Страница 29 из 34
Помолчали. Я – слегка шокированная своей нежданной откровенностью, а Паша…не знаю, просто молчал.
- Это не отменяет того факта, что он тебя выбрал, а удержать то, за что взялся – не смог. – наконец заговорил он. – И это даже не обман, а самообман – считать, что отношения никогда не изменятся, что люди останутся прежними, и все сложится само собой. Так не бывает. Ты хотя бы пыталась, не знаю, хорошо или плохо – но ты делала. А он сдался. Именно поэтому ты лучше, чем он.
- Может, он просто не сразу понял, что я не совсем такая, какой кажусь ему? Какой пытаюсь казаться? Ведь я тоже вру, хотя нет, не вру, одеваю маску, и она прирастает ко мне, да так крепко, что уже не оторвешь. Надо было как-то по-другому. Честнее, что ли.
Я пожала плечами и отела взгляд. Что толку теперь обсуждать все это, ведь ничего не изменится.
- А если бы он вернулся? – Паша опрокинулся на спину и заложил руки за голову, разглядывая потолок. – Хватило бы в тебе сил простить его и опять впустить? Забыть обо всем, что было, и построить заново?
- Да он не вернется. – отозвалась я. Посидела пару секунд и опрокинулась рядом – мало ли, может на потолке и правда что-то интересное? – Звонил сегодня. Жениться хочет.
- На той клубной тигрице? – уточнил Паша. Я повернула голову, разглядывая четкий профиль.
- На ней. – вздохнув, созналась я. – Удивительно, как мало усилий требуется от некоторых, чтобы уводить мужей и утаскивать их под алтарь.
- Ну, откуда ты знаешь? – возразил Паша. – Может, она там из штанов выпрыгивала, все в ход пустила…
- Из штанов так точно. – задумчиво согласилась я и рассмеялась. – Он не сможет с ней жить, он привык совсем к другому, хотя, о чем я…может, это наоборот его судьба?
Паша презрительно фыркнул, но промолчал.
- Знаешь, что самое забавное? – выкладывать, так выкладывать. Я поерзала, устраиваясь поудобнее. – Первый муж изменил мне с такой же. Черноволосой, яркой…судьба у меня такая, видимо – указывать мужьям их путь к брюнеткам.
- А он тоже женился и счастлив? – парень перевернулся на бок, подперев щеку рукой. Я припомнила пьяный голос в трубке и последнюю встречу и сморщилась:
- Ой вряд ли. Спивается, кажется. Не знаю. Он до сих пор иногда звонит и винит меня во всем на свете, особенно в том, что я ему жизнь сломала. Живу себе и все время кому-то жизнь ломаю, представляешь? Как так выходит…
- Роковая женщина, я же говорю. – совершенно серьезно согласился Паша и внезапно ткнул меня пальцем в ребра. Я дернулась и взвизгнула. – Роковая.
- Надо жить как-то по-другому. – успокоившись, продолжила я. – Меньше подстраиваться. Работу найти другую, а то вечно живу где-то на грани «или поем, или три дня буду на трамвае ездить», что за безобразие. Надо уже собой заняться, а не улучшением быта всяких…ненадежных мужчин.
- Все так плохо? – теперь под взглядом серых глаз стало неуютно. Какой-то неправильный был взгляд, слишком уж сочувствующий. Хотя я тоже хороша, ною и ною…
- Ты не слушай особо. – поспешно сообщила я. – То есть нытье мое не стоит так серьезно воспринимать. Подумаешь, скольких бросают, и ничего, все живы. Тяжело, но терпимо. Я жива, здорова, в своем уме, я справлюсь. Еще вот тебе поплакалась - совсем хорошо.
- Еще ни разу не работал жилеткой, очень интересный опыт. – оказывается, краем глаза тоже отлично видны улыбки и ямочки эти чертовы, зачем одному человеку столько обаяния, нечестно вообще!
Я повернула голову, случайно зацепила взглядом часы на стене и вскочила.
- Ничего себе! – помчалась в коридор, бросив жуткие тапки под диваном. – Первый час, а мне спать надо, я же завтра работу ищу!
Паша вышел в коридор вслед за мной, но вид имел изрядно смущенный.
- Извини, что пытаю тебя. – пробормотал он, ероша челку – частенько он туда пальцы запускал, жест смущения, что ли? – Просто хочу разобраться.
- Ничего. Я бы не отвечала, если бы не хотела. – прыгая на одной ноге, застегнула ботинок. – Спасибо. Хороший вечер получился, что лет ни с кем просто так не разговаривала. Без всяких…подтекстов и страха быть не так понятой.
- Это ко мне, да. – серьезно кивнул парень. – До встречи.
Я выскочила за дверь, отчаянно стараясь не обернуться.
Дома рухнула на не заправленную постель, раскинув руки в стороны. От грусти не осталось и следа, наоборот – на сердце стало легко-легко и чуточку грустно. Что поделать, моя жизнь именно такая, и надо научиться получать от нее удовольствие. Или переделать, чем не план?
Поставила будильник и провалилась в сон.
Это было логичным продолжением – во сне был Паша, занудно отчитывающий скучающего Вадима. Муж зевал и выглядел крайне недовольным, я же, в том самом темно-зеленом платье, недавно захватившем мою фантазию, ждала, нетерпеливо постукивая ногой – почему-то раньше, чем закончатся нравоучения Паши, уйти было нельзя. Потом Вадим вовсе превратился в Олега с бутылкой вина в руках, озадаченный Павел оглянулся на меня, спросил «это что за хрень?», и я проснулась под звуки будильника.
Ну и каша в моей голове, даже стыдно перед Пашей, пусть и ненастоящим.
Сегодняшнее отражение в зеркале радовало – глаза сияли, несмотря на припухшие со сна веки, да и губы невольно расползались в улыбке.
Солнце только-только показалось из-за горизонта, когда я, прихватив квитанции из почтового ящика, выскочила на улицу. Самая сонная утренняя тьма, когда тяжелее всего идти на учебу или на работу - ночь ведь, что за безумие, вылезать из теплой кровати раньше солнца?