Страница 4 из 10
– Ой-ой-ой! – закричали кролики.
– Ой-ой-ой! – закричала белочка.
– Ой-ой-ой! – расплакалась Сильфа, когда вернулась назад и услышала о том, что случилось.
– Не плачь, – стала утешать её белочка. – Ты объяснишь королеве, что ни в чём не виновата.
– Я так не могу! – заливаясь слезами, ответила Сильфа. – Я ведь обещала королеве, что сошью ей к балу новое платье! И оно было такое красивое! Нет, я полечу вслед за ветерком. Может, узнаю, куда он унёс платье.
И она взмыла в небо и закружила над лесом, пытаясь найти платье из утренней дымки, но его нигде не было. Сильфа летела, летела и наконец очутилась возле дома Южного Ветра.
– Пожалуйста, скажи мне, куда ты забросил платье, которое унёс сегодня утром? – спросила она у Ветра.
– Ой, – сказал Южный Ветер, – а что, это так важно?
– Да, это очень важно! Говори немедленно! – нетерпеливо воскликнула Сильфа.
– Э-э, честно говоря, сам не знаю, – ответил Южный Ветер. – Извини, но я об этом как-то не думал.
– Ну вот, – расстроилась фея. – Надо тебе хотя бы иногда думать о том, что ты делаешь.
И она полетела домой. Сильфа ужасно устала и решила немного пройти пешком через лес, чтобы дать отдохнуть крыльям. И вот, пробираясь между деревьями, она вдруг услышала тоненький испуганный голосок:
– Пожалуйста, отведите меня домой!
Сильфа обернулась и увидела совсем маленького эльфа, у которого даже крылышки ещё как следует не выросли.
– Вообще-то я очень тороплюсь, – вздохнула фея, – но, если ты скажешь мне, где живёшь, я тебя отведу.
– Спасибо! – пискнул эльф.
Он жил высоко на берёзе. Мама эльфа очень обрадовалась, когда увидела своего сыночка, и долго благодарила Сильфу.
– Хочешь посмотреть, что я сегодня нашла в лесу? – спросила мама эльфа у Сильфы. – Это Южный Ветер принёс. Такая красота! – И она достала из шкафа что-то лёгкое, голубое и сияющее.
– Это же платье, которое я сшила для королевы! – всплеснула руками Сильфа. – Может быть, я ещё успею отдать его вовремя!
И, крепко прижав к себе лёгкий наряд, Сильфа полетела так быстро, как только могла. Она вся взмокла от волнения и спешки, её волосы растрепались, а своё собственное платье порвалось о колючие ветки. Усталая, грязная, исцарапанная, она влетела во дворец и попросила пропустить её к королеве.
Слуга провёл её в огромный зал, где толпилось множество волшебного народа.
– А я и не знала, что бал уже начался! – охнула Сильфа. – Я принесла королеве платье!
– Сильфа! – удивилась королева. – Ты почему пришла на мой бал в таком виде?
Сильфа расплакалась и, упав на колени, рассказала королеве, как ветер унёс платье и как она его искала.
– Я уж и не думала идти на бал, – призналась она. – Хотела только отдать вам платье.
– Бедняжка Сильфа, – сочувственно сказала королева. – Конечно, ты пойдёшь на бал. Скорее умойся и надень то самое платье, которое ты сшила для меня. Такая добрая фея достойна носить самое прекрасное платье на свете!
Представляешь, как обрадовалась Сильфа?
И все гости говорили, что после королевы Сильфа – самая милая и красивая фея на балу в самом прекрасном платье из утренней дымки и звёздного сияния.
Софи и её любопытная свечка
В семье было четверо детей: самый старший – Филипп, после него – Элен, потом Джордж, которому уже исполнилось семь, и, наконец, Софи, ей было шесть.
В доме, где жила Софи, не имелось ни электричества, ни газа. Это был очень старый дом, поэтому маме приходилось готовить на керосиновой плитке и освещать комнаты керосиновыми лампами. А спальни – вообще свечами в подсвечниках.
Каждому из детей полагалась собственная свеча. У Филиппа была зелёная свечка, у Элен – красная, у Джорджа – синяя, а у Софи – жёлтая. Мама специально покупала для них разноцветные свечи, и в обязанности Софи входило вставлять каждую свечку в подсвечник того же цвета.
