Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 3 из 21

Главное, чтобы сама демиурга не спалила нам всю легенду…

Зато вероятность кошмара — мести выросших детей охотников — была максимально отодвинута с помощью подкупленного главного магистра Ордена. Он произнес перед своей «паствой». душещипательную речь, которую закончил призывом: «Те, кто восстали против воли демиурга, были наказаны. Но их дети остались жить, чтобы искупить вину своих отцов и братьев и заслужить для них право на перерождение».

У охотников же на этом перерождении бзик, они же себя все потомками феникса считают. Поэтому в любой непонятной ситуации устраивают самовозгорание, чтобы переродиться.

И вот главный магистр намекнул всем выжившим, что из-за своего неприятия воли демиурга все погибшие под стенами Надзихара и остальные «заплутавшие в вере». оказались лишены права возродиться, пока их дети не искупят их вину… Так что ни о какой мести даже речи нет! Все кинулись рьяно искупать вину.

Нет, фанатики, само собой, остались, но затихарились. Их придется вылавливать и… перерождать. Без вариантов.

А для более-менее вменяемых у нас появился козырной туз, я бы даже сказала, джокер! Благодаря куче таинственных, загадочных и всяко-разных перипетий, после миллионов лет жизни в облике феникса был перерожден в облике человека лэр Гульельмо Фенисио. Икона всех охотников… Легенда!..

Ясное дело, главный магистр вцепился в него бульдожьей хваткой. Так что бедный зануда, который пока только учился изъясняться на современном наречии, зато активно щебетал на древнехитхгладэйском. фигурально говоря, не успев проклюнуться из скорлупы, оказался сразу в клубке каких-то орденских внутриполитических интриг.

Но Ниммей сказал, что несчастный быстро вошел во вкус и, расправив крылья, гордо реет, так что волноваться за него не надо. Скорее уж за старика-магистра можно понервничать, но тот уже давно летает среди интриг своего собственного Ордена, успевая задеть крылом Сенат.

Единственный, за кого действительно стоит переживать, — Адам, потому как под его ответственность было передано десять ангелов-изгоев. тоже просочившихся в щелочку вместе с драконами. И наш милый, вежливый, миниатюрный самолепный архангел вынужден как-то командовать трехметровыми крылатыми зазнайками, трое из которых — женщины.

К счастью, на празднование ангельский десяток не явился, занятый благоустройством выданных им развалин старинного замка.

И «мать драконов». тоже решила пока не осчастливливать столицу своим присутствием, только пятерых наблюдателей прислала. Анаэль их как-то хитро распределил по замку, чтобы внимания не привлекали и сливались с обществом.

— Обстановка в стране нервная. — проникновенно, похоже от чистого сердца, пожаловался демон, вырвавшись ненадолго от жены, чтобы потанцевать со мной. — Феникс объединился с магистром и взял шефство над Веккьони и ДиМауро. Я прям вот чувствую, что, если не пропихну эту парочку в Сенат, хищная птица назло мне пристроит их в верхушку Ордена. Мало того, по замку бегают какие-то посторонние драконы и опять-таки пытаются наладить связи с Орденом. Но и это еще не все! Магистр ненавязчиво мне намекнул, что Руджери и его восемь жен — потенциальные драконы, если их инициировать. А так как с ингредиентами у нас теперь проблем нет, то не мог бы я поспособствовать, так сказать, по знакомству… Саламандрочка, вот скажи: зачем мне надо, чтобы цепной дракон главного магистра Ордена сдружился с их главной чешуйчатой рухлядью, да еще научился бы обращаться?

Я пожала плечами и задумалась. Прокрутила у себя в голове все плюсы и минусы инициации и уточнила:

— Магистр хочет, чтобы Сальваторе инициировала именно главная драконица?

— Да! — Анаэль гордо тряхнул темно-русой копной и с интересом посмотрел на меня: — У тебя сегодня день просветления? Ты догадалась, чем это будет грозить цепному псу и его гарему?

Я кивнула и опять задумалась.





Сам Сальваторе вроде бы должен быть в курсе, что после обращения устанавливается жесткая сцепка с тем драконом, чья кровь была использована для инициации. А вот доложили ли об этом главному магистру?

