Бестиарий Грейвза

Грейвз знал, что Тина проводит за работой не каждый вечер и старался сдерживать собственнические порывы и не начинать следить за бывшей ученицей. Она взрослый человек, он уважал её личное пространство, она имела право на личную жизнь. Ему было вполне достаточно того, что они проводили вместе почти каждый день. Пускай и за работой, но всё же…

Теперь он знал, что всё остальное время она проводила с Ньютом Скамандером. И, судя по письмам, куда интереснее, чем с ним.

Грейвз поражался своей выдержке. Очень хотелось отправить всю корреспонденцию Тины в камин, но он каким-то образом сумел сдержаться.

Десять баллов Вампусу, мистер Грейвз!

Однако все мучения бывшего аврора были бесполезны. Тина оказалась права – в письмах не было ни намёка на то, куда мог подеваться магозоолог. Грейвз лишь понял, что случилось нечто воистину ужасное – Скамандер действительно не мог просто так исчезнуть, не поставив в известность девушку. Слишком много чувств он, наверное сам того не желая, вкладывал в эти корявые слова.

Оставался один не допрошенный свидетель в Лондоне, который мог пролить свет на внезапное исчезновение магозоолога - личная помощница Скамандера.

Краем глаза, на секунду оторвавшись от своих записей, Грейвз заметил, что Тина сидела, уперев подбородок в ладони, и не сводила с него внимательного взгляда.

- Я дала тебе выспаться, - растянула она уголки растрескавшихся на холоде губ, но улыбка не коснулась её глаз. – Ты обещал что расскажешь, что именно тебе сообщила Банти.

Грейвз убрал истрёпанную записную книжку в карман и нервно улыбнулся. За всю свою карьеру он видел множество жутких, странных и попросту пугающих вещей, но рассказывать об одной из них было не так уж и просто.

***

21 декабря, 1928 г.

Он заявился на порог дома номер девять по Сларрингфорд-сквер в Лондоне* ближе к обеду. Снег падал с неба, затянутого серыми густыми облаками и тут же таял, превращаясь в грязь, от которой было никуда не деться. Грейвз очистил заклинанием ботинки и коротко постучал, разглядывая растрескавшуюся от вечной сырости Туманного Альбиона дубовую дверь. Шагов за нею он так и не расслышал, отчего внезапно распахнувшийся проём заставил его едва заметно вздрогнуть от неожиданности.

- Вы кто? – спросил его недовольный, слегка запыхавшийся голос, принадлежавший невысокой девушке, чьё лицо усыпали бледные веснушки.

- Персиваль Грейвз, частный детектив, - натянул вежливую улыбку волшебник, - вы ведь Банти, верно? Разрешите побеседовать с вами о мистере Скамандере?

Серо-зелёные глаза прищурились с сомнением, буравя лицо детектива холодным взглядом, будто снизившим температуру на улице ещё на пару градусов, но затем девушка резко развернулась, взмахнув густыми рыжими кудрями и уходя вглубь дома.

- Разрешу, - донёсся до Грейвза короткий ответ и дверь со скрипом приоткрылась чуть шире, приглашая его проследовать внутрь.

В прихожей царила полутьма, оставляя волшебника на пару мгновений будто ослепшим. Привыкнув к ней, он разглядел, как волшебница скрылась в одной из комнат, из которой тут же донесся грохот посуды.

- Присаживайтесь, - пригласила детектива ведьма, взмахом палочки отодвигая стул, отвратительно проскрипевший ножками по потемневшим от времени деревянным половицам.

Помещение оказалось небольшой кухней, в которую сквозь немытые стёкла проникал тусклый уличный свет, слегка рассеивая полутьму. Посреди стоял широкий, чисто выскобленный стол, который был явно широковат для всего лишь двух жителей дома – Скамандера и его помощницы Банти.

- Чай, кофе? – всё так же немногословно поинтересовалась девушка, стоило чайнику засвистеть.

- Неважно, - ответил ей Грейвз, кладя шляпу на соседний кривоногий стул.

Чай оказался терпким и ароматным, как нельзя лучше греющим в сырую лондонскую зиму.

