Страница 13 из 71
Последние несколько дней были слишком насыщенными на события: мои родители, «Измена» и Нокс - мистер Деметрий. К тому времени, как мы добрались до кровати, я потеряла счет количеству раз, когда он подвел меня к оргазму. Физически не в силах сделать больше я уступила сну, слишком устала и эмоционально ослабла, чтобы выдержать более изощрённые и вовсе не неприятные наказания Нокса. Он сказал, что это всё для него, что теперь моя работа – доставлять ему удовольствие, а не наоборот.
Это его слова.
Но не его действия.
Мое тело отвечало Ноксу Деметрию так, что я не могла это объяснить. От простых слов или взгляда я становилась податливой, он был моим скульптором. Естественно, ему перепала своя доля оргазмов, но я уверена, что, если бы это было соревнование, я бы выиграла.
Ночью я проснулась и инстинктивно прижалась к его телу. Древесный запах его одеколона задержался на наволочках, а мускус нашей страсти витал в воздухе. Я ненавидела, что он считает, что всё по-другому, и в то же время я была в его руках, как в раю. Он не раз говорил, что мой маленький спектакль, как он подчёркивал, был глупым, и он, вероятно, прав.
И затем я начала вспоминать, какой сердитой - зеленой от злости - я была из-за его записки и демонстрации силы. Если быть абсолютно честной, мне было неприятно больно. Игнорирование каждого пункта в этой проклятой записке было моим способом сопротивления. На протяжении большей части жизни мне говорили, что я дерзкая и не поддаюсь контролю. Когда я была в академии или в Стэнфорде, у меня не было проблем с учителями или профессорами. Однако у меня были проблемы с мудаками. Мудаками, как Алтон.
Не желая лежать рядом с Ноксом, я отодвинулась и откатилась на другую сторону. В этой записке и вчера днем он был мудаком. В «Дель-Маре» я охотно отдала ему контроль. Я могла бы сделать это снова - отдать контроль сексуальному, соблазнительному мужчине, который был также надежным и чутким, но то, что он сделал и сказал вчера, было неправильно.
Называть меня шлюхой - дорогой или дешевой - не было проявлением ни надежности, ни чуткости. Мистер Деметрий понятия не имел, что привело меня в "Измену". Он не знал мои мечты и цели. Причиной подписать соглашение с "Изменой" было не богатство, не в прямом смысле этого слова. Это примерно то же самое, что и мой наряд дешёвой проститутки. Это мой отказ играть по несправедливым правилам.
Я добровольно продала... или сдала себя в аренду... на двенадцать месяцев назло отчиму. Нокс мог унижать меня, делать всё, что хотел - я и раньше проходила через это и буду – до тех пор, пока у меня будет возможность достичь цели. Чем больше мой разум размышлял обо всём, что произошло, тем более неуловимым становился сон. Моё тело замерло от осознания, что я незаметно для себя провела сравнение, которое до вчерашнего дня казалось невозможным.
Нокс вел себя как Алтон.
Да. Разница лишь в том, что Нокс мне нравился.
Нравился, в прошедшем времени?
Прекрасно. Если Нокс Деметрий хотел наказать меня за то, что я воспользовалась возможностью осуществить свою мечту, так тому и быть. Я приму его проклятое наказание, один оргазм за раз, и через год уйду с деньгами на обучение.
Если это сделало меня шлюхой, да будет так.
Громко фыркнув, я отбросила одеяло. Как только я это сделала, мой взгляд метнулся на другую сторону кровати. Я молилась, чтобы не разбудить Нокса. Я не хотела с ним разговаривать. Впервые после того, как его тень накрыла мои ноги в «Дель-Маре», я не была уверена, что хочу быть с ним.
Когда я тихо пробралась в ванную, то вздрогнула от слабости в мышцах. Это было то же самое, что я испытала в «Дель-Маре». Черт, мне нужно начать бегать с Патриком. Может быть, тогда мои ноги смогут справиться с наказанием Нокса.
