Страница 83 из 138
Просмотры наших клипов на канале подросли на пару миллионов. Журнал «Metal Мания» взял у нас интервью и поместил меня на обложку. Никита подписал согласие за моей спиной, а я узнала, только получив экземпляр. Я, честно говоря, не ожидала, что он выберет меня «лицом группы», предпочтя на эту роль неподражаемую личность лидера, но понимала выгоду такого хода, и ни в коем разе не противилась быть завлекающим фактором.
Также мне организовали фотосессию для женского журнала. «Макияж и причёска от Керис» - так это звучало. Ещё пара таких съёмок и можно открывать бьюти-блог.
Наши отношения с Гордецким стали даже лучше, чем были. Он умел дружить искренне, с отдачей. Но только с теми, кто выдерживал проходное испытание в виде его характера.
Если бы не вечера, которые я проводила с группой, не знаю, как выдерживала бы тусклые дни. Евгений не появлялся в офисе уже две с половиной недели. Беспокоиться начали даже самые хладнокровные, поэтому одним утром Даша прилетела ко мне с просьбой помочь выдержать осаду крепости «Селиванов». Но на мои звонки начальник тоже не ответил, зато расщедрился на сообщение: «Сегодня не приеду. Решаю вопросы фирмы». Лаконично и холодно. Что же у него случилось?
В отсутствии начальника в офисе несколько раз появлялся Абрамов и чувствовал себя королём. Тараева улыбалась ему милой улыбкой, девчонки строили глазки и вовлекали в пустые разговоры, а меня люто бесила его раздутая физиономия и тон, которым он отдавал приказания, якобы от лица Селиванова.
Пустота кабинета начальника согласовывалась с пустотой в моей душе. Неужели избегал меня, сожалел о том, что сказал? Конечно нет, не мальчишка же он, чтобы забросить бизнес из-за девушки. Верх глупости! А отделаться намёком – не глупость? Прямо не мог сказать? Эх, я уже вечером того дня думала, не нафантазировало ли моё влюблённое сердце неудавшееся признание, а теперь почти уверилась в этом.
Женя забрал моё душевное спокойствие, а возвращать не торопился.
Меня обижало, что он дал мне надежду и исчез. Может, я плохо о нём думала, и раздувала проблему на пустом месте. У него трудности с фирмой, а я домыслила любовную трагедию. Но мог бы и со мной поделиться. Сложно позвонить или ответить на сообщение? Или недостаточно доверяет?
Я усмехнулась. А я доверяю? Разве рассказала ему самое сокровенное о себе?
На работе я забывала, что такое бодрый настрой, всё валилось из рук. Путала события, имена и номера проектов, а потом с обречённой покорностью выслушивала негодующие заявления и исправляла косяки. Полина не могла меня ни развеселить, ни допытаться, в чём причина хандры. Я скрывала это даже от неё, страшась признаться вслух, что приняла желаемое за действительное. Я боялась, что Краснова одним дуновением загасит слабый огонёк надежды, который я питала горько-сладким неведением.
Шпильки я сменила на остроносые балетки на плоской подошве, порой забывала про макияж. Мне казалось, где-то в своей жизни я облажалась, но где – не понимала. Я ругала себя за пессимизм, но месяц лютого объёма работы и сопротивление всколыхнувшимся с новой силой чувствам дали откат.
Вот и сегодня, обнаружив давящую тишину в кабинете начальника, я, завёрнутая в свои печали, отправилась в приёмную, осведомиться у Даши, не звонил ли босс.
В приёмной тусила Лиля. Подружки оживлённо болтали, когда я вошла.
- Ой, Маша, а ты мне нужна! – всплеснула руками секретарь, как только меня увидела. – Жанна звонила, искала тебя.
- Да? Я была у конструкторов, - ответила я.
- Ага, я так ей и сказала, что по работе бегаешь, - закивала рыжеволосая девушка. – В общем, она хотела, чтобы ты к понедельнику все документы в порядок привела и… кхм, - замялась Скворцова, - освободила её стол и компьютер. Извини, это её слова.
Я хмыкнула, ни капли не удивившись грубости Яковлевой, но вот её требование поставило меня в тупик:
- К понедельнику? Она что, выходит с больничного?
Вообще-то месяц как раз прошёл, пора бы. Но осознавать это оказалось неприятно. Вот и отблестел мой шанс. Всем привет.
- Похоже, что да. Но прямо она не сказала, а переспрашивать я не стала, - пожала плечами Даша. – Похоже, Селиванов её вызвал.
Я вздрогнула. Вызвал? Потому что я не справляюсь? Чтобы убрать меня подальше? А потом выйдет как ни в чем не бывало, и будто Маши не существует? Таков коварный план? У меня чуть слёзы не навернулись на глаза. Но Вселенная посчитала, что мне мало этого заявления, и Лиля добавила со снисходительным смешком:
- Соскучился по своей любовнице что ли?
Даша прыснула, а мне на голову будто обрушился снежный сугроб, хороня под собой хрупкое тело и нежную душу. Ломая мороз, сковавший кожу, я дёрнулась и выпалила:
- Любовнице?
Обе девушки обернулись на меня и посмотрели так оценивающе, будто гадали, посвящать ли в страшную тайну. Потом переглянулись и, видимо, решили, что я достойна узнать секрет, потому что Лиля заговорила:
- Маш, ты будто вчера родилась, - покачала она головой. – Видно же, какие у них отношения.
- Я замечала откровенный флирт только со стороны Жанны, - мне казалось, что от уверенности коллег мой голос слабеет, а доводы блекнут. – А Селиванову всё равно…
- Ты идеализируешь начальника. В конце концов, он мужчина, ему и не надо показывать своё влечение всем подряд, - улыбнулась Даша. – Это понятно по взглядам и жестам. Так смотрят на женщину, которую хотят. А то ты не замечала, какие они ежедневно тут переглядки устраивали.