Страница 4 из 14
Это подтвердили и весы, показавшие, что за свою недолгую жизнь мой сынуля умудрился не только не потерять в весе, но и набрать сто грамм сверху. Значит, дело точно не в количестве молока.
И лактационную смесь тоже, выходит, зря купила…
Покрутив в руках красивую коробочку, я с упоением понюхала ее. Что за чудный запах! У меня даже в животе заурчало. После родов я ела крайне аккуратно – в «мамской» книжке писали, что следует придерживаться диеты. Я и придерживалась… Пыталась… Но это было настоящей мукой! Я всегда любила вкусно покушать, в особенности, в периоды тяжелой работы или стресса.
Решив, что уж от этой-то лактационной штуки точно хуже не будет, я развела себе в чашке кремовый порошок с легкими нотками аниса и, подождав положенные десять минут, с наслаждением слизала жирную сладковатую пенку.
Как мало, оказывается, нужно человеку для счастья! Вкусный напиток поднял настроение и заметно прибавил сил. После него я была готова на новые материнские подвиги.
Расплата за вкусняшку пришла ночью. Грудь так сильно налилась молоком, что даже стала болеть. Если до этого я мысленно умоляла малыша поспать чуть дольше, чем ставшие привычными для него полчаса, то теперь с нетерпением ждала его пробуждения. А он, как назло, вдруг решил дать маме выспаться. Спал уже два часа подряд. Что за закон подлости?
Грудь уже горела огнем – налилась так, что, казалось, вот-вот лопнет. Нужно было немедленно что-то предпринять. Я вспомнила курсы и то, как там рассказывали про сцеживание. Казалось, вот оно, спасение! Однако – нет. С первого раза у меня ничего не получилось. Вообще! Я оперлась ладонями на раковину в ванной и задумчиво взглянула в большое зеркало. Оттуда на меня смотрело измученное серое лицо с синяками под глазами, обрамленное выбившимися из пучка волосами. Неужели это я? Какой ужас! Встреть я подобную девушку на улице годом раньше, решила бы, что она больна…
А ведь это еще только начало.
Ладно. Я сильная, и я справлюсь. Пообещала себе, улыбаясь отражению.
Знаете, чего мне особенно не хватало в Подлунном мире? Интернета. Здесь его почему-то массово не использовали – только в особых правительственных целях. Рядовым гражданам, даже влиятельным оборотням, он не полагался. Как альтернатива, здесь существовали аналоги мессенджеров и электронной почты, которые устанавливались на сотовые телефоны, а также специальные фильмотеки, библиотеки и аудиотеки, но свободного доступа к любой информации и поисковиков не имелось. Не было ни форумов, ни соцсетей с живыми людьми, где можно было бы обсудить свои проблемы и расспросить о них тех, кто с таким уже сталкивался.
Так что «мамская» книга меня очень выручала. Именно в ней я прочла про молокоотсос, который попросила купить мне немедленно. Иначе я лопну! Помимо этого я заказала новых подгузников – теперь размера «единица» – и предусмотрительно одну пачку, хоть и большую. А те, маленькие нулевки, сложила в пакет и попросила завезти в приют для сирот.
Он находился в соседнем районе. Однажды поддерживающие его активистки пришли к нашему особняку с коробками благотворительного печенья. Они приехали из другого города и не знали, что дом принадлежит оборотням. Охранник хотел прогнать их – они уже и сами поняли, куда пришли, и собрались уходить – но одна из горничных, многодетная волчица Герда, сжалилась и купила две пачки. К ней присоединились повариха Алисия и старик-дворецкий, который взял по пачке внукам и любимой жене. Я тоже купила – взяла все, что осталось. Для сирот ведь. И, кстати, вкусное оказалось печенье – мы не пожалели.
Подумав об этом, я поймала себя на мысли, что скучаю по обитателям дома. Герда бы мне очень сейчас помогла – она про детей, наверное, все знает. Как только приедет Андрей, обязательно уточню у него насчет нее. Может быть, удастся хотя бы ее вернуть…
Молокоотсос меня спас – существовать сразу стало легче. Вот только малыш, будто специально, снова начал спать по тридцать минут. А в книжке писали, что обычно новорожденные спят гораздо дольше, и кормить их нужно каждые три часа. Был даже расписан примерный график кормлений, в который я даже при большом желании не могла уложиться. Неужели, у кого-то реально все так гладко проходит, и есть целых три часа подряд на сон?
