Страница 1 из 103
========== Пролог первой части ==========
Нельзя было не отдать должное в чувстве красоты Ноктюрнал. Ведь сама принцесса или принц, как вам угодно, даэдра выглядела таинственно-красивой женщиной. Вспоминала Довакин совсем некстати, забывая о противнике в гуще боя. Бой с Алдуином вышел за всевозможные границы. Наверно сам Акатош бился в истерике от того, что его первенец и благословенный им смертный разорвали ткань мироздания и времени вверенного Ему Мира. Противником Пожирателя Мира была бретонка в соловьиной броне. Казалось бы, человек не может никак сравниться в силе с могучим драконом, но женщина держалась достойно. Бой, начавшийся в Тамриеле, перенесся в Совнгард, а потом в аэдра знает где.
— Признаю довакин, ты достойный противник, — прогремели словно раскаты грома слова исполинского и окрашенного в черное дракона.
— В иной ситуации я приняла бы ваши слова с радостью, — в тон ответила крылатому чудовищу довакин.
Наполненные невообразимой силой крики сотрясали всё. Мощнейшие потоки огня, льда, молнии со стороны двух сильнейших созданий Нирна сталкивались, вызывая колоссальные разрушения не только в материальном мире. В самый разгар боя схлестнулись души каждого из противников. Последние удары, в которых выложились оба воина, схлестнулись в громадной яркой вспышке. Белое зарево охватило всё пространство, проломив грань между мирами. Пожирателя Мира и последнего довакина выбросило в образовавшуюся трещину. Бретонка чувствовала, как летит сквозь неведомые преграды. Вокруг проскальзывали потоки Вселенной, соединяющие разные миры в Единое Целое. Спустя долгое время Нирн остался где-то позади.
«Во имя Шора, надеюсь, не попаду в план Шеогарата, только не к нему!», — молилась в мыслях бретонка, пролетая через Миры.
После продолжительного полета она стрелой влетела в темное помещение, столкнувшись на пути с чем-то. Словно огненный снаряд она смела на своем пути бедное животное. После вспышки, в пещеру вновь вернулся мрак. Остался только запах горелой шерсти. Довакин встала и отряхивала горящие куски магмы от своей брони. Она чувствовала жар от недавнего боя, последний метеоритный залп Алдуина не слабо прошелся по её броне.
«Ох! Моя бедная голова!», — схватилась она за голову.
«Одним флаконом восстанавливающего зелья тут явно не обойдусь», — жаловалась на ноющие кости и мышцы.
«Чего тут так темно?»
— Лакс Он Вур! — крикнула она во все горло.
Впрочем, орать ей было необязательно. Драконьим языком она владела более чем на достойном уровне. От слов силы с потолка мрачного подземелья посыпались обломки камней вместе со слоем земли. По всему помещению поднялись клубы пыли. Зато стало намного светлее. Перед ней в ореоле света стояли двое, с натянутыми в её сторону луками.
«Уши? Что-то они мелковаты для меров, да и в обносках каких-то», — размышляла довакин, рассматривая неизвестных.
Ушастые выпучили глаза-блюдца на неё, перешептываясь между собой и пока не решались что-либо предпринять. Наличие одной лишь соловьиной брони внушало силу и страх любому врагу. В Скайриме она решала многие вопросы без слов. То, что перед ними стояла женщина, ушастые поняли по фигуре гостьи.
Потеряв терпение, бретонка нарушила затянувшуюся тишину:
— Мир вам, эм… меры.
— Демон! — крикнул один из них.
— Да нет же. Стоп, что это за язык? — не поняла выкрик ушастого довакин.
«Дыхание Акатоша! Куда я попала, чей это План? Только не Шео, только не Шео!», — бегло осмотрелась по сторонам бретонка в поисках оного.
«Что-то не похоже на него, хотя, зная его, то он мог бы прикинуться вот этим камушком», — решив проверить свои догадки, она с силой пнула несуразный обломок потолка.
Двое незнакомцев задергались от внезапных действий бретонки. Не обращая на них внимания, довакин стояла в ожидании чего-то безумного. Однако ничего не случилось: никакого возмущенного крика или смеха.
«А это что такое?», — уткнулась она пяткой за что-то.
Её взгляд зацепился за огромное разрушенное зеркало на большом каменном постаменте. Она приблизилась к разбитому зеркалу.
«Я вылетела оттуда?», — гадала бретонка, проведя ладонью по разбитой поверхности.
