Страница 20 из 25
– Убей его, Беллор! – едва они приблизились, холодно бросил Сандал блондину.
– Не стоит этого делать, Сандал, – Беллор не шелохнулся, лишь качнул головой. – Офаниэль нужен клану. Ты можешь его наказать, но не убивать.
– Я не спрашиваю твоего совета! – рявкнул Серафим, мрачно сверкнув чёрными, как ночь глазами. – Просто делай свою работу!
– Сандал, послушай…
– Ты, кажется, обещал, быть мне верным, – процедил Серафим, подходя к ангелу.
– А ты клялся не предпринимать ничего, что навредит клану! – в тон ему огрызнулся блондин. – Если хочешь судить Офаниэля – созови Сбор и пусть Старшие решают его судьбу.
– Значит, нашей дружбе конец, так? – Сандал прищурился. – Так вот, чего стоит твоя преданность?!
Беллор вздохнул и, помолчав, кивнул парню в сторону коридора.
– Давай, отойдём, – устало предложил он, с досадой глядя Правителю в лицо. – Офаниэль никуда отсюда не денется.
Сандал помедлил, но всё же зашагал в сторону, которую указал блондин. Они вышли из зала, остановившись в небольшом тёмном проёме коридора.
– Я знаю, ты жаждешь мести, Сандал, и я понимаю тебя, поверь. Как отец ты готов убить за собственного ребёнка, и это нормально. Я чувствую то же самое, когда дело касается Аурики. А теперь постарайся понять, что и Офаниэль испытывает те же чувства сейчас. Да, Аспид, конечно, не был ангелом, но для Офаниэля он был почти его ребёнком…
– Что за бред ты несёшь?! – фыркнул Серафим, вновь побелев от ярости.
– Это не бред! Послушай! – Беллор схватил его за рукав, не давая уйти. – Я бы не стал защищать Офаниэля, если бы не знал его истории! У этого ангела никогда не было детей. Все эти тысячелетия он был одинок, и единственным его товарищем, другом и ребёнком был Аспид. Если бы ты видел, как он с ним нянчился, заботился о нём – ты бы понял, что значит для Офаниэля потеря единственного, дорогого ему существа!.. Сандал, я знаю, ты – не злой, – понизив голос, мягче заговорил Беллор. – Поэтому прошу тебя: не наказывай Офаниэля так жестоко. Ему и без того очень плохо сейчас, разве не видишь? Он впал в отчаяние, обезумел, потеряв Аспида. Такое с каждым может случиться, понимаешь?..
– Я понимаю, что ты говоришь мне не всё, Беллор, – Сандал покачал головой, однако гнев его чуть поостыл. – С самого детства, даже не зная правды о Падших, я внимательно наблюдал за вами. И за тобой в том числе. Так вот, насколько я понял, ты не станешь вмешиваться в чужие дела без веской на то причины, и защищать других – не в твоих правилах. Тебя с Офаниэлем что-то связывает, так ведь? Либо ты ему чем-то обязан, либо…
– Офаниэль спас мне жизнь, Сандал, – перебил блондин, хмуро глядя ему в лицо. – Он заслонил меня собой, когда Светлые пытались убить. Я был ещё подростком, чуть младше тебя. Моего отца уничтожили, а мать вышвырнули из Рая за связь с бунтовщиком. Я отправился за ней, хоть Ориэль и пытался меня удержать. Упав, я оказался в самой гуще сражения между Светлыми и отступниками. Земля и небо превратились в сплошное поле боя, где невозможно было спрятаться. Я был очень быстрым, но это, увы, не слишком помогало. Я искал свою мать. В один из дней мне не повезло – натолкнулся прямо на патруль Светлых. Они погнались за мной. Один из ангелов оказался куда быстрее меня. Сражаясь, мы вместе упали на землю, и я ударился о камни. Светлый вытащил меч и замахнулся, но тут неожиданно появился Падший. Он не успел отбить атаку Светлого – просто заслонил меня своим телом. Меч пронзил его насквозь и, наверное, мы бы оба погибли, если б не Аспид. Этот змей кинулся на врага, и через секунду тот уже дёргался в конвульсиях.
– А что было потом? – Сандал даже позабыл о злости, невольно заинтересовавшись рассказом.
– Нас нашли другие отступники. Офаниэля подлечили и мы оба отправились в общину Афаэла. К тому времени Падшие уже проиграли, и война закончилась. Мою мать сожгли Святым огнём, так что мне совершенно всё равно было, куда идти… – Беллор сделал паузу, потом тихо продолжил: – Офаниэль совсем не злой, поверь мне, Сандал. Да, он выглядит необычно, но таков его дар. Однако этот ангел добрее многих, кого я знаю. Не убивай его – он не заслужил смерти…
– Что же мне с ним делать, по-твоему?
