Страница 3 из 5
— Ты в порядке? — обратилась к девочке Элизабет, наклоняясь и большим пальцем вытирая влагу в уголках глаз. — Может сходим к медсестре, она посмотрит что у тебя?
— Не надо, — тихо шмыгнула носом малышка, поправляя каштановую прядку. Посмотрев вниз, смахнула пылинку с подола платья, задев ногу и прикрыв глаза от неприятных ощущений.- У меня немного болит нога.
— Какая? Левая? — посмотрев, куда показала девочка, блондинка кивнула и, схватив рюкзак, начала в нем рыться. Достав тюбик с мазью, выдавила немного и помазала синяк, который начал проявляться на месте удара. — Вот и все. Простой синячок, скоро все пройдёт. Ну, а за терпение держи конфетку, — Бетти протянула небольшой яблочный леденец, вкладывая его в руку радостной девочки.
— Спасибо, — улыбнулась малышка и крепко обняла девушку.
Бетти улыбнулась ей в ответ и совсем не заметила Джонса, наблюдающего за этой картиной, которая влюбила его в девушку ещё сильнее.
Джагхед ещё ни разу не видел ни грамма косметики на Элизабет. Всегда такая естественная и чистая, она была словно ангелок, спустившийся на землю, и единственное, чего желал Джонс — присвоить этого ангела себе. Забрать, укутать в объятия и никому не отдавать. И даже возраст, эти гребанные шесть лет разницы не останавливали его — ведь это не такая уж и преграда, правда?
Но он был уверен, что Бетти достойна чего-то большего, чем отношения с простым учителем истории, чья зарплата не позволит кататься на Бали каждый месяц. Поэтому лучшим вариантом было бы оставить блондинку в покое, но сердце болезненно сжималось, когда он видел Купер с другими парнями.
— Джаг, все хорошо? — обеспокоенно спросила девушка, несколько раз щёлкая пальцами у него перед носом. Поняв, что он завис на несколько минут, тупо пялясь на Элизабет, брюнет прокашлялся и отвёл взгляд, пытаясь вести себя спокойно, ответил — Просто задумался. Не одна ты можешь витать в облаках, принцесска.
Бетти смутилась и залилась румянцем от такого обращения, заставляя Джагхеда повеселеть. Прошло уже много времени с тех пор, как он начал ее так называть, но девушка все никак не могла привыкнуть и каждый раз чувствовала себя неловко.
— Может расскажешь, что произошло? — вдруг серьезно спросил парень, вновь резко меняя тему. Это уже входило в его привычку: быстро переходить от одной темы к другой, сбивая Купер с толку.
— Кажется я рассказала тебе все, — тяжело вздохнула, поправив свитер и запрыгнув на парту напротив учительского стола, так, что черная джинсовая юбка задралась неприлично высоко, оголяя стройные бедра, заставляя Джонса нервно сглотнуть. — Последнее, что я ожидала от Чарли — это сигареты. Откуда он их взял? И зачем это ему? Я… Я просто не понимаю. Он же обещал исправиться, мы разговаривали об этом… и все равно по новой. Я чувствую себя никчемной сестрой!
— Это неправда, Беттс, — девушка почувствовала как внутри потеплело от ласкового сокращения ее имени. — У Чарльза сейчас тяжёлый период в жизни: он подросток и все его чувства обострены. Думаю тебе стоит напомнить ему, что он не один и ты всегда можешь поддержать его. Он должен знать, что в любом случае он может обратиться к тебе.
— Я пыталась, он обещал перестать прогуливать уроки. И все заново! Я ругалась с ним, наказывала, отбирала телефон, общалась дружелюбно и ничего не помогает, — обессиленно понурила голову Бетти. — Я в таком отчаянии, ты бы знал, Джаг!
— Давай попробую я? Что если… Ну скажем сегодня вечером я зайду к вам в гости? Ты недавно заикалась про свою фирменную шарлотку, вот и попробую, — подмигнул брюнет, наблюдая за реакцией девушки. Знал: она вряд ли откажет, но все равно боялся навязываться — она же ещё не знает, почему он так стремится ей помочь. (Потому что любит).