«Так, это уже странно, даже для меня».
Она вновь перевела своё внимание на своих молчаливых собеседников. Ушастые продолжали шептаться на неизвестном языке и вроде медленно пятились к выходу.
— Меня зовут Ильма, вы меня понимаете? — протягивая слова, представилась довакин.
Те продолжали грозно зыркать своими огромными глазами. На взгляд Ильмы они выглядели молодо, очень молодо. Худощавые тела прикрывала легкая броня, заостренные ушки, взлохмаченные волосы в которых застряли листья мало что говорили о них.
«Бандиты? Нет, их слишком мало для них», — переваривала ситуацию Ильма.
Она только сейчас заметила мертвые тела у прохода. «Драугры и пауки… Классика»… — мысленно улыбнулась своим воспоминаниям Ильма. Именно так звали последнего драконорожденного. Точнее, драконорожденную — Ильма Сентинел. За всей этой странной ситуации она чуть не позабыла об Алдуине. Однако его следов нигде не было видно поблизости, уж такой здоровяк не стал бы прятаться в пещере. К тому же оставил бы после себя заметные следы разрушения.
«Ладно, надо выйти наружу».
Когда она сделала шаг в сторону прохода, один из ушастых что-то крикнул.
— Эй, расслабься я хорошая.
Её слова не убедили парня, стрела с тетивы полетела в сторону довакина. Непринужденным и резким движением руки она перехватила стрелу на полёте и демонстративно разломала его пополам на глазах у паренька.
— Не надо в меня стрелять! Лучше скажи где тут выход!
От звонкого голоса девушки эльфы опасливо прижались к стене.
«Блин, да они же совсем дети!», — упрекнула она сама себя.
Со стороны прохода она услышала приближающиеся шаги. Если эльфы и услышали появление очередного гостя, то это никак не отразилось на их лицах. Через миг со стороны проема в свет вышел высокого роста мужчина в добротных доспехах.
«Редгардец!», — обрадовалась в мыслях хоть чему-то знакомому Ильма.
Черноволосый бородатый мужчина крепкого телосложения подозрительно щурился от яркого света. Рисунок крылатого существа на его груди при свете блестел на всю округу. В руках он держал длинный меч. Его густые брови сошлись над внушительным носом, выдавая его изумление. К удивлению Ильмы эльфы проснулись и перенаправили свои луки в сторону новоприбывшего. Из уст тех двоих с ядом вырвалось одно слово, которое довакин успела запомнить: «Шемлен».
«Ясно, что ничего не ясно», — почесала затылок Ильма.
То, что этот мужчина не Редгардец она поняла из его слов. Вернее, из незнакомых слов.
«Что это значит! Ах, точно! Что я туплю то», — хлопнула себя по капюшону бретонка. Набрав воздух в легкие, крикнула:
— Гол Ха Дов!
Ментальный крик подчиняющий волю живых существ поблизости помог понять ей, где она оказалась. Ментальные волны вернулись обратно к хозяйке, передав поверхностные знания от мужчины и двух молодых эльфов. Слишком много незнакомых слов буквально наполнили разум девушки. От такого перенапряжения мозга она взвыла от головной боли. Схватившись за голову, она оперлась на колено.
«Арх! Дагоново дерьмо!», — ругнулась в мыслях Ильма.
Вскоре боль отступила, и вновь можно было свободно дышать.
«Такс, проверим».
Когда она корчилась от боли, мужчина не сделал ни единого шага, схватившись за меч. Стиснув зубы, он стоял в полной боевой готовности. Его инстинкты воина кричали ему об опасности.
— Меня. Зовут. Ильма, — проговорила довакин, проверяя на слух каждое слово. — Вроде всё верно. Ау! Эй! Только не говорите, что вы меня не поняли!
Первым из оцепенения вышел мужчина. Не убирая своего оружия, он осторожно проговорил:
— Я Дункан. Серый Страж Ферелдена.
«Какого Ферелдена? И что за страж и почему он серый?», — начала она было спросить, пока в её голове не возникли обрывки знаний. «Ой, ё. Я В ДРУГОМ МИРЕ!», — охнула довакин. «Мне нужно сесть и выпить, много выпить!», — уселась девушка на тушу какого-то животного. «А это откуда взялось!», — посмотрела она на тело мертвого зверя. «Пофиг, мертв и мертв. Что делать-то?».