Страница 35 из 50
— Тесса хотела быть успешной, как её мама. Полагаю, с этим она не могла справиться. У неё были хорошие оценки, но, когда я говорил, что она была красивой, я не преувеличивал. Свадьба была запланирована на лето после нашего выпуска. Мои родители предложили пожить с ними, пока мы не начнём ходить в местный колледж. В последней четверти выпускного класса в нашу школу пришёл мужчина. Он искал таланты для модельного агентства. У неё были хорошие оценки, но не отличные. Он наплёл ей про самолёты, путешествия и деньги. Он предложил ей исполнить те мечты, что я не мог.
— Дункан, что произошло?
— Мне было восемнадцать, всё моё будущее было распланировано, и вот однажды всё исчезло.
— Исчезло?
Я кивнул и глубоко вдохнул, вспоминая звонок её отца.
— Через два дня после выпускного, её отец, проснувшись, нашёл записку. Придя в ярость, он позвонил мне, уверенный, что мы сбежали, но я был в таком же замешательстве, как и он. В записке говорилось, что она должна это сделать.
Мой голос стал громче.
— И всё. Это всё, что она сказала. Полиция не могла помочь, ей уже исполнилось восемнадцать.
— Дункан, тебе не нужно ничего мне больше говорить.
Я повернулся к Кимбре и посмотрел ей в глаза.
— Ты назвала меня игроком. Понимаю, до тебя доходили разные слухи. Чёрт, ты же была там и слышала, что произошло — или почти произошло — в туалете.
Кимбра кивнула.
— Я возвёл стену, толщиной в три и высотой в триста долбаных метров. — Я улыбнулся. — Так мне сказал терапевт — тот, с которым мама заставила меня видеться.
— Ты был так молод.
Голос Кимбры был мягким, но ровным, будто она не хотела преуменьшать мою боль, но хотела высказать своё мнение.
Я покачал головой.
— Возможно, от этого было только хуже. Я не был достаточно взрослым, чтобы разобраться.
Когда я вновь повернулся к ней, в её глазах снова стояли слёзы.
Большим пальцем я стёр влагу со щёк Кимбры.
— Не плачь из-за меня. Я не хочу, чтобы ты плакала.
— Что случилось с Тессой? — спросила она.
Я улыбнулся, поскольку если бы я этого не сделал, то расплакался бы.
— Она сделала это — то, что хотела. Уверен, ты её видела. Она использует псевдоним, так что её имя больше не Тесса. В чём только она не участвовала: от показов для известнейших дизайнеров до международных компаний духов и нижнего белья. Ты же видела журналы, которые можно найти в любой комнате ожидания? Её всегда можно обнаружить в парочке из них.
— Я не могу с этим конкурировать.
Я развернулся и притянул её лицо.
— Никогда так не говори. Нет никакого соревнования. — Держа её крепко, я не дал ей спрятать лицо, хотя глаза она и опустила. — Нет, Кимбра. Послушай. Ты красивая и умная. Ни Тесса, ни Скарлетт и никто другой не имеют к тебе никакого отношения.
— Извини, — произнесла она. — Я понимаю, что дело не во мне.
— Твои волосы были уложены в высокую причёску. — Я провёл рукой по её шее. — И твоя шея была выставлена на обозрение, такая длинная и эротичная. На тебе было серое платье. Думаю, этот цвет можно назвать угольным; он темнее, чем серый. Подходящие к платью туфли. А твоё горло оплетала нить из белых бусин. Не жемчужин, а крупнее.
Она посмотрела на меня, сузив глаза.
— О чём ты?
— О том дне, когда ты впервые вошла в мой офис. Я сказал, что помню его, и так и есть. Впервые на своей памяти я был восхищён. Это испугало меня. Я решил, что это просто физическое влечение. То серое платье не было откровенным, но обтягивало во всех нужных местах.
Я провёл ладонью по окружности её груди.
— Я в самом деле обожаю твои сиськи.
— Дункан.
