Страница 1 из 14
Asti Brams
Жена байкера
1
Это очень страшно — проснуться однажды и не узнать свою жизнь. В зеркале чужое отражение, за окном неизвестный город, и ни одного знакомого человека рядом! Изо дня в день, я переживаю невыносимый стресс, загоняющий меня в угол собственного сознания, где каждый раз остается пугающая темнота.
В Стоктонской больнице, я находилась уже около двух недель, с момента пробуждения, мучаясь в поисках ответов на одни и те же вопросы: почему это случилось со мной?.. Как я могла забыть семь лет своей жизни?.. Кто я теперь? Зачем приехала в этот город?.. У меня ведь было столько перспектив и планов на будущее в Финиксе! Почему Стоктон — этот далекий город на побережье Калифорнии? Ведь я даже никогда здесь не была… в прошлой жизни.
Слишком много событий, оставалось под плотным тяжелым занавесом и это изводило меня как ноющий нарыв, грозящий вот-вот лопнуть и отравить внутренности своим ядом! Все, что мне осталось — невыносимое ощущение скомканной пустоты, растерянности и полное отрицание реальности.
— Элия? — окликнул меня Мистер Конер — мой врач. — Как вы сегодня?
Бросив на мужчину отстраненный взгляд, я рассеянно пожала плечами.
— Думаю, нам не обойтись без помощи психотерапевта. — Заключил он бесстрастным, докторским тоном. — Мне не нравится, что вы слишком уходите в себя.
Тяжело вздохнув, я уставилась в окно, где каждый день наблюдала одну и ту же картину, за исключением меняющихся оттенков погоды. Осень забирала последние разноцветные листья с кромки деревьев, и с каждым днем, ветки все больше пустели, напоминая о беспощадности времени и природной непоколебимости.
Господи… Похоже, мне и правда нужен психиатр! От этих наблюдений, негативная тень, что с некоторых пор поселилась внутри меня, слишком быстро увеличивала радиус своих липких, холодных владений. С таким настроем, я скоро повешусь на какой-нибудь трубке от капельниц, что постоянно в меня тыкают!
Я с трудом вспомнила свое имя, когда мне задавали первые вопросы. Я не помню много важных дат и имен, а лишь куски воспоминаний, что разбросались осколками в моей голове. Порой, даже трудно отличить — это игра воображения или истинные события моей жизни?
В моем сознании остался лишь один четкий остров, на котором и остановилось время. На этом острове мне восемнадцать лет, я учусь на втором курсе факультета естественных наук и живу в общежитии при университете. А еще, я влюблена в Тима… который учится на последнем курсе. Кажется, мы уже полгода вместе… И я сомневаюсь, что это просто фантазия! Ведь чувства, которые блуждают внутри меня неконтролируемым потоком — их я точно не могла придумать! И я не могла избавиться от них, так же как и от ноющего, болезненного ощущения одиночества.
Его образ, постоянно преследовал меня. Смеющиеся карие глаза в обрамлении черных ресниц, завораживающая улыбка, ощущение теплых поцелуев, запахов, прикосновений…
— Что-нибудь вспомнили? — спросил седовласый доктор, сканируя меня взглядом.
Я слегка встрепенулась, и спустя паузу отрешенно покачала головой.
— Ничего… нового.
Доктор Конер шумно вздохнул и вытянув губы в трубочку, напряженным взглядом уставился в карту.
— Анализы хорошие… — Сообщил он задумчиво. — Думаю, со временем память вернется! Это невозможно предсказать точно.
Я кивнула, хотя его слова, меня совсем не обнадеживали. Переместившись на край своей койки, я поморщилась, ощутив ломящую боль от многочисленных ссадин, что успешно заживали, но все еще напоминали о себе. Благодаря заботе и настойчивости медсестры, я уже даже могла спокойно прогуляться по больничному коридору на своих ногах. Хотя предпочла бы покрыться инеем в одном положении. Но та ноющая тоска, что мучила своим присутствием мое сердце, толкала меня за пределы палаты! Я выходила и с замиранием сердечного стука все высматривала — вдруг он приедет? Просто однажды появится и с беспокойным выражением будет искать меня, вглядываясь в лица проходящих пациентов.
