Страница 15 из 34
- Где тут…минуту. – бормотал он, что-то выискивая. – Вот.
Через стол протянул мне сотовый.
Я пробежалась глазами по экрану. Новостная лента.
«19 ноября … на пересечении улиц Майры и Бекхожина предположительно произошло возгорание автомобиля Honda Civic… Тело водителя, мужчины 28 лет, было обнаружено в двадцати метрах от автомобиля. Мужчина скончался на месте от полученных ожогов.»
- Еще несколько статей, в том числе с соболезнованиями родителям погибшего Владимира Ганиева. – Парень подпер подбородок ладонью. – С фотографиями. После фотографии я и стал читать – узнал его…
Я осторожно положила телефон на стол, борясь с желанием протереть глаза. Получается, у него загорелась машина? Оттого и было так светло и пахло гарью? А он, выходит, загорелся, сидя в машине, выскочил и убежал, но умер? Я-то как оттуда выбралась?
- Спасибо. – деревянным голосом поблагодарила я и встала. – Выходит, искать уже никого и не надо.
Вышла я около восьми. Улицы были полны людей, несмотря на темноту.
Это называется карма. По крайней мере, очень хочется в это верить. Олег – Владимир? – был совершенно спокоен, никаких лишних движений, не верю, что я была первой. Значит, пострадали еще девушки, и теперь я вряд ли узнаю, сколько их, но, если так – он уже расплатился.
Мимо меня брели группки школьников, то и дело обгоняли парочки и уставшие женщины с пакетами продуктов. Перекресток, на котором загорелась машина, бы как раз на полпути между баром и моим домом. Минут через десять неспешного шага я остановилась на светофоре.
Посреди дороги чернело огромное пятно. Снег растаял метров на десять вокруг, обрамляя черную кляксу.
Я поежилась, перебежала дорогу и остановилась, заметив чуть дальше еще одно пятно, поменьше.
Фонари над перекрестком грели ярко, но с той стороны, где стояла я, был пустырь и несколько частных домов, было темновато, но иссиня-черный круг на земле в окружении застывшей грязи бросался в глаза. Странно, что его еще не затоптали.
Никаких заграждений, лент или чего-то еще – только кусочек тьмы на земле. Все, что осталось от человека, видимо, никакого криминала в его гибели не нашли.
Постояв несколько минут, я пошла домой.
На лавочке возле подъезда меня ждал сюрприз. Слегка припорошенный сыпавшейся с веток изморозью, красноносый, засунувший озябшие ладони между коленей.
Мимолетно резануло какой-то уже подзабытой за это время нежностью – никогда не думала, что смогу так быстро вычеркнуть человека из ежедневных мыслей!
- Привет. – я остановилась возле Вадима. – Давно ждешь?
- С семи. – проворчал муж, стряхивая снежинки с колен. – Я звонил.
- Звук не включила, наверное. – я пожала плечами и открыла дверь подъезда.
В квартире Вадим огляделся, как-то скованно снял обувь, как будто привычная обстановка давила ему на плечи. Я скинула сапоги, прошлепала на кухню, щелкнула чайником и остановилась в дверях.
- Пакет тебе дать или что? Все сумки ты забрал. – А я ведь даже не знаю, что он забрал из дома, что оставил… - Много осталось?
Вадим покосился на меня и непринужденно отозвался:
- Да нет, немного. Пакета хватит.
Взял принесенный мной пакет, закинул внутрь кроссовки – да они уже года три пылятся, подошва начала отходить, а выбросить забыли.
- Как дела? – после паузы выдавил он, сверху на обувь бросая старый шарф.
- Все нормально. – я со все возрастающим недоумением наблюдала за его действиями. – Слушай, ты весь хлам собрался вынести? Спасибо, конечно, но ты же не ради этого пришел?
- Саш. – Вадим бросил пакет на пол и поднял наконец глаза на меня. – Я…в общем, я понимаю, что я повел себя как козел.
- Да ну. – я занервничала. Только уговоров мне и не хватало. – Повел, да. И чтобы не стать козлом окончательным, ты соберешь сейчас все тряпки, под предлогом которых можно заявиться, уйдешь, а потом придешь подавать заявление на развод, верно?
- Я не хочу разводиться! – возмутился Вадим, но сразу сник. – Я все эти дни думал о том, что я сделал и как это тебя ранило…
Я выгнула бровь. Совсем странно.
- Мы ведь можем попробовать все сначала? – Вадим с горячностью перешел в наступление. – Просто сделать вид, что ничего этого не было. Да, я поступил как свинья, я сам все понял, я больше не допущу таких ошибок.
- Ошибок? – переспросила я. – Что, барышня к себе жить не пустила? В чем дело то?
- Я и не собирался к ней уходить. Познакомились в баре, ну и… - Вадим пожал плечами. – Да я уже и не помню, как ее звали! Саш, я серьезно. Я не собираюсь отказываться от нашего брака.
- Здорово. – я потерла лоб. Как можно эту чушь нести со столь вдохновенным и серьезным видом? Может, он тупой, а я за годы брака и не заметила? – Какого брака, Вадим? Нет никакого брака, забудь.
А ведь я хотела, чтобы он пришел и просился обратно. Хотела, чего скрывать. Я смотрела на него, еще покрасневшего с мороза, с горящими глазами уговаривающего не принимать все настолько всерьез, и понимала, что с момента измены именно этого я и ждала. Сначала в надежде, что все можно будет починить; теперь было все равно. Пока я ждала момента отремонтировать наш брак, сама необходимость в браке исчезла, оставив усталость и желание покончить со все этим.
- Вадим. – я перебила его на полуслове, впрочем, уже минуты три я и не слушала, что он там говорит. – На выход. Пакет не забудь.
Муж приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но осекся, глядя на меня. Постоял еще несколько секунд, наклонился за пакетом. Я открыла дверь.