Страница 15 из 35
Квартира у Юльки была оборудована по последнему писку моды. Все в рамках минимализма. Очевидно, так ей легче убирать комнаты. Большая, просторная кухня с мягким диваном и стоящим бинбэг около окна. Стены выкрашены в нежно-оливковый цвет, кухонный гарнитур в тон нанесенной штукатурке. Все выглядело дорогим и современным. Это сколько же денег нужно вгрохать, чтобы так обставить жилье? На студенческую стипендию можно раз в месяц позволить себе купить шаурму и стаканчик дешевого кофе. И все, гуляй до следующего месяца. Я рассматривала комнату с открытым ртом.
— Ой, не смотри ты так: квартиру обставлял отец. Как исполнилось мне восемнадцать, так купил отдельное жилье и вытурил подальше от себя и его очередной пассии. Я же что вижу, то и говорю, а новой маман это не понравилось. Тем более, она немногим меня старше. Да я как-то и не горю желанием тесно общаться с шалавами. Может, хочешь ополоснуться, смыть с себя воспоминания о потных ручищах?
Я скептически на нее посмотрела. Но она права, действительно хотелось смыть все воспоминания о недавнем инциденте. Мои чувства заморозились — особенности реакции мозга отсекать весь негатив. Не выпускать наружу страх, боль и ужас. Это потом меня накроет с головой и начнет нещадно трусить, но пока все хорошо, все просто замечательно.
— Давай сначала покажу спальню. Там можешь вещи свои оставить.
Спальня тоже порадовала: бледно-сиреневые тона, полукруглая кровать. Свисающие с потолка грозди люстры, натяжные потолки с красивой подсветкой. Но обстановка совершенно не подходила прямолинейной Юльке. Тут явно поработал профессионал, опираясь на чьи угодно предпочтения, только не на мнение человека, который тут живет. Саму Юльку, видимо, забыли спросить.
— Нравится? — Юлька недовольно поджала губы.
— Нравится, но это скорее мой стиль, чем твой. Ты не такая, ты и эта обстановка — вещи, на мой взгляд, несовместимые.
— Знаешь, ангел, почему ты мне понравилась?
— Нет, и почему же? — мне действительно интересно.
— За всей твоей шелухой проглядывается личность. Я за тобой наблюдала: если тебе ничего не нужно — ты обычная девчонка. Но как только появляется цель, ты становишься той еще стервой, готовой пойти на все. В этом мы с тобой похожи: всегда добиваемся поставленной цели. Ты, кстати, так и не рассказала мне, что хотела.
— Да, хотела, иначе меня тут не было бы, — я опустила рюкзак подле кровати, вытащив телефон.
Юлька плюхнулась на кровать и в ожидании уставилась на меня. Порывшись в телефоне, нашла видео с угрозами. Отдала его в жадные ручки спасительницы.
— Меня заставляют делать то, чего я не желаю исполнять, угрожая опубликовать снимки в соцсетях, отослать родителям и человеку, который мне нравится. В общем, я влипла и не знаю, как выбраться. Вернее, знаю, но у меня нет человека, который мог бы прижучить эту козлину Призрака, – в расстроенных чувствах приземлилась на кровать рядом с Юлькой.
Юлька несколько раз просмотрела видео, потом фотки, почитала переписку. Пождав губы, о чем-то стала размышлять. Размышления заняли пару минут, и вот чудо-улыбка на ее лице оповестила, что решение моей проблемы найдено.
— Я помогу, но услуга за услугу. Не переживай: ничего сверхъестественного от тебя не попрошу. Если откажешь мне, значит, так тому и быть. Что-то я сегодня слишком щедрая. Но требую аванс, чтобы подогреть свое альтруистическое начало.
Юлька прижалась к моим губам — я отпрянула, но вспомнив, что стоит на кону, замерла. В ее глазах отражалась испуганная я. Коварно улыбнувшись, искусительница облизала свои губы. Я же себя чувствовала в этот момент кроликом. Однако меня зажали со всех сторон.
— Не бойся ты меня. Не съем. Попробуем еще раз?
Нервно кивнув, чуть подалась вперед. Действительно, ну чем она меня может удивить? Возможно, все женщины по природе своей бисексуальны? Вопрос смыло всколыхнувшейся приливной волной. Под натиском Юльки упала на кровать; придавив меня всем телом, она с интересом рассматривала мое лицо, глаза, губы. Очевидно, они ее очень привлекали.
— Не понимаю, что меня в тебе привлекает больше: глаза, губы или сиськи? А может быть, она?
Рука Юльки дотронулась до лобка; чуть приподнявшись, девушка легла сбоку от меня, давая возможность либо уйти, либо остаться.
— Извини, Юль, но мне действительно нужно принять душ, — наконец, пришла запоздавшая истерика — подскочив с кровати и схватив рюкзак, ринулась в ванную.
— Ну и ладно, — послышалось в след, — тогда вызову сюда Тень.
Накатили слезы, дыхание стало прерывистым: вот за что мне все это? За что? Ну кого я обидела или чем зацепила? Почему все так? Все идет под откос! Если не поможет Юлька, то уже навряд ли кто поможет мне. Придется бросить университет, отказаться от Максима, уехать в тмутаракань. Мне было себя так жалко, что рыдала я с чувством, в захлеб. Запоздавшая истерика решила, что пора себя, любимую, пожалеть. Знаю, жалость для слабаков, но камни тоже иногда плачут. Вспомнились строки из когда-то прочитанного стихотворения:
Снаружи я пушиста и светла,
Внутри я твёрже стали
И гранита вместе взятых,
Но камни тоже плачут иногда…
Вот и я, как те камни, решила излить все свои горести, пока никто меня не видит. Выйду из ванны и все так же продолжу улыбаться. Буду такой же, как и всегда, не показывая, что там внутри, какие переживания кипят. Все мы допускаем ошибки — главное их теперь разгрести. На удивление, Юлька не пришла в ванную комнату, хотя я даже дверь не закрыла на замок. Открыв шкафчик, достала фен, ватные диски и средство для снятия макияжа. Туш и подводка потекли, и теперь зеркало отражало меня во всей красе. С красным носом и жуткими черными потеками под глазами я смотрелась зловеще. Пару штрихов и можно отправляться на Хэллоуин. Да, красота — страшная сила, а страшная сила — вообще убойная вещь. Высушив голову, натянула шорты и кроп-топ. Даже с красным носом я смотрелась очень соблазнительно. Чуть влажные глаза и скорбное личико делали меня бедной овечкой. Теперь бы уцелеть, не дав себя сожрать.