Но каждый раз меня ждало обжигающее разочарование. Он не приходил и не числился в списке посетителей. С тяжелым комом в горле, я возвращалась в свою палату и пряча мокрые глаза от внимательной медсестры, молча глотала свои внутренние стенания. Неужели судьба все-таки развела нас с Тимом? Неужели это все происходит в реальности?! Не выносимо было переживать это, проводя бесконечные часы в четырех стенах, которые немного легче переносились с приходом посетителей. Только посещали меня абсолютно незнакомые люди, и каждый раз я чувствовала неловкость и смятение в их присутствии.
Кроме полицейских, что допытывали меня бесполезными попытками что-то выяснить, ко мне заходила Бренда — не по годам активная женщина, представившаяся другом моей семьи. Мне было трудно представить, что такая особа могла быть связана с моей семьей! Ее подача, манера общения, одежда… все кричало экстравагантностью и не формальностью. В приоритете — черные и темные тона. Кожаные штаны, короткие куртки и неприлично обтягивающие топы. Хотя стоит заметить, что все было подобрано стильно и со вкусом. Бренда хоть и выглядела настораживающе, но выглядела аккуратно и следила за собой. Ее темно-бордовые волосы, были всегда красиво уложены, а косметика гармонично подчеркивала острые черты лица. Она часто употребляла слово «дорогая» и проявляла, как мне показалось, искреннюю заботу.
Помимо Бренды, меня регулярно приходила навещать еще одна девушка — Викки. И эту незнакомку, мне было проще принять за подругу. Она была очень приятной и общительной. Мне даже стало казаться, что я ее узнаю! Девушка представилась коллегой по работе, и поведала, что я все-таки стала хирургом! Это был чуть ли не самый обнадеживающий просвет во всей безвыходности сложившейся ситуации. Однако моя эйфория длилась ровно до того как я осознала, что полный пробел в практике, оставлял мало надежд на будущую карьеру…
Остальные посетители, которые приходили редко, но одновременно — больше всех вызвали во мне волну настороженности. Это грозного вида мужчины, считающие обязательным долгом меня посетить. Они все были разновозрастные, и пугали меня своим неформальным видом, хотя вели себя очень добродушно. Наше общение было натянутым и сдержанным, словно мужчины боялись болтнуть лишнего, чтобы вновь не ошарашить мою бедную голову. Бренда назвали их — друзьями из мотоклуба, чем еще больше меня озадачила. Одни не состыковки и сюрпризы — каким образом я могла с этим клубом связаться? Я машину то еле вожу, уж что говорить о мотоциклах!
Однако никто не вдавался в подробности, когда я пыталась завести тему моей жизни. Боялись навредить моей нервной системе или умышленно скрывали, я так и не могла понять… Так что жила с ощущением полной невесомости, ведь не было никакой почвы, чтобы на что-то ориентироваться.
Когда доктор, наконец, оставил меня, я не спеша слезла с больничной койки и направилась к шкафу, в котором находилось зеркало. Я редко смотрелась в него, особенно после первого шока. Оно было метр ростом, так что я могла во всей красе разглядеть себя. Темно-коричневые, заметно отросшие густые волосы, маленький слегка вздернутый нос, аккуратные пухлые губы, которые сейчас были бледны. Лицо больше не было миловидно-округлым, а приняло угловатые черты и только искрящийся взгляд золотисто-карих глаз, остался прежним. Я заметно похудела за прошедшие годы. Толстой я не была никогда, но округлости были точно. Хотя может это все последствия аварии…
Я так глубоко ушла в мысли, что вздрогнула, когда позади меня вдруг открылась дверь и в отражении возникла высокая фигура мужчины. Я обернулась, устремив настороженный взгляд на незнакомца крепкого телосложения. Он был одет в строгом стиле: широкие плечи облегало серое пальто, которое было распахнуто, открывая мощную грудь в темно-синем джемпере, и темного цвета брюки, выдающие крепкие мышцы на ногах. Отросшие светло-русые волосы были убраны назад, а грубая щетина на лице, придавала его облику и без того брутальный вид.