- Вы хотели поговорить о Ньюте, - оторвала его от наслаждения напитком помощница, усаживаясь напротив с точно такой же горячей чашкой в озябших пальцах. Они едва заметно подрагивали – то ли действительно от холода, то ли от волнения. Вся её фигура отдавала нервозностью, будто электризуя воздух в ветхом помещении. – Вас прислала мисс Голдштейн? Она уже приходила сюда – с неделю назад. Ей я сказала то же самое, что скажу и вам – это не ваше дело. Ньют всё время неожиданно уезжает в экспедиции – упускать благоприятный момент нельзя. Не так уж и часто можно найти заинтересованных в финансировании поездок людей. Как только такие появляются, приходится ехать.

Однако подрагивавший голос девушки говорил о том, что этот случай не был из той самой категории «всё время».

- Но в этот раз он вас не предупредил, верно? – внимательно глядя за реакцией ведьмы, спросил Грейвз. Повисло короткое молчание, нарушаемое лишь шуршанием дна чашки о столешницу – детектив бездумно крутил её, грея пальцы о расписные фарфоровые бока. – Неделю назад вы ещё не волновались. Он уезжает, но затем в пути обязательно пишет вам куда и как надолго он отправился. Но не теперь. Иначе вы и меня не пустили бы даже на порог, как и мисс Голдштейн. От него так и нет вестей уже сколько – больше недели?

- Тринадцать дней, - поджав губы, всё же ответила Банти. – Да, я волнуюсь. Такого раньше ни разу не бывало.

Она не смотрела на него, опустив остановившийся взгляд на тёмную поверхность напитка в чашке. С бледного лица сползла маска недовольства и лёгкого презрения, обнажая истинное выражение – беспокойство и едва сдерживаемый страх.

- Мисс Голдштейн - моя давняя знакомая. Она, как и вы, очень волнуется о благополучии мистера Скамандера, - слегка склонившись к понурившейся девушке, доверительным тоном сообщил ей Грейвз. – Я обещал ей, что разыщу его. И вам я даю то же обещание. Помогите мне. Вы наверняка должны знать, что именно делал мистер Скамандер в последний раз, когда вы его видели. Может, он кому-то писал. Говорил с кем-то? Любая мелочь может оказаться важной.

- Он уехал в Хогвартс. К профессору, - твёрдость вернулась во взгляд и голос ведьмы. – С утра прилетела сова с посланием от Альбуса Дамблдора. Ньют сказал, что ему срочно необходимо поговорить с ним с глазу на глаз и ушёл. С тех пор от него ни слова.

- Вы говорили с профессором Дамблдором? – допил остатки почти остывшего напитка Грейвз.

- Да, писала ему, уже не раз. Ответа нет. – Банти снова отвела взгляд и ссутулилась, так и не сделав ни глотка. – Я уже хотела сама заявиться в Хогвартс, чтобы лично спросить у профессора, но никак не могу оставить животных. Ньют не простит меня, если с ними что-то случится.

Детектив было открыл рот, чтобы задать ещё один вопрос, но раздавшийся за спиной звонкий цокот копыт выбил его из головы.

- Кто здесь? – спросил спокойный, чёткий голос, в котором на интуитивном уровне угадывалось нечто нечеловеческое. Он звучал настолько жутко, что волосы на спине и затылке встали дыбом, а тело мгновенно взмокло от ужаса.

Отчего-то медленно, страшась того, что было за спиной, Грейвз обернулся, безмолвно моля Морриган, чтобы нечеловеческий голос всего лишь почудился ему. Но Морриган осталась за океаном, глуха к его лихорадочным просьбам.

За дверным проёмом, в коридоре, скрытое тенями, стояло существо – невысокое, тонконогое, покрытое коричневой клочковатой шерстью, с небольшими, но внушительными, ветвистыми рогами. «Всего лишь олень», - сказал себе Грейвз, но существо сделало шаг вперёд и обманывать себя он больше не мог.

- Кто здесь? – повторило существо, раскрыв широкую – от уха, до уха, - пасть, полную мелких, но очень острых зубьев.

Грейвз понял, что его челюсть так и висит, от парализовавшего его страха не в силах вернуться на положенное природой место. Он не мог сдвинуться с места, продолжая молча смотреть на словно явившуюся из ночных кошмаров тварь.

- Как ты выбралась, негодница?! – Раздавшийся под ухом визг заставил подскочить на месте, нервно обернувшись. Раскрасневшаяся от негодования Банти вовсе не выглядела напуганной жутким недооленем. Она вскочила на ноги, строго глядя на существо, а затем стремительным шагом приблизилась к нему, хватаясь за рога. – Я же велела сидеть тихо! Ты наказана! Сегодня никаких мышей!