Страница 17 из 67
— Вот уж без такого пиара я как-нибудь обойдусь. Это пусть Бред Питт со своей сошедшей с ума женой обзаводятся черными малышами. Все они в Голливуде полностью сумасшедшие. Мне же такого "счастья" не надо, — парень скривился.
— Хорошо, Роза, — громко позвал мужчина, вскочив с места.
Смугленькая красоточка появилась тут же, уставившись, однако, на Джастина. Впрочем, Лиза, несмотря на охватившие ее горечь и стыд, вполне могла ее понять. — Принеси завтрак Лизе в комнату. Лиза, — теперь он уже спокойно обратился к ней, — иди поешь к себе. Так будет лучше… для всех.
ГЛАВА 6.
Лиза буквально давилась завтраком. Ей хотелось умереть. Она понимала, что это глупо, так переживать из-за одного человека, когда все остальные относились к ней довольно неплохо. И у нее даже была собственная служанка.
Но слезы катились по белым щекам, а тоненькие пальчики сжимались в кулачки.
То плохое, что начало вновь с ней происходить после знакомства с Джастином, будто зачеркнуло все хорошее. И, что самое ужасное, этот парень полностью завладел ее сознанием, настойчиво проник в него и овладел всеми помыслами.
И сама мысль, что он ее ненавидит и презирает, безостановочно мучила девочку. Привыкнув, казалось бы, к ненависти и злобе приютских соседок, она все рано очутилась словно бы с заживо содранной кожей под палящим солнцем.
С трудом справившись с порцией завтрака, запив его фрэшем из манго, которого она никогда раньше не пробовала, она нажала на кнопку звонка, вызвав Розу. Та пришла и с почти презрительным видом — словно бы и ей передалось отношение семьи Армстронгов — убрала грязную посуду на поднос и удалилась с видом обиженной королевы.
Это практически доконало Лизу — она опустила голову на столик и снова зарыдала. Она словно бы физически ощущала презрение, окутавшее ее, будто навсегда приклеенная фата.
"Неужели я действительно думала, что ко мне будут относиться как-то по-другому? К тому же, такие богатые и знатные люди… На меня даже эти уродины в детдоме плевали… Чего же я хотела, сказки? Глупо, мне не пять лет. Почему же тогда мне так паршиво?"
Девочка со скуки и тоски обошла все свои комнаты: так невероятно красиво и богато, но на душе все равно пусто. Затем зашла в музыкальную комнату — и тут немного потеплело на сердце.
Она уселась за концертное фортепьяно, выглядевшее невероятно шикарно для нее, всю жизнь игравшую на расстроенных, старых пианино, подняла крышку, сосредоточилась, коснулась пальцами клавиш.
Белое и черное — словно дорожки ее жизни. Хотя раньше были исключительно черные полосы. Может, когда-нибудь настанет черед и белой полосы?
Сейчас у нее в душе царила только музыка. Она отгоняла тоску и боль, заполняя сознание невероятной радостью, чувством полета. Погружение в океан огня. Она горела, заживо сгорая в собственном вдохновении…
— Ты прекрасно играешь, — улыбка Дженифер Армстронг была такой счастливой, словно бы ничего неприятного за завтраком и не произошло. Она была в красивом белом платье с алыми розами и в большой шляпке, которую слегка придерживала тонкой рукой. Создавалось впечатление, что она позировала для невидимого фотографа.
— Не хочешь пройтись по особняку? А то ты его еще толком не видела.
Девочка, конечно же, кивнула.
Они с женщиной спускались и поднимались по безупречным лестницам, устланным коврами. Лиза с любопытством осматривала коридоры — в комнаты Дженифер ее не заводила, разве что показывала некоторые: библиотеку, большой спортивный зал для Джастина с бассейном, застекленный зимний сад с тропическими растениями — за ними ухаживал огромного роста негр, которого она на самом деле испугалась.
— Видишь, как у нас все красиво. Просто дворец, — с гордостью заметила женщина.
— Да, все просто сказочно, — охотно подтвердила Лиза. Ее настроение снова поднялось. Дом выглядел настоящим раем, как "из телевизора". Даже та небольшая часть, которую она увидела, поразила ее.
