Страница 52 из 86
Уже стоя на платформе телепорта и ожидая переноса, окно по данным сканирующих систем может открыться в ближайшие минуты, мысленно перебирал экипировку, которая была на мне и во мне.
Адаптированная нанофабрика имела второй уровень, и полоска опыта замерла на одной трети от начала. КМР практически подтянулся до второго, оставались жалкие десять процентов. Очень надеюсь до конца этого выхода добить АНФ до второго и запустить уже её улучшение, открыв тем самым себе путь дальше.
Полоска опыта перка Поглощение была заполнена наполовину. Как и опыт аватара. Запас уровня ЗК для аватара у меня ещё был, поэтому ЗК продолжает пролетать с эксом.
Ещё в этот выход я экипировал свой пулемет на турели, забив сразу два гнезда из шести. В третье гнездо встал грависканер, на него сделали стойку и рейв и тактик, как только услышали о его возможностях, охвате и интеграции в тактический интерфейс группы. Четвертое гнездо занял модульный жилет, без него сканер не подключался к ЗК и отказывался адекватно работать.
КМР теперь гнезда подключения не занимал, так как являлся частью аватара. И свободное гнездо осталось от генератора, который мне теперь был не нужен, в стационарном кармане был установлен его намного более мощный собрат.
Одно из освободившихся гнёзд я занял криптограммой модуля контроля пространства, который и выполнял функцию продвинутого коммутатора для энергопотоков. В последнее же гнездо установил ручной щит. Послабее чем у наших танков, но свой, персональный.
Состояние беспомощности при отключенных технических устройствах оставило слишком сильное воспоминание. Очень не хотел я снова его ощутить. Ну и, будем честными, являясь резервным энергетическим блоком целого рейда было рационально самому позаботиться о своей защите. Всякое бывает, а у меня свой «домик».
Разбор и рассматривание экипировки было прервано моргнувшим интерфейсом. Системы контроля пространства форпоста посчитали расстояние до ближайшей особи шургов безопасным, и наша группа получила разрешение на перемещение.
Изнутри форпост «Дальний кордон» ничем не отличался от «Среднего яруса». Та же шестигранная форма, если смотреть сверху, конструкции из балок и композитных броневых листов. Вписывающаяся в круг, диаметром пятнадцать метров. Та же шестигранная центральная плита, размеры которой лишь немного выходили за границы основания грузовой телепортационной кабины, шесть комплексных трёхъярусных турелей, высотой по четыре метра каждая, установленных в вершинах шестиугольника форпоста. Каждый ярус каждой турели имеет многоствольные разнокалиберные автономные оружейные блоки. Выведение из строя одного такого блока никак не сказывается на боевой эффективности не только остальных турелей, но и других ярусов поврежденной турели.
Та же группа ремонтных роботов на восьмилапой паукообразной платформе, способных восстанавливать повреждения прямо в бою, и имеющих собственное бронирование и небольшие по площади, но мобильные силовые щиты.
И те же две тяжёлых мобильных платформы с энергетическими плазменными орудиями. К сожалению, дальность эффективного огня этих орудий невелика, но зато поражающая мощь просто запредельна. Как раз для тех тварей, которым кинетика не доставляет смертельного неудобства.
Располагался «Дальний кордон» в небольшой пещере – колодце, не превышающей сотни метров в диаметре. Пять коридоров вели в разные стороны. Два с уклоном вниз значительно уступали в размерах тем трём, что имели явно видимый подъём. Потолок пещеры был практически плоским, без каких-либо наростов и неровностей. Высотой почти двадцать метром. Пещера создавала впечатление огромной кастрюли, закрытой крышкой.
Но особо оглядываться и рассматривать окружающие красоты времени не было. Задерживаться в форпостах, чтобы случайно не спровоцировать бой с шургами в присутствии разумного, нельзя. Пришли – ушли.
