сегодня и начнём, – Тадиэль задумчиво кивнул.
– Слушай, – доктор понизил голос и встревоженно посмотрел на собеседника. – Я не стал говорить этого на Сборе, но ты ведь понимаешь, что у Лайлы может вообще больше не быть здоровых зародышей? После её выходки, шансы на то, что она родит детей, а не Жерхов – свелись почти к нулю. Я знаю, ты от неё без ума, Тадиэль, но что мы будем делать, если самка окажется бракованной? Как ты оправдаешь её существование в клане? Старшие ведь потребуют её усыпить. Они не станут этого терпеть.
– Я что-нибудь придумаю, – лицо Падшего потемнело, в глазах промелькнул огонь. – Возможно, придётся оплодотворять её искусственно. В любом случае, не стоит пока об этом говорить. Посмотрим, что получится. Тогда и решим.
– Хорошо. Позови Натаниэль, пусть заходит, – кивнул доктор, беря карточку и начиная что-то писать.
Тадиэль ушёл, и вскоре в кабинете появилась Натаниэль.
– Сними всю одежду и ложись на кресло, – не отрывая взгляда от карты, негромко приказал доктор.
– Зачем снимать всё, если это только УЗИ? – вспыхнула Ната. Армисаэль оторвался от своих записей и невозмутимо взглянул на девушку.
– Сначала я должен тебя осмотреть, – помолчав, пояснил он, вставая со стула и отправляясь мыть руки. – Раздевайся, Ната.
Девушка помедлила, но всё же решилась и сняла всю одежду. Потом, вся красная от смущения, взобралась на кресло.
Армисаэль надел перчатки и приблизился. Внимательно осмотрев тело пациентки, он проверил пальцами её грудь, потом надавил на живот и нахмурился. После чего подключил аппарат и провёл УЗИ.
– Как давно был последний акт с Сандалом? – закончив осмотр и велев девушке одеваться, внезапно спросил доктор. Он вернулся к столу и, взяв новую карту, принялся её заполнять.
– Вчера, – покраснев ещё сильней, выдавила Ната. – А что? Что-то не так?
Армисаэль не ответил, быстро что-то записывая.
– Иди, Натаниэль, – наконец разрешил он.
Девушка вышла, и в кабинет тут же вошёл Тадиэль.
– Как у неё дела, Армисаэль? – кивнув в сторону коридора, куда только что вышла блондинка, тихо спросил ангел.
– Хуже не придумаешь, – доктор помрачнел.
– Почему?
– Она беременна, Тадиэль. Я не могу определить срок – эмбрион в анабиозе. Так что роды могут начаться в любой день или час.
– Перья мне в рот!!! – прошипел Падший, не сумев сдержать эмоций. – Только этого не хватало!!! – он сорвался с места и выглянул в коридор. – Сандал, Беллор, зайдите! – рявкнул он, едва не зарычав от ярости. Оба ангела пулей влетели в кабинет.
– Что случилось? – тут же спросил Сандал, едва увидев, в каком состоянии находится ангел Жертвы.
– Твоя самка беременна! – процедил Тадиэль, повернувшись к Серафиму. – Ты понимаешь, что это значит?!
– Что она перешла в ранг Бесправных, – ответил за Сандала блондин и нахмурился. – Что этот ребёнок никогда уже не станет членом клана и будет изгоем всю свою жизнь.
– Кроме того, дети от непрошедшей Посвящения самки могут иметь непредсказуемые характеристики и стать угрозой всему клану, – дополнил Армисаэль. – Мало того, такое дитя очень плохо скажется на твоей репутации, Сандал. Правитель, который позволил появиться на свет Меченному – не может рассчитывать, что об этом забудут.
– Что значит – Меченному? – хрипло спросил Сандал, побледнев.
– Незаконнорожденному, – совсем тихо пояснил Беллор, искоса наблюдая, как Тадиэль нервно меряет шагами комнату. – Такие дети рождаются с метками на лице. Поэтому их всегда можно отличить от остальных. Ни в одной общине Меченного не примут, так как считается, что они несут в себе проклятье Адороса. Это уже не шутки, Сандал. Это слишком серьёзно.
