Страница 10 из 72
Когда я, наконец, выхожу из спальни, натянуто улыбаюсь, мужчины пожимают друг другу руки. Джей отдает Бену мое пальто и разворачивается ко мне. Он сияет.
— Привет, сладкая. Ты становишься с каждым днем еще прекрасней. Каков твой секрет, маленькая ведьма?
— Придурок, — рычу я, и, когда Джей меня обнимает, бросаю взгляд на Бена. Мой муж и бровью не повел.
— Пива? — спрашивает он Джея, по–дружески хлопая его по плечу. — Вечность не виделись. Сколько лет? Восемь? Девять?
— Восемь. И, думаю, пару недель, — отвечает Джей и следует за Беном на кухню.
Сбитая с толку, я остаюсь стоять в коридоре, мну руки и пытаюсь заставить ноги двигаться. Из всех ситуаций, которые у меня были в жизни — эта самая странная. Я бы с удовольствием забрала у него пальто и пожелала всего хорошего в жизни. Но Бен был быстрее, чем я, и вот, я стою здесь и не знаю, что мне делать. Не понимаю, почему мне так тяжело его видеть.
— Слышал, ты сейчас иллюзионист?
— Гипнотизер. — Гордость в голосе Джея, что доносится ко мне из кухни, заставляет меня улыбнуться. — Как Крис Энджел.
— Крис Энджел, вау! Круто!
— Ты его знаешь?
— Алле? Кто ж не знает Криса Энджела?
Оба смеются, и я закатываю глаза.
— Я учился у него в Вегасе. — Они открывают пивные банки и чокаются друг с другом.
— Вы голодны или хотите позже поесть? — непринужденно спрашиваю я, когда захожу на кухню. Джей убирает пиво ото рта и улыбается мне.
— Честно говоря, я не голоден, но как посчитаешь нужным, сладкая. Я подстроюсь к вам.
— На чем ты приехал? На поезде? — Бен наклоняется к столешнице, опираясь локтем, вторая рука в кармане джинс.
— На Харлее. — Джей звенит связкой ключей. — Захватил из США.
Бен присвистывает и отпивает из банки пиво. Только сейчас я замечаю, что на нем джинсы и футболка, никаких шорт. Он даже носки надел! Бен один из тех мужчин, которые вечером срывают с себя рабочую одежду и переодеваются в удобные, для лежания на диване, вещи. Но я не против, уже смирилась с этим, но не могу вспомнить, когда он в последний раз так одевался дома.
— Давайте пойдем в гостиную, — предлагаю я, и достаю бутылку белого вина из холодильника. — Там уютнее, чем на кухне.
— Можно потом посмотреть мотоцикл? — Бен провожает Джея в комнату, пока я наливаю себе бокал вина. Я кусаю губу, не понимая, что творится с моим мужем. Он ведет себя с Джеем так, будто они лучшие друзья, но когда они успели подружиться?
Покачав головой, направляюсь в гостиную и застываю в дверях, потому что вижу, как Бен усаживается на единственном в нашем доме кресле, а Джей располагается на диване. Он это специально? Я должна теперь сидеть возле Джея?
— Иди к нам, детка, — разворачиваясь, улыбается мне Бен. Я пытаюсь прочитать по его лицу, но его выражение ни о чем мне не говорит. Может быть, я сплю, и мне все это только снится?
Нерешительно я присаживаюсь на диван, вжавшись спиной в подлокотник. Мне необходимо определенное расстояние с Джеем. Мужчины и дальше разговаривают о мотоцикле, что абсолютно меня не интересует, и наблюдаю за Джеем со стороны, пока потягиваю холодное белое вино.
Он хорошо выглядит. Фантастически, честно говоря. Он один из тех мужчин, которых возраст делает еще привлекательней, но, поскольку ему нет и тридцати, ни о каком возрасте не может быть и речи. На нем футболка с изображением «Echo and the Bu
— Красиво тут у вас, — говорит Джей, с неким цинизмом. Я не могу удержаться, чтоб не фыркнуть.
— Это тебе не реклама «Икеа», — предупреждаю я, и он смеется. Бен хмурит лоб, но я игнорирую его. Мои руки ледяные и влажные. Такое ощущение, будто я сижу на бомбе, и не знаю, когда она взорвется. Мое сердце выскакивает из груди, и я не знаю, какой бес в меня вселился, что я приняла предложение Бена.
