Страница 26 из 91
Поправляя свои круглые очки с толстыми линзами, он поставил свой хирургический саквояж на выжженную землю, рядом с гробницей. Достав инструменты, он с жадностью мясника оценивал тело Дамблдора, не зная, откуда начать. От переполняющего его волнения и радости, Герингер не смог скрыть своего возбуждения, постоянно теребя прядь волос, спадающую на его правый глаз. По его недоказанной и аморальной теории, так называемая душа полностью не покидает умершее тело. Частички души остаются в теле человека, после его кончины. И чем сильнее и старше был волшебник, тем оставленных частичек будет больше. А значит, можно вернуть к жизни этого человека, восстановив прежний «объем» души. По крайней мере, Освальд верил в это всем сердцем. Он навсегда запомнил скрытые насмешки коллег, когда он защищал свою работу в коллегии на тему «распад души и пути его восстановления».
«Я докажу, что я был прав. Непременно докажу, вот увидите!», — наслаждался моментом Освальд.
***
В закрытой и темной камере, где не было слышно ни звука, где не проскальзывал ни один лучик света, был заключен юноша. Он дрожал от холода, а мокрая одежда не улучшала его состояние. Цепи на руках и ногах звенели при каждом его обессиленном движении. Если прислушаться, то можно было услышать его еле слышимое, обрывистое дыхание. Он немного оживился, услышав скрип открывающейся двери. Яркая полоса света ослепила измученного парня. Уизли не смог разглядеть своего посетителя, однако это и не требовалось. Размеренные шаги двух людей приблизились к нему и остановились на расстоянии вытянутой руки.
— Два дня прошло, мистер Уизли. Я не понимаю, зачем вы сопротивляетесь, — раздался молодой мужской голос. — Вам всего-то нужно принять метку. Многие бы отдали всё, чтобы оказаться достойным этой чести.
— Ппо…ш-шли… В-в-ы, — обессиленным голосом еле выговорил юноша.
— Кхм-кхм, — мужчина в пальто отдал сигнал своему спутнику. Молодой оборотень, получив приказ, с силой ударил по лицу юноши. Избиение продолжалось с закадровым голосом мучителя.
— Я не понимаю вас, мистер Уизли. Вы же чистокровный волшебник из списка двадцати восьми. Зачем вам страдать ради погибших друзей? Вам не кажется, что это бессмысленно, — повторял он одно и то же на протяжении всех семи встреч.
В ответ Рон плюнул ему в лицо. Такое поведение не понравилось допросителю:
— Crucio! — достав палочку, спокойным тоном произнес он.
Юношу буквально скрутило от адской боли. Все мышцы тела сводило мертвой хваткой. Вдобавок к непростительному заклинанию боль приносили кандалы, сдирая кожу на лодыжках и кисти до костей. Наслаждаясь этим моментом, дознаватель не спеша продолжил свой допрос:
— Повторяю. Вы можете прекратить это в любой момент. Нужно…
Измученный паренек издал хрип.
— Я… я…
— Да? — подошел он к Рону поближе, уверенный, что ему наконец получилось разговорить парня.
Когда он подошел достаточно близко, рыжий паренек ударил его головой и разбил нос своему мучителю. Мгновенно взбесившись, мужчина схватил юношу за волосы и ударил об стену. Лагар, испугавшись, что переборщил с ударом, отскочил от раненого, голова у которого была вся в крови. Госпожа Лестрейндж четко дала всем понять — не убивать пленника. Он вынул из внутренних карманов белоснежный платок и вытер кровь из носа.
— Кранк, проверь его, — велел второму Лагар.
Молодой оборотень проверил пульс паренька и выдал:
— Живой.
Кривая ухмылка облегчения появилась на лице Лагара. Вместе со своим оборотнем они силой влили в рот пленнику некое зелье, чуть не задушив младшего Уизли до смерти при этом.
— Итак, повторяю вопрос. Зачем вы продолжаете сопротивляться, мистер Уизли. Неужели вам наплевать на свою семью? — не дожидаясь ответа на свой вопрос, он жестом подал сигнал своему коллеге облить его водой.
— Imperio! — повторил свою десятую попытку ищейка.
И вновь потерпел неудачу.
— Да что такое! — в негодовании он схватил за горло Рона и велел подать ему другую склянку.