– Что можно сделать? – помолчав, Серафим обернулся к ангелу Жертвы. – Есть способ решить эту проблему так, чтобы не привлекать лишнего внимания, Тадиэль?
– Единственный надёжный способ – это не позволять своей самке беременеть! – огрызнулся Падший, с яростью сверкнув глазами. – О чём ты думал, Сандал, когда давал волю своим инстинктам?! Что такое: ban vitae – тебе известно?!
– Вan vitae?.. Запрещаю жизнь?..
– Вот именно! – прошипел Тадиэль с досадой. – Ты должен был сказать эти слова прежде, чем наполнять самку своим семенем! Когда Падший произносит эти слова оплодотворение запрещается. И оно никогда не произойдёт, пока ты его не разрешишь! Для этого нужно произнести: sino vitae! – разрешаю жизнь! Запомни, и больше никогда не нарушай этот закон, Сандал!
– Я не знал этого, Тадиэль, – юноша стиснул кулаки и отвернулся. – Отец не учил меня обрядам и законам. Он видел во мне лишь донора, если ты помнишь.
– Ладно, теперь поздно об этом говорить, – примирительно заметил Армисаэль. – Нужно решить, что делать.
– Тут и решать нечего, – Сандал обернулся и все увидели, как почернел его взгляд. – Этот ребёнок не может родиться. Армисаэль, ты должен сделать Нате аборт.
– Для этого необходимо её согласие, Сандал, – тон доктора тут же стал сухим и холодным. – Иначе я ничего делать не буду.
– Почему?
– Насильственное прерывание беременности навлечёт проклятие Адороса на весь наш род. – пояснил Армисаэль. – Такие решения может принимать только самка с позволения Правителя. Ты своё согласие дал, теперь дело за ней.
– Хорошо, я получу её согласие, – процедил Серафим и первым вышел из кабинета.
Глава 4. Тревоги Лайлы
Сандал вернулся минут через пятнадцать, и по его растерянному виду сразу можно было определить, что сражение он позорно проиграл.
– Ната ничего не хочет слушать, – пробормотал парень, пряча глаза. – Беременность сделала её совершенно нетерпимой.
– Это сама природа сделала её такой, – хмыкнул Беллор, на что Тадиэль согласно кивнул.
– Ладно, будем разбираться с проблемами по мере их поступления, – наконец, проговорил ангел Жертвы, направляясь к выходу. – Сейчас ближайшая проблема – это Лайла. Поэтому приглашаю добровольцев-мазохистов присоединиться ко мне в капище через десять минут.
– Тут Азраэль очень в добровольцы напрашивается, – с усмешкой заметил блондин. – Не хочешь взять новичка в свою команду, Тадиэль?
– И что потом мне прикажешь с ним делать? Кастрировать? – огрызнулся Падший с презрением. – У Азраэля в первые же минуты крышу снесёт. Впрочем, как и у большинства ангелов… Нет, Беллор, тут нужны крепкие нервы, как у тебя. Или привычка, как у Армисаэля.
– Мне от этой привычки всё чаще выть хочется, – хмыкнул доктор, покачав головой. – Не знаю, почему вы все считаете, что я железный.
– Потому что только ты способен провести обряд дефлорации железным инструментом вместо натурального, – негромко заметил Беллор, отчего Тадиэль не выдержав, покатился со смеху. Они ржали несколько минут, не в силах успокоиться, пока Тадиэль не спустился по лестнице на цокольный этаж, оставив Падших одних. Лайлу Тадиэль закрыл пока в изоляторе, а Натаниэль ждала Сандала у машины.
– К тебе Абаддон заходил, Сандал? – неожиданно спросил Армисаэль, когда Серафим уже собирался уйти. – Он прилетел из общины Даниила, чтобы обсудить с тобой празднование Великого Перерождения в этом году. Насколько я понял, Даниил предлагает провести празднование у себя на острове. Это далеко от туристических маршрутов и авиалиний. Небо практически чистое, так что можно будет оторваться по полной.