Найдя махровый халат на крючке, я обернула его вокруг себя. Несмотря на то, что я расстроилась и разозлилась на мистера Деметрия, но, когда я увидела женщину в зеркале, я улыбнулась. Её волнистые волосы были спутанными от душа и подушки, и у нее был ленивый, пресыщенный блеск в золотых глазах. Мой разум сказал, что я не должна хотеть Нокса или любить то, что он делал и говорил. Алекс знала, что это неправильно, но женщина в отражении не жаловалась.
Когда воспоминания вернулись, мое тело предало меня. Я начала задаваться вопросом, не хочет ли он снова меня наказать. Хотя я хотела спать и моё тело болело от предыдущего раунда, я была уверена, что готова. Нокс сделал это со мной. Даже если мой разум не согласится, моему телу всегда будет хотеться больше.
Когда я ступила на пушистый ковёр спальни, требовательный тон Нокса прорвался сквозь тишину темноты.
- Даже не думай уходить, пока я сплю.
Мои ноги остановились.
- Я... я не собиралась.
В тусклом освещении я увидела, как Нокс сидит, прислонившись к изголовью кровати. Прикрыт одеялами до талии, руки скрещены на обнаженной груди. Из множества эмоций, которые этот человек вызывал во мне, сейчас преобладало недоумение. Мои легкие забыли набрать воздух, пока я изучала его красивое лицо.
Линия точёного подбородка, покрытая идеальной густоты щетиной, загипнотизировала меня, в то время как сжимались и разжимались его челюсти.
О чем он думает? И почему этот вопрос одновременно пугает и возбуждает меня?
Глава 9
Чарли́
Когда я замолчала и не двигалась, Нокс потребовал: - Иди сюда. Прошлой ночью мы мало разговаривали. Нам нужно обсудить кое-какие правила.
Правила. Я закатила глаза.
Он прав. Прошлой ночью мы были немногословны. Подойдя к кровати со своей стороны, я забралась на неё. Одетая в халат, я заняла ту же позу, что и Нокс, натянув на талию одеяло и прислонившись к спинке кровати.
Дотянувшись до моей руки, он прижал меня к себе.
- Сюда, принцесса, значит рядом со мной, а не на расстоянии трёх футов.
Я вздрогнула.
- Н-н-Нокс - мистер Деметрий, - исправилась я. - Я не знаю, чего вы хотите, но думаю, что должна вас предупредить, я не очень хорошо умею следовать указаниям. - Особенно, когда эти указания отдаются придурком. Последнее предложение я оставила неозвученным.
Он подвинулся ближе, вытянул подушку из-под моей головы и уложил меня на спину. Нависая надо мной, он разглаживал мои непослушные локоны по подушке. В темноте я заметила намек на ухмылку, притаившуюся в уголках его губ, и мое сердце дрогнуло в надежде о Ноксе, о мужчине, которого я познала в «Дель-Маре».
- Я довольно проницателен. И уже заметил твои недостатки. - Как будто разворачивая подарок, Нокс раскрыл края одеяла и обнажил мое тело. Интенсивность его взгляда воспламеняла кожу, посылая мурашки, превращая соски в твердые пики. Он облизал палец, а затем провёл им вокруг ареолы соска. Блеск в его глазах вернулся.
- Я также заметил твои достоинства.
Моя спина изогнулась, когда его голос прогрохотал сквозь меня, пробуждая нежную сердцевину. Больше не беспокоясь о вчерашнем наказании, я почувствовала, что внутри всё сжалось в ожидании большего.
Из горла вырвался стон, когда он опустил губы к одному из сосков. Посасывая, он искусно обвел его языком. Тёплый рот отступил, сделав пик мокрым, а потом Нокс подул, контраст был почти болезненным.
- Мы собирались обсудить правила. Во-первых, забудь "мистер Деметрий". Когда мы наедине зови меня Леннокс или Нокс.
Его нападение на шею, грудь и живот утверждало каждое сказанное им слово. Щетина царапала, а зубы неистово мучили кожу.
- Я хочу понять, что ты слушаешь, - сказал он. - Скажи "Да, Нокс".
Я выдохнула.
- После вчерашней ночи я ожидала «Да, сэр» или, может быть, «Да, Мастер?»
Он укусил мой сосок, посылая ударные волны прямо к лону.