Страница 18 из 24
Загадка разъяснилась быстро. Адресатом одного из посланий значился Ифф Нарцисс – блогер, обнародовавший тайны покойного профессора Лиира. Нарцисс не написал ни слова, лишь сбросил ссылку на дневной блог. Я кликнула по ней и задохнулась от возмущения.
«Докатились! Из тусовщиц в вольные сыщики!» - значилось в заголовке. Рядом стояла фотография Релии в откровенном платье, практически ничего не закрывающем.
В висках застучало от гнева, но я сжала кулаки и прочитала «статью».
«Релия Георгин – девушка, известная баснословным богатством и скандальными выходками под действием алкоголя и препаратов, предстала в новом качестве. Двадцатилетняя тусовщица восстановила семейную должность вольного сыщика и занялась расследованием убийства. «Повзрослела? Остепенилась?» – спросите вы. Нет! И еще раз – нет! Релия не скрывает, что занялась сыскным делом ради развлечения. От скуки. И куда катится наша страна, если сыщиками разрешают становиться прожигательницам жизни? Остается посочувствовать Нессе Лисе, которую госпожа Георгин представляет. Подозреваемой грозит пожизненный срок. Не удивлюсь, если помощь новоявленной сыщицы доведет Лису до смертельной инъекции.
Хотите что-то ответить, Релия?
Я весь вечер проведу в клубе «Ядовитый мак». Милости прошу».
- Ты ведь не пойдешь? Не поведешься на провокацию? – спросил Квентин, примчавшийся на шум. Точнее, на звон: я швырнула об стену антикварную вазу с камина. Ну и черт с ней. Все равно портила интерьер гостиной.
Статью напарник прочитал с непробиваемым выражением лица, присущим настоящему роботу, и теперь смотрел на меня холодно.
- Пойду. Хочу выяснить, чего провокатор добивается.
- Релия, это глупо.
- Вот именно – глупо! - я пришла в себя, и выведенный из строя мозг включился. – Релии Георгин и полагается выглядеть не шибко умной. Предыдущая обладательница тела обязательно бы отреагировала на выходку Нарцисса и явилась на разборки. Если спущу паразиту дешевую статейку, подогрею интерес. Он начнет копать дальше, и цветочные боги знают, что нароет. А скандалистка – на то и скандалистка. Если хочешь, можешь составить компанию.
- В закатывании скандала? – не удержался Квентин.
Я промолчала. Гордо удалилась в спальню – подбирать гардероб для похода в ночной клуб.
Эх, похоже, я поторопилась с избавлением вещичек для тусовок.
****
«Ядовитый мак» встретил умопомрачительным грохотом, по ошибке названным танцевальными ритмами. Я редко бывала в клубах. В юности пару раз проникала с подружками ради интереса. Под многослойным гримом, чтобы остаться неузнанной. Наследнице влиятельнейшей в Доле семьи не к лицу светиться на танполе. А бродяжкам, вроде Инги Брир, и вовсе нечего делать среди развлекающихся богачей.
Сегодня, глядя на меня со стороны, никто бы не поверил, что чувствую себя не в своей тарелке. Короткое серебристое платье с открытой спиной, высоченные каблуки, блестки в волосах, ярко-фиолетовые ресницы, синяя с металлическим отливом помада. Я отлично вписывалась в толпу, но не ощущала себя ее частью. Прошагала к барной стойке, борясь с желанием поскорее покинуть шумное место, пропитанное ароматом праздности.
- Что будете пить? – многозначительно подмигнул бармен – молодой парень с выбритыми висками. Нет, он не заигрывал, а лишь одобрял внешний вид.
- Что-нибудь безалкогольное, - ответила я небрежно и добавила, заметив скользнувшее по лицу бармена разочарование. - Я здесь по делу.
- Вам тоже? – спросил тот Квентина, облаченного в нечто черное и облегающее. Костюмом назвать – язык не повернется. Сплошные кожаные вставочки.
Вместо ответа напарник облагодетельствовал бармена кивком. В еде и напитках, понятное дело, робот не нуждался. Но на людях вынужденно «трапезничал». Все съеденное и выпитое собиралась в контейнере, установленном Гариком Рудом.
- Ты же собиралась включить «режим истинной Релии», - напомнил Квентин, едва бармен поставил перед нами напитки ядовито-лимонного цвета и отправился обслуживать следующих клиентов. – А Релия – алкоголичка.
- Угу. Алкоголичка в завязке.
Я глотнула напиток, пощипывающий язык, и огляделась. Клуб, как клуб. Переливающиеся маки на стенах. Несколько ярусов: внизу танцпол, отлично просматриваемый с «балконов» всех этажей. На втором – бар, тянущийся по периметру, на третьем – столики, обслуживаемые роботами-официантами, на четвертом – приватные комнатки со стеклом прозрачным с внутренней стороны и матовым снаружи. Эти отсеки не для утех, клуб – не угодный дом. Они предназначены для тайных посиделок, а иногда и прелюдий, предшествующих походам в упомянутое место.
- Подозреваю, Нарцисс в одной из приватных комнат, - протянула я.
- Однозначно, - отозвался Квентин непривычно хрипло. Уж не щиплющий ли напиток поспособствовала? – Остальные зоны я просканировал.
Я перевела взгляд на напарника и с удивлением обнаружила, что он не сводит глаз с блондинки в черном на третьем ярусе. Дамочка потягивала золотистый коктейль через соломинку и явно грустила. Странно. Я не увидела на лице Квентина сиюминутного интереса, с которым он обычно взирал на представительниц прекрасного пола. Сейчас оно выражало иные эмоции: печаль и обреченность.