– Ничего. Отпусти. Пусть он залечит свою рану… Потом решишь, как поступить.
Сандал несколько секунд молча размышлял, затем развернулся и пошёл в сторону Красного зала. Беллор облегчённо выдохнул и вернулся к Офаниэлю, который всё ещё стоял посреди зала, безразлично дожидаясь своей участи.
– Пойдём, – глухо бросил блондин, беря его за локоть и подталкивая к выходу. – Не нужно здесь оставаться, Офаниэль…
***
Когда Сандал и Эрол, забрав Ария, покинули бункер, там остались только Тадиэль и доктор.
– Ничего, Тадиэль, кость не задета, значит, скоро заживёт, – закончив обрабатывать рану, Армисаэль наложил повязку и теперь помогал ангелу Жертвы снять мантию и облачиться в нормальную одежду. – Хорошо, что зубы Офаниэля не ядовиты, как у его питомца… Кстати, что случилось с Аспидом?
– Не знаю, Армисаэль, – буркнул Падший, просовывая руки в рукава ветровки. – Творится чёрт знает что!.. Скажи: ты уже обследовал труп Эвии? Нашёл что-нибудь?
– Да, – доктор сразу помрачнел. – Она умерла от яда Нигара, Тадиэль.
– Чтоб ему рога поотшибали!!! Нигару этому! – выругался ангел, и долго молчал, позабыв про одежду. – Так вот от чего издох Аспид! Он почувствовал в мальчишке яд и не хотел его кусать!.. Я так и думал, что всё дело в этом!
– Адорос не зря предупреждал, – доктор кивнул. – Не проведи мы обряд – так бы и не узнали, что Арий заражён. Видимо, его организм адаптировался к яду, и теперь сам синтезирует его при эмоциональном всплеске.
– Похоже на то, – Тадиэль нахмурился ещё больше. – Но что теперь прикажешь делать? Убить мальчишку не выйдет – Сандал не позволит. Кроме того, я даже не смог определить характеристику Ария. Только понял, что ребёнок уникален. В нём есть что-то, чего нет ни у одного ангела на Земле.
– Тогда, тем более, его нужно убить! – лицо доктора потемнело. – Следует вынести этот вопрос на обсуждение. На следующем Сборе.
– Бесполезно. Если бы ты сегодня видел Сандала, ты бы понял, что Серафим скорее переубивает каждого из нас, чем даст Ария в обиду. Нет, Армисаэль, Сандала лучше не злить, поверь мне. Этот парень ещё прошлые грешки нам не простил. Не смотри, что он молод. Этот образ слишком обманчив.
– Ты позвал Беллора, потому что знал, что тот не даст убить Офаниэля?
– Да, – Тадиэль кивнул и продолжил натягивать рукав ветровки на больную руку. – Блондин никогда не давал его в обиду, даже Афаэлу. Нужно было срочно спасать нашего «Змея», и никто, кроме Беллора, не смог бы этого сделать.
– И всё же нам придётся поговорить с Сандалом о его сыне, – после паузы мрачно заметил Армисаэль, – Правитель обязан знать…
– Я думаю, он знает, – устало перебил Тадиэль, направляясь к дверям. – Или догадывается. В любом случае, нужно быть очень осторожными в разговоре с ним, док. Помни об этом, ясно?
– Уж куда ясней, – буркнул Армисаэль, запирая двери бункера на замок и садясь за руль джипа ангела Жертвы.
***
На следующий день на пороге дома Серафима появились Тадиэль, Армисаэль и Беллор. Вид у всех троих был серьёзным и хмурым. Едва Натаниэль впустила их в гостиную, как Тадиэль тут же кивнул ей на выход.
– Пожалуйста, Ната, выйди пока. Нам необходимо поговорить с Правителем.
Девушка немного растерялась, но всё же послушно вышла из дома в сад.
– Здравствуй, Сандал, – только после этого, ангел Жертвы обратил своё внимание на Серафима. – Нам следует кое-что обсудить.
– Хорошо, – Сандал напряжённо кивнул. – Я вас слушаю.
– Я узнал причину смерти обеих кормилец, Серафим, – вступил в разговор Армисаэль. – Они были отравлены ядом, который выделяет слюна Ария. Это – яд Нигара. Организм мальчика синтезирует его во время стресса. Именно поэтому погиб и Аспид. Твой сын просто убил его, так что Офаниэль ни в чём не виноват. Кроме того, мы считаем, что ты должен извиниться перед Офаниэлем и решить, что делать с Арием. В противном случае, мы будем вынуждены созвать Срочный Сбор и придать этот вопрос широкой огласке.