Подтверждая это правило, команда на выдвижение последовала сразу же, как только был осуществлена телепортация группы. Темп передвижения задан высокий. Группа практически сломя голову ломилась первые несколько минут, что бы максимально быстро покинуть зону ответственности форпоста. Тем более шургов поблизости не было, опасности группе не грозили.
И вот когда у меня на радаре, а значит и у рейва, появились маркеры первых тварей, группа, быстро и чётко воплотила в реальность изменившиеся в тактическом интерфейсе позиции. Перестроение не заняло и секунды и вот уже прикрытая щитами и ощетинившаяся стволами рейдовая группа, стремительно шла на сближение с противником.
Первый контакт, первые выстрелы, первые команды Варписа и стало понятно, что этот выход очень сильно отличается от предыдущего. В тварей стреляли не все, а только те, кому дана такая команду и только туда, куда приказано. Я краем глаза наблюдал за картинкой, транслируемой на мой интерфейс, и тихонько обалдевал.
Всего стрелков в группе было, считая Варписа, четверо. Кроме стрелков я знал двух танков и тактика. И я в этом списке был восьмым. Функции ещё двух членов группы мне были до этого момента непонятны. Во время выхода на прошлый форпост они перемещались в общем построении, но никаких действий, кроме этого самого перемещения и экса, когда подходила их очередь, не совершали. Вооружения я у них не заметил. Только закрепленные за спиной какие-то монструозные сложенные то ли санки с лапками, то ли устройства для расчистки завалов.
Сейчас же мне стало понятна задача, которую эти ребята выполняли. Когда мы покинули форпост, группа больше не останавливалась ни на секунду. Тварей убивали не сразу, как только они появлялись на прицелах оружейных систем, а так, чтобы тварь сама дотащила свой будущий труп либо к ногам группы, либо туда, где группа пройдёт.
Эта пара, Ахилл и Пустомардинец, сбросили со спины жуткие многолапые конструкции, оказавшиеся транспортными платформами с системой быстрой погрузки и выгрузки, заточенные под шургов, они практически мгновенно грузили трофеи на платформу. И возвращались внутрь строя, уже забравшись на погруженную на платформу тушу твари.
Очередной экс происходил под прикрытием щитов и стволов, без остановки всей группы прямо со споро перебирающей лапками грузовой платформы. И обычно, к тому моменту когда нужно было выкинуть полутанную тушу, для погрузки уже лежала только что заваленная свежая.
Конвейер завораживал своей слаженностью и чёткостью. Всё происходило без слов, очередность экса висела у меня перед глазами и только подсвечивались те счастливчики, кому пришла очередь погрузить в дохлую тварь клинок экстрактора.
Чук и Гек, первое время силовое поле щитов включали только при приближении к твари или тварям на определенную дистанцию. Но видя, что энергия поступает на их шлейфы бесперебойно и не проседает, стали увеличивать время работы силовых плоскостей щитов. И уже через десять минут от начала плотных боёв больше их не отключали.
Подпитка трёх обозначенных потребителей энергии меня не сильно отвлекала от происходящего вокруг, и я с огромным наслаждением наблюдал слаженную работу группы.
До Айны я играл не мало, но не любил большие рейды, где ты лишь маленький механизм. Ответственность такого механизма для меня была слишком тяжела. Боязнь подвести группу, подставить тех, кто доверил тебе спину, понадеялся на тебя.
Я предпочитал играть либо в одиночку: сам себе начальник и, если что, то сам себе злобный Буратино, либо допускал вступление в небольшие группы на недолгие задания.
И вот сейчас, наблюдая изнутри этот перемалывающий тварей, двигающийся в одном ритме и мыслящий на одной волне единый всесокрушающий организм я понимал, насколько широкий спектр ощущений и опыта прошёл мимо меня. И как мне повезло этот опыт всё-таки ухватить.
Примерно через час в единый ритм начали вкрадываться мелкие сбои. Они ощущались как тянущие сознание ляпы. Странные неоптимальные действия, выполненные вынужденно, в попытке прикрыть тех, кто мог бы выполнить их оптимально но, почему-то не выполнил.