— Ты слишком наглый, Джонс, — улыбнулась Элизабет, отводя взгляд к окну. Сделала вид, что немного подумала, специально чтобы помучить парня, а затем быстро выпалила, пока не передумала и не растеряла всю смелость, — Денман стрит, 14, сегодня в семь, — и блондинка вышла из кабинета, махнув ухмыляющемуся парню рукой, пытаясь привести в порядок сбившееся к чертям дыхание. Это ведь будет первый раз, когда он придет к ней в гости… И Бетти хотела бы верить, что не последний.
***
Подготовка к вечеру шла полным ходом. Девушка крутилась вокруг плиты, постоянно проверяя на готовность пирог, ведь сегодня ей точно нельзя облажаться, а потому ко всему она готовилась тщательно. Наряд, старательно подобранный ещё полчаса назад, висел в комнате на плечиках и дожидался своего часа — Бетти хотелось выглядеть красиво перед Джагхедом, поэтому она решила выбрать одно из своих самых красивых платьев. Нежно-фиолетовое, с кружевными оборками и пышным подолом, оно создавало лёгкое облако вокруг ног. И пусть это не совсем (вообще не совсем) домашний стиль, но в нем она по-настоящему чувствовала себя принцессой.
Уборка была закончена, пыль вытерта и оставалось только дождаться готовности ужина и убрать посуду на кухне. Чарльз, сидящий в небольшой гостиной, странно смотрел на сестру, не понимая зачем та так носится по квартире. По ее словам, к ним должен был зайти мистер Джонс, отчего настроение у парня заметно упало и он даже успел поссориться с Бетти, называя ее предательницей, ведь «настоящая сестра не впустит этого идиота к нам в дом». Но девушка была в слишком хорошем настроении и ругаться с блондином не стала, лишь пообещала, что никто его обвинять не будет, а это просто мирный разговор.
Чарльз знал, что такое мирный разговор, потому что нередко получал от своих одноклассников или старшеклассников, которые «хотели просто поговорить» и потом он уходил от них с синяками. Он не хотел никаких мирных разговоров.
Конечно, Купер-младший был не слепой, и прекрасно видел, как его сестра смотрела на Джонса. И как тот, в свою очередь, смотрел на нее. Таким хищным взглядом, словно охотник на добычу.
Просто он не замечал, как горели глаза Джагхеда при виде блондинки.
Отдавать свою сестру, пускай вредную (по его мнению) и иногда бесящую, Чарльз не хотел и не собирался. Бетти была его единственной семьёй, и парню правда было стыдно перед ней, хоть он и старался этого не показывать, но грубые слова и язвительные комментарии сами слетали с его языка и порой Чарльзу казалось, что лучше уж быть немым.
— Зачем ты так стараешься? — не выдержал блондин, всё ещё внимательно следя за Бетти, которая уже доставала шарлотку, распространяющую запах яблок по всей кухне. — Это же просто мирный разговор, — передразнил сестру, — Ещё скажи, что ты накрасишься и оденешься для полного парада, — фыркнул, отворачиваясь к стене.
— Чего ты такой злой? — Элизабет попыталась перевести тему, чувствуя как щеки полыхают румянцем, ведь слова Чарльза являлись правдой. — Я понимаю, что ты не хочешь с ним говорить, но это нужно. Ты перешёл все границы, Чарли. И я устала от всех твоих выходок. Пообещай мне, что не будешь закатывать истерик и спокойно поговоришь с Джагхедом.
— О, то есть он уже не мистер Джонс, а Джагхед? — наигранно удивлённо вскинул брови вверх парень, заставляя Бетти смутиться. — А что будет дальше? Он будет приходить к нам, пока я не исправлюсь, да? Тогда передай, что он уже может прекратить весь этот цирк, я не собираюсь выслушивать от него очередные нравоучения!
— Хватит! — вдруг крикнула Купер. Слишком долго она таила все в себе, нервы не выдерживали. — С меня довольно! Я так стараюсь, работаю как не в себя, стараясь нас прокормить, покупаю тебе одежду, хожу на все родительские собрания, я пытаюсь найти общий язык с тобой, а все, что я получаю — хамство и грубые фразочки в свой адрес. Мне это надоело, делай, что хочешь! — и бросив на стул полотенце, которое до этого держала в руках, Бетти поднялась в свою комнату, хлопая дверью.
Чарльз, громко вздохнув, положил руки на стол и мысленно проклял себя уже несколько раз. Ну неужели так сложно было помолчать? Зачем он опять начал говорить ей какие-то гадости? Блондин едва не завыл от бессилия, понимая, что сейчас она скорее застрелится, чем пустит его к себе в комнату.