— Не хмурься, саламандрочка, тебе не идет! — Демон рассмеялся и резко крутанул меня так, что я еле удержалась от восторженно-испуганного вскрика, а потом внезапно оказалась на миг крепко прижата к королевскому телу. Но хватка тут же ослабла, словно мне просто померещилось. — Меня уже попросили нивелировать все возможные побочные эффекты, но это означает, что старик вроде как демонстрирует свое доверие и намекает на продолжение дружбы цепными драконами. Так что ты там повлияй на Рыжего, пусть морально готовится, что у нас по-прежнему массовый нейтралитет. По-моему, Орден, драконы и Сенат за переживали, что их двойные и тройные агенты окончательно запутаются и забудут, кто за кем шпионит, поэтому хотят все дружно объединиться.

— Тяжелая ситуация, — сочувственно хмыкнула я. — То есть теперь все шпионят за всеми, верно?

— Соображаешь, саламандрочка. Я даже в своей команде сейчас полностью не могу быть уверен, — и, проигнорировав мой полный возмущения взгляд. Анаэль добавил: — Я верю только Натану и вам троим, ясно?! А всем остальным я до-ве-ряю, — тут в его глазах снова зарезвились чертики, а то я прямо заволновалась, что такое происходит с моим демоном. — Короче, пока ты сутки отсыпалась, тут активная возня началась. Вроде бы нейтральная, но мы с Натом решили выждать и присмотреться. Ну и помешать объединиться всем против нас, если вдруг кому-то подобное в голову взбредет.

— То есть полный захват власти делать не будете? — подколола я Анаэля. Он же все уши нам прожужжал, как начнет наводить свои порядки в Сенате, едва у него появится свободное время.

— Обижаешь! — улыбнулся демон. — Будем. Но позже. Слишком много новых фигур появилось, интересно, как они себя поведут. А потом выберем тех, кто дергает за ниточки, заставляя всех бегать за клубочками, и привяжем к ним канаты. И еще… Я тут иногда начну себе на радость творить гадости и ссорить всех друг с другом, в смысле — привычно развлекаться. Так вот. будь хорошей девочкой и не вмешивайся. Нейтралитет мы одобряем, до мании преследования магов и драконов доводить не собираемся, но их быстрое объединение внушает нам опасения.

Глава 2 — Украденная победа

— И чем тебя его темнозадость озадачил? — поинтересовался Ниммей, когда меня вернули мужьям, предварительно демонстративно поцеловав руку.

— Тем, что кругом враги и за ними нужен глаз да глаз. — Я улыбнулась мужу, одновременно оглядывая зал.

Меня под конвоем Нима доставили во дворец еще вчера вечером. Так что я сладко выспалась между двух своих мужчин на новой кровати, выданной нам взамен вывезенной в Академию. На нечто большее, в связи с моим ежемесячным повышением душевной ранимости, замахнуться не получилось, но уж отоспалась я как следует! Проснулась только к обеду и теперь чувствовала себя относительно довольной.

Вот если бы еще толпу народа немного проредить, раза так в три-четыре… И понять, что делает в этой толпе наша команда! Мы же вроде как рассчитывали покрутиться во дворце для приличия, создать видимость присутствия и вернуться обратно в Академию.

Там через дюжник тоже массовые празднования намечены — первый в этом пятисотлетии выпуск, на который всем обязательно надо было явиться. Пусть приход к власти Анаэля с Натаном омрачен уже достаточно большим числом жертв, все равно студенческая братия очень уважала своих новых королей и гордилась ими. Часть студентов даже сражалась вместе с ними под стенами замка Рандаццо…

Как выяснилось, именно в этом все и дело. Предусмотрительные у нас короли… и раз решили, что правда полагается лишь избранным, значит, у остальных надо было ее изъять. Благо ректору Академии Анаэль с Натаном доверяли больше, чем Сенату, Ордену и клану синих драконов, вместе взятым.

Все, кто преподавал и учился в Академии, знали слишком много лишнего, а подозревали и догадывались о лишнем в еще более крупных масштабах.