— Лагар! Пленник нужен живым! — остановил его другой оборотень. — Если мальчишка умрет, то Сивый нас с говном сожрет! Смотри, он почти дохлый.
Услышав имя вожака оборотней, Лагар тут же успокоился.
— Проклятье! — зло бросил он в сторону Рона.
Через минуту открылась дверь. На пороге появился сам вышеназванный. Мужчина с размером в шкаф, казалось, не поместиться сквозь проем стальной двери.
— Старшой… — узнал вошедшего ищейка.
— Прочь! Им займутся другие! Для вас есть другая работенка, — рявкнул он им и те поспешно удалились из камеры. Оставшись с Роном наедине, Сивый почему-то остановился и рассматривал паренька.
— Ты мне кого-то напоминаешь, — обнюхал он его и тут же потерял интерес, видя, как тот не в том состоянии, чтобы его развеселить.
Забрав своих щенков, Фенрир выдвинулся прошерстить окрестности места убийства Петтигрю. Им дозволили проверять любой дом, даже без разрешения хозяев.
Для Рона, переносящего пытки в течение этих дней, травма головы стала глотком свежего воздуха и такой необходимой передышкой. Потому что его не беспокоили за это время, боясь того, что он не выдержит дальнейших попыток, взять его под контроль.
Юный маг понял, что ищейка пытался сделать — сломить его волю и подчинить, только Мерлин знает для каких целей. Оставшись наедине с самим собой и болью в этой богами забытой камере, он вспоминал свои учебные годы, своих друзей и семью. Именно эти теплые воспоминания служили ему спасительным маяком, и он держался за них, пока есть силы. В такой обстановке чувство времени исчезает — остается лишь вера. И Рон верил, сам не знал во что, но верил, шепча про себя имена своих друзей и наполненные раскаянием слова.
***
На следующий день Северус добрался до министерских катакомб. Перед тем как спуститься к камерам, он обсуждал свое прибытие с Беллатрисой.
— Что конкретно вы хотите сделать с Уизли?
— Чтобы ты сломил волю этого мальчишки!
«Зачем?», — на автомате задался вопросом Снейп.
— Я полагаю, вы уже пробовали Imperio и раз я здесь, то безуспешно? Легилименция не может дать гарантий.
«Редкость, но существуют маги, способные противостоять этому заклинанию… Но Уизли?», — размышлял Северус, пораженный такой стойкостью гриффиндорца.
— Просто сделай то, что необходимо! Мы должны вычислить всех, с кем контактировал Поттер! Самое главное, он может знать, где скрывается эта грязнокровка!
«Зачем прилагать столько усилий ради Грейнджер? Неужели она пытается использовать Уизли в качестве приманки?». Других вариантов профессор больше не видел. «Разве что, эта психованная любит мучить людей, в особенности членов Ордена Феникса. Последнее также имело больше смысла, чем хитросплетенный и продуманный план от этой леди».
— Я посмотрю, что можно сделать. У меня с собой запасы редких психотропных зелий. Думаю, он недолго будет сопротивляться. В конце концов — он же просто мальчишка.
Добившись своего, Лестрейндж собралась уходить, но её остановил неожиданный вопрос профессора.
— О Драко ничего не слышно? — как бы невзначай спросил Снейп.
— Что? — немного посерьезнела Беллатриса.
— Я видел листовки, это правда?
— Он сделал свой выбор!
— Он юн и его можно понять. Не каждый сохранит хладнокровие после увиденной смерти своих близких, — вглядываясь в глаза Лестрейндж, Северус пытался понять, как отреагирует на его слова его собеседница.
Он видел в её темных глазах лишь пляшущие огоньки безумия. Годы, проведенные в Азкабане, не прошли бесследно. Невзирая на все её ужасные поступки, единственным человеком, кто её всегда поддерживала, была её родная сестра. Слова зельевара эхом отдались в её голове, прогрызаясь сквозь оболочку безумия, вызывая фрагменты из картины детства.
«Цисси…», — шепнула она про себя. В этот миг маска безумия потрескалась, обнажая истинное лицо урожденной Блэк, теперь уже последней из некогда древнего Рода.
— Это не твое дело! — вернула себе прежний взгляд ведьма, вырвавшись из воспоминаний. — Камера №4. Там его и найдешь!