Страница 40 из 86
- Девочка не про вашу честь! - отбрил он "добровольцев".
Те, недовольные, все же подчинились. Вике стало очевидно - он здесь главный. "Ну и силен мужик! Такого я еще не встречала... - мелькнуло у нее в голове, затуманенной алкоголем и сладкой истомой. - Жаль, если бросит..." Она отчетливо сознавала, что стала его рабой.
Юсупов, сидя в своем кабинете, углубился в изучение новейшей схемы сигнализации, когда раздался телефонный звонок. Михаил неохотно поднял трубку.
- Слушаю вас, - и досадливо поморщился. - Представьтесь, пожалуйста.
- С вами говорит Соловьева Виктория Серафимовна, - раздался в трубке молодой, приятный голос, - менеджер банка "Сибинвест" по связям с общественностью.
- Чем могу быть вам полезен? - поинтересовался Михаил, начиная подозревать, в чем дело, и пошутил: - Я ведь прессой не занимаюсь, все больше по печному делу.
- Мне нужно оформить у вас временный пропуск. Буду брать интервью у посетителей фонда: мы решили подготовить рекламный ролик о содействии банка инвалидам-афганцам.
- Ладно, приезжайте знакомиться, - охотно согласился он. - Введете меня более подробно в курс дела.
"Интересно, какую новую игру затеял Козырев? - Михаил предчувствовал надвигающуюся опасность. - Придется принять его вызов. Посмотрим еще, кто кого".
Когда Виктория непринужденно уселась в кресло напротив него, Михаил удивился: лицо ее показалось очень знакомым; впечатление, что он давно ее знает. Но ведь практически это исключается...
Болтая и с откровенным интересом его разглядывая, она поведала, что собирается делать у них в фонде, какой материал и для какой цели намерена собирать.
- Я же бывший репортер, это мой конек. - Она улыбалась, не сводя с Михаила странного, манящего взгляда карих глаз. - Должно получиться. Сами убедитесь, когда рекламу увидите по телевидению.
"Бойкая бабенка, и глазки мне строит, - отметил Михаил. - Только меня не проведешь! Но отбрить ее пока рано. Надо использовать ситуацию, разузнать, что Козырь задумал. А провокации я не боюсь - буду начеку!"
Прикидываясь простаком, он дружелюбно протянул ей руку и, немного задержав в своей, пошутил:
- Вот и отлично, желаю успеха! Считаю себя вашим соавтором. - И, снова приняв серьезный вид, деловито добавил: - Нужны две фотографии на пропуск и справка из банка. Оформим без задержки.
- Я теперь часто буду у вас появляться, надеюсь, мы станем друзьями. Она встала и призывно взглянула ему в глаза, откровенно давая понять, что он ей нравится. - Вы ведь недавно в нашем городе? А я свободна и хорошо его знаю. Могу взять над вами шефство. - Подхватила деловую сумочку на длинном ремне и, изящно переступая высоко открытыми красивыми ногами, направилась к дверям.
"Вполне отчетливо сказано. Решили взять меня на живца, - подумал, глядя ей вслед, Михаил, не без удовольствия отметив ее красоту и сексапильность. - Ну что ж, может, не стоит отказываться? Со Светланой все кончено, а жизнь своего требует".
Михаил, однолюб по природе, всегда был склонен идеализировать отношения между мужчиной и женщиной. Случайные связи без любви осуждал, считал низменным проявлением животной страсти. Верил, что истинная любовь способна выдержать любые испытания, и пока не потерял надежды на счастье со Светланой, старался не смотреть на других женщин, подавляя естественное влечение.
Но теперь он свободен от обязательств, а что способен снова полюбить не верит. Хватит сопротивляться самому себе и избегать радостей жизни!
"Ну держись, Виктория Серафимовна, посмотрим, что ты собой представляешь поближе!" Сумела-таки занять его мужское внимание. "Хороша ты, ничего не скажешь! Хоть и совсем в другом роде... - Спохватился, обругал себя: - Ну хватит! Пора Светлану выбросить из головы и из сердца! К чему сравнивать? Былого не вернешь, а жить хочется. Довольно я натерпелся!"
Прошел месяц, но между Михаилом и Викой ничего не произошло, и вовсе не по ее вине - она-то проявляла активность: встречаясь с ним почти ежедневно, предлагала разные варианты совместного времяпровождения, но безрезультатно. Загруженный работой, он редко чувствовал желание куда-то выбраться, развлечься - сказывалась усталость. Все силы и мысли отдавал укреплению, а фактически - становлению своей службы.
За это время удалось освободиться от подозрительных людей и сколотить крепкий отряд из отобранных, преданных парней. Ланской не скупился на затраты, и Михаил призвал под свои знамена знакомых, проверенных афганцев из разных мест, а также бывших спортсменов и спецназовцев из элитных подразделений госбезопасности.
- Ребята отличные, надежные, высокую зарплату оправдают, - заверил он Владимира Георгиевича. - Настанет час - чувствую по окружающей обстановке.
Недовольный отсутствием результатов, Козырев уже несколько раз встречался с Викой, обсуждал, как форсировать события. Наконец, им пришла в голову идея прибегнуть к хитрости: банк владеет шикарной килевой яхтой; почему бы не организовать прогулку по Обскому морю? Яхта, построенная в Польше и приобретенная за валюту, использовалась для проведения на ее борту конфиденциальных встреч и секретных сделок. Богато отделанная красным деревом, с уютным салоном, обставленным мягкой мебелью, спальным отделением, кухней и санузлом, она располагала всем необходимым для комфортабельного отдыха.
Виктория уже провела там много деловых свиданий, а в летний период встречалась с шефом. Неплохой яхтенный матрос, она умела травить шкоты, управлять парусом и ловить ветер.
- Значит, так: вовлекай его в яхтенный спорт. Ему это дело должно понравиться, - предложил Анатолий Борисович. - Увлечется - сам станет напрашиваться. Там и разберетесь.
Детали Козырев уточнять не стал. Он был благополучно женат, имел двоих детей и, кроме Вики, встречался с другими женщинами, когда пожелает. Однако, как ни странно, Викторией дорожил и всякий раз, когда использовал для дела, испытывал щемящую душу досаду.
Предложенный им верный ход очень скоро принес желаемый результат: Михаил увлекся активным отдыхом на воде. Хорошо плавая, не любил затяжного, как называл, "полоскания"; валяться подолгу на песке тоже надоедало. А на яхте, в движении, непрерывно управляя парусом, следя за направлением и силой ветра, стараясь увеличить скорость скольжения, готов был провести хоть целый день.