Страница 23 из 35
Наша культура, однако, не только разрушающе повлияла на естественный порядок половых отношений, извратив их своими грубыми нравами, но и искусственно дала им патологическое направление. Дело приняло такой оборот, что явно ненормальные отношения носят названия вполне нормальных понятий, как будто все это в порядке вещей. Точно так же, как и в алкоголизме, идет речь о патологическом опьянении, словно это опьянение и не выходило бы из рамок нормального; есть люди, всерьез уверяющие, что благодаря проституции доставляется мужчинам возможность нормального совершения полового акта. Может ли быть внесено в нормы половой жизни приобретенное за деньги право совершения полового акта с продажной женщиной, ничего при этом не ощущающей и старающейся лишь путем искусственных приемов раздражать своих клиентов, наделяя их еще к тому венерическими болезнями! Человеческая культура не остановилась перед тем, чтобы взрастить половое стремление в качестве искусственного наслаждения, не считаясь вовсе с целями природы, – и в этом смысле обнаружила большую изобретательность на всевозможные средства, преследующие лишь усиление и видоизменение либидо. Можно утешаться лишь тем, что человеческая культура во все эпохи преследовала те же цели, и в этом отношении мы ничуть не превосходим своих предков и не уступаем им. Но выработанные нами способы отличаются зато большей утонченностью и разнообразием, чем у варварских народов или даже чем у предков, живших во времена более простые. Деятельным сотрудником в деле эротических возбуждений, – скажем откровеннее, союзником порнографии, – является наше современное искусство. Происходит весьма откровенное поощрение и восхваление самых невероятных средств эротического возбуждения, под личиной искусства, с выражением негодования по адресу всякого инакомыслящего.
Новейшие способы художественного воспроизведения, значительно усовершенствованные, в связи с фотографией, облегчение тайных сношений благодаря улучшившимся путям сообщения, а также художественная промышленность, введенная в наш жизненный обиход в качестве роскоши, комфорт жилищ и кроватей и пр. и пр., – все это находится в распоряжении эротической похоти. Проституция, или приобретение прав на совершение полового акта за деньги, дала уже пышные разветвления, глубоко проникающие в область патологического. Короче, искусственное культивирование libido sexualis мужчины можно рассматривать в настоящее время как высшую школу порока. Влияние получивших громадное распространение художественно исполненных и вместе с тем верных действительности эротических изображений, без сомнения, более раздражающе действует на половое стремление, чем те грубые и неважные изображения «доброго старого времени», распространение которых не выходило из пределов небольшого количества музеев и коллекций богатых людей.
А между тем вожделение, вне всякого сомнения, усиливается благодаря часто повторяемому искусственному раздражению, обусловливаемому заманчивым изображением подробностей полового вожделения во всевозможных их видах. Известно общее правило физиологии нервной системы, в силу которого упражнение обусловливает увеличение и усиление всякой нервной деятельности. Таким образом, привычка много и хорошо есть дает в результате обжорство; привычка к нарядному туалету и холодным обмываниям превращается в потребность; физическая деятельность делает необходимым движение и действует укрепляюще на мускулатуру; постоянные упражнения в какой-нибудь области вызывают к ней любовь и обусловливают виртуозность в данной отрасли; постоянное сосредоточение мыслей на какой-нибудь болезни делает то, что ее начинают подозревать в самом себе; часто исполняемый мотив насвистывается и напевается потом совершенно бессознательно. В силу того же бездеятельность служит причиной ослабления раздражений в соответствующей области. Если ощущения и впечатления находятся в пренебрежении, то они ослабляются, равно как и сама потребность в них. Бездеятельность обусловливает инертность благодаря создавшимся сопротивлениям в головном мозгу, и при наличности инертности возобновление деятельности становится затруднительным. Этот закон вполне применим и относительно libido sexualis, что вполне понятно, причем воздержанием ослабляется влечение, благодаря же частым упражнениям оно лишь усиливается. Точно так же, как и пустой желудок в инстинкте питания, так и здесь переполненный семенной пузырек, как мы уже об этом говорили, старается оказать противодействие, опираясь также на силу врожденного стремления, закону упражнения или закону тренировки нервной системы. В интересах правильного уяснения этого вопроса необходимо противопоставление этих двух сил, враждебных друг другу, и которые мы наблюдаем, например, в потребности еды или сна. Потребность в пище может быть очень большой, причем ею обусловливается сохранение жизни, но французская поговорка «L’аррétit vient en mangeant»[12] остается при этом вполне верной. Благодаря чревоугодию, как мы уже упоминали и как это всем известно, развивается обжорство и получаются в результате подагра и ожирение. К разряду таких же явлений, но в смысле обратном, можно отнести и сонливость, так как достаточный сон обеспечивает, без сомнения, здоровье и правильные функции мозга, но ведь возможно привитие и увеличенной потребности во сне. Этот вопрос имеет чрезвычайно большое принципиальное значение применительно к половому влечению. В этом случае возможно применение известного закона умеренности: abusus non tollit usum (злоупотреблением не исключается употребление). Ошибочно было приписано Цицерону одним английским комментатором следующее положение: «В истинной умеренности заключается неограниченное господство разума над страстями и всеми дурными побуждениями сердца. Она знаменует собою воздержание от всего плохого, которое не совсем безвредно по своему характеру». В этом определении очень много хорошего, хотя оно и не цицероновское. Потребление алкоголя исключается, благодаря этому определению, как противного естеству и вместе с тем обладающего ядовитыми свойствами, но нормальное удовлетворение полового влечения, нормально приспособленного к соответствующим потребностям вида, отнюдь не противопоказано, ибо, в зависимости от обстоятельств, оно может быть хорошим или скверным, невинным или пагубным. Но указание для каждого отдельного случая соответствующей меры и выбор объекта представляют собою нечто в высшей степени щекотливое и трудное. Разведение морали не дает здесь никаких результатов.
Я могу утверждать, опираясь на многочисленные наблюдения людей, прибегавших к моим советам по этому поводу, что всякий мужчина, при добросовестном самоконтроле, в подавляющем большинстве случаев будет сам в состоянии разобраться в искусственно раздраженном половом стремлении и в естественной потребности. Есть, разумеется, большое различие между тем состоянием, когда мужчина борется с половым вожделением, не будучи в состоянии его нормально и законно удовлетворить, – и таким положением вещей, при котором имеется налицо лишь искусственное разжигание желания на почве стремления к наслаждению, обусловленного, между прочим, и праздною жизнью. Имея здесь в виду лишь нормального человека, мы должны считаться и с наличностью патологических натур, находящихся под влиянием полового влечения как своего рода навязчивой идеи. Половое влечение нетрудно локализировать в пределах умеренности, если прибегнуть к постоянной серьезной работе, стараясь не соприкасаться со всякого рода возбуждающими элементами.
Мы ссылались уже на порнографическое искусство, являющееся одним из деятельных средств искусственного разжигания либидо. Люди с более низменными задатками поддаются влиянию грубого, антихудожественного творчества и всякого рода изделий, рассчитанных, в интересах наживы, на разжигание полового стремления. В алчном стремлении к наживе и следует искать источник зла. Главной ареной деятельности социального грабежа и являются алчная эксплуатация полового стремления и тяги к спиртным напиткам.
12
Аппетит приходит во время еды (фр.).