— Нет, правда, Миа. Я тут вспомнил один разговор, который у нас был много лет назад, о том, что мы вместе навеки, — он поднимает пивную банку и делает глоток. Мои щеки пылают. Мне тоже вспомнился этот разговор. Во всех деталях.
— Там также был разговор о домике в пригороде, — продолжает он, когда сделал несколько глотков и подмигнул мне, — и Вольво.
Бен снова смеется.
— К счастью, люди меняются, — говорит он. — В восемнадцать или девятнадцать лет то, что есть сейчас у нас тоже было мечтой, но сейчас…
— Люди не меняются, — Джей долго смотрит мне в глаза. Слишком долго. Но я не моргаю и, к счастью, не краснею. — Жизнь меняется, а мы подстраиваемся. Или нет.
— Ты, скорее, нет, — говорю я ожесточенно. — Ты до сих пор поступаешь так, будто тебе до сих пор семнадцать.
— И откуда ты это знаешь? — Джей откидывается назад, кладет ногу на ногу, а руку протягивает на спинку дивана, кончиками пальцев касаясь моей шеи. Это могла бы быть случайность, если бы это был не Джей. Я наклоняюсь вперед, в очень неудобное положение и сморю на бокал вина в моих руках.
— Я прошу тебя… Гипнотизер? Иллюзионист? Что это вообще за профессия? — мой сарказм необходим, чтобы держать дистанцию. В этот момент я вспомнила, как читала об агрессии — что это будто подавленное желание быть соблазненной. Какой бред.
— Но это еще не конец, — уверенно говорит Джей.
Люди не меняются? Это не так. Я изменилась. То, что раньше меня так привлекало и казалось таким неотразимым, сейчас меня злит. Потому что это до сих пор привлекательно и неотразимо — Только сейчас я не имею права поддаваться этому. Возможно, в этой теории что–то есть. По–другому я не могу объяснить, почему, вдруг, Джей так меня бесит.
— В один день, детка, я стану известным. Как Дэвид Копперфильд. У меня будут красивейшие модели в нижнем белье в ассистентках, и за одно выступление я буду кассировать пятьсот фунтов.
— Твоя цель — известность? — скептически спрашивает Бен.
— Наверно это просто символ чего–то другого, — вмешиваюсь я, и обе головы поворачиваются в мою сторону. Джей вопросительно поднимает бровь.
— Возможно, под твоим вечным желанием прославиться, скрывается желание быть любимым, — говорю я тихо. К моему удивлению, он не отрицает и пожимает плечами.
— Все может быть.
Бен чешет шею и встает.
— Еще пива? — спрашивает он и исчезает на кухне, так и не дождавшись ответа Джея. В комнате повисла неловкая тишина и во мне растет желание взять Джея за руку и попросить у него прощения. Я так чертовски хорошо его знаю. Я знаю, через что он прошел, чего добился. И я абсолютно уверена в том, что сейчас предположила.
Вместо этого я еще больше вжимаюсь в спинку дивана, чтобы увеличить между нами расстояние. Меня до сих пор пугает реакция на его вчерашний поцелуй. Мне казалось, я более набожная. Я думала, что буду настолько любить Бена, что никогда не захочу смотреть ни на одного мужчину. Как же я ошибалась. Это делает меня плохим человеком? Или же это искушение, которое исчезает, как только мы на него соблазнились? Любой другой мужчина подействовал бы на меня так же, как Джей? Сомневаюсь в этом, но насколько хорошо я себя знаю?
Постукиваю пальцами по почти пустому бокалу с вином. Я пью достаточно быстро, алкоголь успокаивает меня и мне это необходимо. Благодаря вину, гадкая головная боль медленно проходит, отдаваясь стуком в висках.
— Не бойся, сладкая, я не раскрою наш секрет, — шепчет Джей, внезапно наклоняясь ко мне, отчего я вздрагиваю.
Не отрывая взгляда от двери в гостиную, я шепчу в ответ.
— Прекрати сейчас же.
— Я ничего не говорю, — тихо говорит он мне прямо в ухо, и его теплое дыхание вызывает во мне странный спазм внизу живота. — Не говорю ни слова. Но… ничего и не забуду.