Страница 56 из 138
Я листала файл за файлом, но ничего особенного не находила. Никаких фоток и личных документов, только миллион песен и клипов. Похоже, нарвалась на рабочий компьютер. А чего я, наивная, думала? Что Егор доверится мне, впустит в свою жизнь, покажет хотя бы её часть?
Я вернулась в «Музон на века» – папку с песнями Императора. И взгляд наткнулся на «Удалённое/Шлак/Хлам». Что ж, туда мне и дорога. Названий у треков не было, просто номера. У меня тоже такая папка есть. Я там храню ранние и несведённые песни, наброски и напевки, которые удалить жалко, а показывать кому-то стыдно.
Как скоро вернётся Егор? Утолю ли я любопытство до его прихода? Я прислушалась, но холл студии потрескивал тишиной. Ай, ладно, не убьёт же он меня за проникновение в личную жизнь. Я нажала на кнопку, и песня началась.
Музыка не сильно отличалась от обычного стиля парня, но вот слова… меня пронзило мурашками так, что стало холодно и больно. Это было остро, точно и сильно. Каждое предложение хлестало смыслом, несло истину, окунало в океан жестокой реальности сразу, не давая сделать даже вдоха перед погружением. И я не дышала, просто не могла.
Стены рушились, разбрызгивая обломки во все стороны, и голая правда представала передо мной, безобразная и искорёженная. И оттого становилось ещё больнее, что всё именно так и было, просто мы всегда проходили мимо, отворачивались, вешали ярлыки, осуждали за небольшой проступок, мерили стереотипами, толкали в пропасть и просто наблюдали, как ломались чьи-то судьбы. Мы упускали и собственные возможности из-за страха, лени, боязни осуждения.
Егор выворачивал прогнившее нутро человечества, вытряхивал смердящие потроха и подсовывал нам под нос. Куплетами он отщёлкивал изломанные судьбы, а припевом добивал и втирал отчаяние и стыд в кожу.
Не верилось, что это Император, но я узнала голос. Тогда почему со сцены он пел песни, в которых «сука», «кончил» и «отсосала», а не эти полные глубочайшего смысла композиции, которые снимали стружку с затвердевшей души?
Своё настоящее «я» Егор прятал ото всех, а в первую очередь от себя самого, потому что не давал истинным мыслям даже названий, только порядковые номера.
И тут пульт у меня вырвали, песня оборвалась на полуслове, а я чуть не полетела спиной на диван от сильного тычка. Злющий, как Сатана, Егор, плюясь отборным матом, схватил меня за плечи и дёрнул. Пластик пульта, зажатого в его левой ладони, захрустел и больно впился мне в сустав.
- Какого хера ты полезла туда, сука? Кто тебе разрешил, тварь?
- Егор… - я попыталась перебить его, хоть и понимала, что бесполезно усмирять разъярённого ублюдка, но он вдруг сам остановился, замолчал и будто с испугом посмотрел мне в лицо. Его руки на моих плечах задрожали.
- Что такое? – недоумённо спросила я, и он кивнул на мою щёку.
Я подняла руку и… стёрла слезу. Меня так впечатлило, что я расчувствовалась? Не удивительно, ведь я услышала прекрасный, хоть и жёсткий текст. И парня это шокировало.
Песни, которые он определил как хрень и шлак, тронули кого-то до глубины души.
Теперь он молча смотрел на меня. Лишь громко сопел, от чего белая прядь колыхалась перед лицом. И я решила сказать всё, что думала о его творчестве сейчас, пока он пребывал в замешательстве:
- Егор, прости, что без спроса залезла в личную папку. Но я узнала, какие песни ты можешь писать! – сказала я быстро, будто сама рэп читала. – Почему ты не выступаешь с ними? Они стоят того, чтобы быть услышанными! Это нечто сильное и всеобъемлющее! Ты растормошишь многих людей, они не останутся равнодушными, это найдёт отклик, обязательно. Зацепит, как меня сейчас!
Парень странно посмотрел на меня, будто не понимал, а потом хмыкнул:
- Правду сказала, - выдал он, и презрительные слова стекли изо рта шипящей массой: – Ты реально ни хрена не шаришь в хип-хопе.
Я вскинула брови, а рэпер продолжил:
- Это дерьмо никому не нужно, детка. Всем срать на испражнения ещё одного думающего мозга! Таких грёбаных мыслителей полон Интернет, и каждый тычет своей философией всюду, как членом в поисках подходящей дыры. Но я не буду одним из многих, слышишь? Я – Император! Единственный и настоящий! – он выплюнул эти слова мне в лицо вместе со слюнями, и я быстрым движением вытерла лоб – так спешила переубедить Егора.
- Да, песни, с которыми ты сейчас выступаешь, залезают в голову, как прожорливые черви, но ты ориентируешься на определённую публику. А с этими текстами, - я ткнула в погасший экран, - ты расширил бы аудиторию … - жарко вступила я, заполняя короткую паузу, но Егор безжалостно перебил меня, швырнув пульт в стену:
- Ещё скажи, коллеги по цеху зауважают. Клал я на них. Из принципа не участвую в этих самодеятельных баттлах, переброске тупыми стишками. Как дети в садике, фу, мерзость, - скривился он. – Я выше этого, я легенда! А они пусть играются, пока я делаю музыку. Ведь это что-то стоящее, настоящее, это энергия, без которой я не могу жить.
- Да я в принципе не об этом… - попробовала вступить я, но Егора уже было не остановить. Похоже, он просто хотел выговориться.
- В своих песнях я не лгу. Я открыл новый жанр. Мне подражают, меня копируют, но им никогда не стать как я! Чтобы сделать себе имя, я пахал как проклятый, гробил себя ради того, чтобы меня услышали и признали! Ты верно заметила, я пою не для всех, а те, кто считает себя лучше, пусть захлебнутся второсортным дерьмом, которым в изобилии снабжают уши элитарная хип-хоп тусовка. Рано или поздно о моих треках скажут: «Сука, это шедевр». И пусть я к тому моменту уже подохну, но это случится! И я не собираюсь меняться и подстраиваться под кого бы то ни было. Я прошёл долгий путь, и его, блядь, не розами устлали. Тебе лучше не знать, чем я пожертвовал, чтобы стать тем, кто я сейчас, - он харкнул на пол, а я замерла, шокированная неожиданной откровенностью.