Итак, молока было вдоволь, сынок в весе прибавил, но аппетит у него не уменьшился. Как же так? Одной рукой удерживая у груди малыша, второй я принялась судорожно перелистывать страницы «мамской» книги. В конце главы были приведены несколько сложностей, с которыми сталкиваются матери при кормлении, одна из которых открыла мне глаза на ситуацию. Оказывается, ребенок просит грудь не от того, что голоден, а просто потому, что ему нужна пустышка. С пустышкой во рту ведь спокойнее и уютнее!
Я закрыла книжку и вздохнула. Использовать маму, как соску, конечно, здорово, но так я вообще спать перестану… Сон. Почему я раньше его не ценила? Засиживалась ночами за книгой или перед телевизором? Сейчас бы я себе не позволила транжирить бесценное время сна. Сейчас, будь у меня возможность, я б завалилась спать на целые сутки! На двое суток! На неделю…
…. Но такой возможности не было. И даже кофе выпить нельзя.
Вырвав из блокнота очередной листок, я написала на нем слово «пустышка». Надеюсь, это меня спасет.
***
Семь дней пролетели, как один.
Наверное, они и были этим самым «одним» днем – долгим, бесконечным, бессонным. Радовало одно – к концу недели я смогла впервые сесть. До этого только ходила и лежала. И ела стоя, как лошадь. Неудобно все это, скажу я вам, непривычно. Готовилась я к этому моменту минут пять. Сперва было страшно – вдруг разойдется шов? – поэтому сидела я бочком, изогнувшись всем тело. Не слишком-то удобно, но доктор сказал, что нитки рассосутся спустя неделю и переживать будет не о чем.
Малыш за прошедшее время здорово изменился. Он заметно порумянел и порозовел – стал похож на тех милых карапузов, что показывают в рекламе и печатают в журналах. Сущий ангелочек, и не подумаешь сразу, что внутри него скрывается волчонок. И, опять же, вопрос, когда волчонок даст о себе знать, остается открытым.
Андрей вернулся в воскресенье вечером и сразу пришел ко мне, проведать сынишку. Муж старался вести себя беззаботно, но я сразу отметила, как он напряжен.
– Как вы тут? Не скучали? – спросил, наклоняясь над кроваткой. – Кирилл мои указания выполнял?
– Да. Кирилл был молодцом, – устало отозвалась я. – А как у тебя дела?
– Все нормально, – отводя глаза, буркнул муж.
– Точно? Лучше расскажи, как есть. Я же вижу, как ты взволнован.
– Не хочу, чтобы ты беспокоилась лишний раз.
– Я в любом случае буду беспокоиться, а так хоть гадать-предполагать перестану.
Андрей прикрыл глаза, подумал несколько минут и выдал:
– К нашим врагам присоединились еще несколько семей. Ситуация ухудшается. Похоже, влияние Красного полумесяца многим – как кость в горле! Но ты не беспокойся, сил у нас хватает, и скоро мы поставим недоброжелателей на место.
– Даже не сомневалась в этом, – я обняла мужа и прижалась к его груди.
Руки Андрея скользнули по моей спине, обвили талию. Я почувствовала, как участилось его дыхание. Альфа припал к моей шее, обжег кожу поцелуем, после чего быстро переключился на губы. Сильные руки смяли грудь, скользнули по животу.
– Как же я соскучился, – выдохнул он мне в ухо…
…. а я вдруг отчетливо поняла, что даже думать не хочу об интиме! Да, и какой интим, если у меня там все… как бы помягче выразиться? Первые два дня мне казалось, что тело мое побывало в мясорубке и вот-вот развалится на куски. Грудь моя, опять до отказа налившаяся молоком, теперь принадлежала только ребенку. Мужское прикосновение сразу показалось грубым – натянутую кожу будто ожгло огнем. Живот – это отдельная песня. После родов из него будто исчезли все мышцы. Он стал таким мягким, что дотронуться страшно! Казалось, ткни пальцем и промнется насквозь. Хорошо, что я быстро надела специальный пояс-корсет. С ним стало немного легче.