— Я — мужчина. Я не оправдываюсь. Просто так и есть. — Я глубоко вдохнул. — Я решил не поступать в местный колледж, который мы с Тессой выбрали вместе. Вместо этого я связался с человеком, который набирал студентов в маленьком колледже на севере штата Нью-Йорк. Я рисковал. Он не мог предложить мне стипендию, но, если бы я пообещал два года играть за них, родители смогли бы потянуть оплату моего обучения. Колледж был довольно далеко от дома, но достаточно близко, чтобы мама могла меня контролировать. Она волновалась, что я могу сделать что-нибудь глупое. Я опоздал к зачислению, и соседа мне выбрали случайным образом.
— Мистера Бьюкинена? — поинтересовалась Кимбра.
— Как ты узнала?
— В руководстве сотрудника есть биографии вас обоих. Там сказано, что вы познакомились на первом курсе колледжа.
Мои губы растянулись в улыбке.
— Не только красивая, но и хорошо выполнила свою домашнюю работу.
— Мы с Майком встретились на моей первой футбольной тренировке. Я был в растрёпанных чувствах. Он считал, что я буду полезен для команды, и удерживал меня от излишне дурацких поступков. Мама полюбила его как сына. Я научился справляться. Я просто отгородился от женщин эмоционально. Я думал о них только как о способе физической разрядки. Они были всего лишь фанатками, которые хотели, чтобы их увидели с футболистами. Даже когда я закончил играть, у меня никогда не было проблем с тем, чтобы сходить на свидание или заняться сексом.
— Дункан...
— Я этим не горжусь, но я никогда не искал секса с тем, кто его не предлагал. Женщины сами на меня кидались. Я использовал их, но, если кто-нибудь подходил слишком близко, я переходил к следующей.
Кимбра кивнула.
— Понятно.
— Нет, чёрт побери, тебе не понятно. С тобой всё по-другому. Ты никогда не вела себя как те женщины.
— Я никогда не относилась к типу девушек футболистов, — согласилась она.
Я вновь заставил её посмотреть на меня.
— Нет. Ты не такая. Ты намного лучше. Я ждал, что ты накинешься на меня. Такова моя роль на поле. Я — принимающий, а не квотербэк.
— Я-я...
Кимбра сглотнула, заглянув мне в глаза.
— Я ждал почти три года. И ты так этого и не сделала. В тот день, когда ты предложила мне эту сделку, когда дала мне возможность быть твоим «плюс один», я ухватился за неё. Кимбра, я получил огромное удовольствие от этих выходных. Я не хочу, чтобы мы разрушили то, что у нас было на работе.
Её улыбка вышла натянутой.
— А что у нас было? Я никогда и не думала, что ты меня замечаешь.
— Если ты меня сейчас слушала, то поняла, что я замечал. Замечал и наблюдал. Ты не шантажировала меня в этой сделке: я ухватился за возможность. Я хотел тебя три года, с того самого первого дня.
Кимбра повернулась к окну.
— Полагаю, — мягко произнесла она, — это должно меня порадовать, осознание того, что я дала тебе возможность добавить ещё одну зарубку...
— Блять, нет!
Она вздрогнула всем телом.
— Ты — не чёртова зарубка. Я не хочу, чтобы это заканчивалось. Я наслаждался этими выходными. Собака — это для меня и так большой шаг.
— Я не хочу собаку. — Она развернулась ко мне, в глазах полыхало пламя. — Что мне нужно — так это ответы. Честные ответы.
— Честные? Что ты хочешь узнать? — спросил я, застыв в ожидании её вопросов. Потому что, если она спросит, что за женщина была со мной в туалете, мне придётся рассказать ей правду. Мне придётся рассказать, что я не знаю, как её звали. И если я расскажу об этом, она укрепится во мнении, что я — не более чем распутный мудак, и я не смогу винить её за бегство.
— Во-первых, позволь и мне быть честной. В моём прошлом не было моделей. Но и у меня был тот, кто много обещал, а потом всё забрал. Я не хочу, чтобы мне изменяли или обманывали. Вот почему я не прошу о большем. И мне не нужна чёртова собака.
Я кивнул.
— Что ты хотела спросить?
— Ты сказал, что не состоял в отношениях.
— Это и в самом деле так.
Она закрыла глаза, затем открыла и произнесла:
— Женщина, чьё имя ты мне не назвал, она... это было... это несерьёзно?
— Нет. Несерьёзно.
— Ты сказал, что оказался в «Гастонс» с Дженнифер, потому что у тебя обломилось свидание. Это было свидание с очередной женщиной, или с кем-то, кто важен для тебя?