"А кушать я могу и отдельно — какая разница. Даже лучше — буду меньше видеть этого противного Джастина" — мелькнуло в голове.
Потом Джен вытащила ее гулять в холодный сад, правда, они накинули теплые шубки.
— Посмотри, какая романтичная беседка, — улыбаясь, заметила светловолосая женщина, дергаю Лизу за рукав. Они подошли к изящной деревянной беседке, которую обвивали уже засохшие виноградные гроздья — словно засушенные черные змеи.
Они вошли внутрь и уселись на гладкие деревянные скамейки за небольшой столик.
— Тут красиво, правда? — женщина с удовлетворенной улыбкой оглядела небольшое помещение, украшенное изящной резьбой. В четырех углах беседки висели четыре чугунных фонаря, которые казались гостями из прошлого, из какой-нибудь мрачно-готической сказки Андерсена.
— Здорово, — улыбнулась Лиза, осматриваясь. Простой дизайн беседки восхищал ее. Постройка выглядела не такой вычурной, как комнаты поместья, и была более созвучна ее настроению.
— Сюда мой сын летом бегал на свидания со своей девушкой, — ностальгически-печальным тоном добавила женщина, подперев рукой подбородок и уставившись в резное окошко.
Лиза вдруг ощутила, будто сердце отрывается и летит куда-то, как оторванный ветром желтый осенний листик. Неведомая тоска стиснула ее сердце.
— А что, у Джастина… есть девушка? — тихо поинтересовалась она.
— О, да, конечно. Ты же его видела. Красавчик, правда? — голос женщины был наполнен счастьем и энтузиазмом. — Иногда мне даже не верится, что я смогла родить такое совершенство. Он плод нашей со Стивеном Великой любви, — с пафосом добавила женщина. — Джастин, конечно же, учится в Гарварде, он там один из лучших студентов. Он потрясающий, правда?
Лиза с тяжким вздохом кивнула. Она не могла не согласиться — и это не была ложь с ее стороны.
— А какая у него девушка? — с жадным интересом спросила она.
— Дочка одной из знатных английский семей. Они очень богатые, а девушка к тому же красавица. Но, конечно, ей очень повезло, что Джастин согласился с ней встречаться. И она это понимает, любит его безумно. Знаешь, она не из этих современных феминисток. Она осознает, что без моего сына она никто. Ноль без палочки. Ее зовут Джина Остин, она просто чудо. Я обязательно покажу тебе ее фотографию. Хотя, скорее всего, скоро ты ее увидишь. Джина часто к нам заходит. Ей всего четырнадцать, но она такая милая. И очень красивая. Кстати, тоже светленькая, — женщина изучающе оглядела волосы Лизы. — Правда, подозреваю, что она красит волосы. А у тебя натуральные, — она подергала девочку за прядь волос. — Ой, а вот и Джина, — женщина буквально подпрыгнула, всплеснув руками в диком восторге. — А мы вот прямо сейчас о тебе говорили.
К ним в беседку вошла прелестная незнакомка. Лиза уставилась на нее во все глаза, не в силах отвести взор. Девушка была чуть выше ростом, хрупкая, очень симпатичная. Осмотрев маленькое личико, окруженное прядями явно крашенных золотистых волос, капризные, слишком тонкие, на ее вкус, губки, Лиза с радостью пришла к выводу, что намного красивее этой девицы. Хотя та была одета "с иголочки", но подчеркнуто скромно. Изящный бежевый костюмчик, туфельки на небольшом каблучке.
При виде ее Лизе внезапно вспомнилось несколько глянцевых женских журналов, которые, все помятые, все-таки оказались в ее руках. На тех страницах красовались модные подростки-девушки, выглядевшие так, словно жизнь лично презентовала каждой из них Счастье. Одетые вроде бы просто, но шикарно; каждая черточка их лица и линия тела буквально вопила о превосходстве над обычными мальчиками и девочками.
— Здравствуйте, миссис Армстронг, — улыбнулась девушка. — А Джастин у себя? Я ему звонила на мобильный, но он у него почему-то отключен. Все пять, — девушка рассмеялась. — Может, он опять ушел в творческий запой? Пишет новую песню? — кокетливо усмехалась девушка, постукивая ножкой об пол. — Он же такой… творческий.