Вечером мама ставила все четыре свечи на сундук в холле, чтобы дети могли прихватить их по дороге, отправляясь наверх, в свои комнаты. Свечи терпеливо ждали, когда наступит время ложиться спать. Тогда у них на головах появятся огоньки, похожие на колпачки, и они смогут осветить спальни, посмотреть, как дети переодеваются ко сну и как пляшут тени на стенах комнаты. А ещё послушать, как дети произносят вечернюю молитву и плюхаются в свои кроватки, а те в ответ громко скрипят.
Как-то вечером Софи пришлось вытряхнуть из подсвечников остатки старых свечей, чтобы вставить новые. В этот день мама купила четыре новенькие свечки – зелёную, красную, синюю и жёлтую – для каждого из детей.
– Красную свечку – в красный подсвечник, – сказала Софи и решительно вставила красную свечу. – Зелёную свечку – в зелёный подсвечник. Синюю свечку – в синий подсвечник. И мою любимую жёлтенькую свечечку в жёлтенький подсвечничек. Моя свечка самая хорошенькая!
Конечно, жёлтая свеча была очень довольна. Зато остальным слова Софи совершенно не понравились!
– Жёлтый – дурацкий цвет, – заявила красная свеча. – Самый лучший цвет – красный. Это цвет жаркого огня в очаге.
– Ничего подобного, самый лучший цвет – синий. Это цвет весеннего неба, – гордо сказала синяя свеча.
– Да, но зелёный – это цвет травы и деревьев. Все любят зелёный, – сказала зелёная свеча.
– А жёлтый – цвет солнца, – застенчиво сказала жёлтая свечка. – Это ведь тоже хороший цвет, правда?
Но никто её не слушал, поэтому свечка просто стала ждать, когда наступит вечер и она наденет свой огненный колпачок и будет любоваться, как тени пляшут на стене.
Но тут в холл вбежала мама. Она принесла керосиновую плитку и поставила её на пол возле сундука.
– Такой холод сегодня! – сказала мама, обращаясь к Софи. – Надо обязательно прогреть холл. Тёплый воздух поднимется и хоть немного обогреет лестницу. Просто ужас, до чего холодно!
Плитка горела ровно, освещая тёмный холл жёлтым светом. Софи смотрела на неё, устроившись на нижней ступеньке лестницы. На потолке тоже лежало жёлтое пятно света, и девочке это очень нравилось.
Софи зябко поёжилась. И правда, очень холодный день. Подумав, она немного придвинулась к плитке и протянула вперёд свою куклу, чтобы та погрела ножки. Близко к плитке Софи не подходила, потому как мама сказала, что это опасно.
Софи оглянулась. На сундуке стояли свечи, и её жёлтенькая была позади всех.
– Бедная моя свечка, – сказала Софи, – ты, наверное, замёрзла там, в самом конце. Придвину-ка я тебя поближе, чтобы ты согрелась.
И она передвинула жёлтую свечку на самый край сундука, так что та теперь смотрела сверху вниз прямо на плитку. Было так интересно наблюдать, как вьётся в плитке огонёк!
– Софи, Софи, не сиди в холодном холле! – крикнула мама.
И Софи убежала в гостиную, где в большом камине ярко пылал огонь. А свечи остались на сундуке смотреть на плитку.
Через некоторое время жёлтая свечка почувствовала, что ей как-то не по себе. Она стала такой горячей. И мягкой. И больше не могла стоять прямо! Ей ужасно хотелось наклониться. Это было очень странно! Свечка изо всех сил старалась крепко держаться в своём подсвечнике, но у неё ничего не получалось. Медленно, медленно она начала гнуться набок. Потом склонила голову, потом так изогнулась, как будто уселась на край подсвечника. Какой ужас!
Конечно, воск размягчился от тепла плитки. Но свечка-то этого не знала! И ей было ужасно стыдно, что она так неприлично себя ведёт.
Тут другие свечи начали над ней смеяться.
– Посмотрите на жёлтую! – воскликнула красная свеча. – Да она на ноге не держится!
– Может, тебе кресло придвинуть? – насмешливо поинтересовалась синяя.
– Вот бедняга! Согнулась, как тот нищий старик, который приходил сегодня просить милостыню, – фыркнула зелёная свеча.