Страница 20 из 20
— Я не спрашиваю твоего совета! — рявкнул Серафим, мрачно сверкнув чёрными, как ночь глазами. — Просто делай свою работу!
— Сандал, послушай…
— Ты, кажется, обещал, быть мне верным, — процедил Серафим, подходя к ангелу.
— А ты клялся не предпринимать ничего, что навредит клану! — в тон ему огрызнулся блондин. — Если хочешь судить Офаниэля — созови Сбор и пусть Старшие решают его судьбу.
— Значит, нашей дружбе конец, так? — Сандал прищурился. — Так вот, чего стоит твоя преданность?!
Беллор вздохнул и, помолчав, кивнул парню в сторону коридора.
— Давай, отойдём, — устало предложил он, с досадой глядя Правителю в лицо. — Офаниэль никуда отсюда не денется.
Сандал помедлил, но всё же зашагал в сторону, которую указал блондин. Они вышли из зала, остановившись в небольшом тёмном проёме коридора.
— Я знаю, ты жаждешь мести, Сандал, и я понимаю тебя, поверь. Как отец ты готов убить за собственного ребёнка, и это нормально. Я чувствую то же самое, когда дело касается Аурики. А теперь постарайся понять, что и Офаниэль испытывает те же чувства сейчас. Да, Аспид, конечно, не был ангелом, но для Офаниэля он был почти его ребёнком…
— Что за бред ты несёшь?! — фыркнул Серафим, вновь побелев от ярости.
— Это не бред! Послушай! — Беллор схватил его за рукав, не давая уйти. — Я бы не стал защищать Офаниэля, если бы не знал его истории! У этого ангела никогда не было детей. Все эти тысячелетия он был одинок, и единственным его товарищем, другом и ребёнком был Аспид. Если бы ты видел, как он с ним нянчился, заботился о нём — ты бы понял, что значит для Офаниэля потеря единственного, дорогого ему существа!.. Сандал, я знаю, ты — не злой, — понизив голос, мягче заговорил Беллор. — Поэтому прошу тебя: не наказывай Офаниэля так жестоко. Ему и без того очень плохо сейчас, разве не видишь? Он впал в отчаяние, обезумел, потеряв Аспида. Такое с каждым может случиться, понимаешь?..
— Я понимаю, что ты говоришь мне не всё, Беллор, — Сандал покачал головой, однако гнев его чуть поостыл. — С самого детства, даже не зная правды о Падших, я внимательно наблюдал за вами. И за тобой в том числе. Так вот, насколько я понял, ты не станешь вмешиваться в чужие дела без веской на то причины, и защищать других — не в твоих правилах. Тебя с Офаниэлем что-то связывает, так ведь? Либо ты ему чем-то обязан, либо…
— Офаниэль спас мне жизнь, Сандал, — перебил блондин, хмуро глядя ему в лицо. — Он заслонил меня собой, когда Светлые пытались убить. Я был ещё подростком, чуть младше тебя. Моего отца уничтожили, а мать вышвырнули из Рая за связь с бунтовщиком. Я отправился за ней, хоть Ориэль и пытался меня удержать. Упав, я оказался в самой гуще сражения между Светлыми и отступниками. Земля и небо превратились в сплошное поле боя, где невозможно было спрятаться. Я был очень быстрым, но это, увы, не слишком помогало. Я искал свою мать. В один из дней мне не повезло — натолкнулся прямо на патруль Светлых. Они погнались за мной. Один из ангелов оказался куда быстрее меня. Сражаясь, мы вместе упали на землю, и я ударился о камни. Светлый вытащил меч и замахнулся, но тут неожиданно появился Падший. Он не успел отбить атаку Светлого — просто заслонил меня своим телом. Меч пронзил его насквозь и, наверное, мы бы оба погибли, если б не Аспид. Этот змей кинулся на врага, и через секунду тот уже дёргался в конвульсиях.
— А что было потом? — Сандал даже позабыл о злости, невольно заинтересовавшись рассказом.
— Нас нашли другие отступники. Офаниэля подлечили и мы оба отправились в общину Афаэла. К тому времени Падшие уже проиграли, и война закончилась. Мою мать сожгли Святым огнём, так что мне совершенно всё равно было, куда идти… — Беллор сделал паузу, потом тихо продолжил: — Офаниэль совсем не злой, поверь мне, Сандал. Да, он выглядит необычно, но таков его дар. Однако этот ангел добрее многих, кого я знаю. Не убивай его — он не заслужил смерти…
— Что же мне с ним делать, по-твоему?
— Ничего. Отпусти. Пусть он залечит свою рану… Потом решишь, как поступить.
Сандал несколько секунд молча размышлял, затем развернулся и пошёл в сторону Красного зала. Беллор облегчённо выдохнул и вернулся к Офаниэлю, который всё ещё стоял посреди зала, безразлично дожидаясь своей участи.
— Пойдём, — глухо бросил блондин, беря его за локоть и подталкивая к выходу. — Не нужно здесь оставаться, Офаниэль…
Когда Сандал и Эрол, забрав Ария, покинули бункер, там остались только Тадиэль и доктор.
— Ничего, Тадиэль, кость не задета, значит, скоро заживёт, — закончив обрабатывать рану, Армисаэль наложил повязку и теперь помогал ангелу Жертвы снять мантию и облачиться в нормальную одежду. — Хорошо, что зубы Офаниэля не ядовиты, как у его питомца… Кстати, что случилось с Аспидом?
— Не знаю, Армисаэль, — буркнул Падший, просовывая руки в рукава ветровки. — Творится чёрт знает что!.. Скажи: ты уже обследовал труп Эвии? Нашёл что-нибудь?
— Да, — доктор сразу помрачнел. — Она умерла от яда Нигара, Тадиэль.
— Чтоб ему рога поотшибали!!! Нигару этому! — выругался ангел, и долго молчал, позабыв про одежду. — Так вот от чего издох Аспид! Он почувствовал в мальчишке яд и не хотел его кусать!.. Я так и думал, что всё дело в этом!
— Адорос не зря предупреждал, — доктор кивнул. — Не проведи мы обряд — так бы и не узнали, что Арий заражён. Видимо, его организм адаптировался к яду, и теперь сам синтезирует его при эмоциональном всплеске.
— Похоже на то, — Тадиэль нахмурился ещё больше. — Но что теперь прикажешь делать? Убить мальчишку не выйдет — Сандал не позволит. Кроме того, я даже не смог определить характеристику Ария. Только понял, что ребёнок уникален. В нём есть что-то, чего нет ни у одного ангела на Земле.
— Тогда, тем более, его нужно убить! — лицо доктора потемнело. — Следует вынести этот вопрос на обсуждение. На следующем Сборе.
— Бесполезно. Если бы ты сегодня видел Сандала, ты бы понял, что Серафим скорее переубивает каждого из нас, чем даст Ария в обиду. Нет, Армисаэль, Сандала лучше не злить, поверь мне. Этот парень ещё прошлые грешки нам не простил. Не смотри, что он молод. Этот образ слишком обманчив.
— Ты позвал Беллора, потому что знал, что тот не даст убить Офаниэля?
— Да, — Тадиэль кивнул и продолжил натягивать рукав ветровки на больную руку. — Блондин никогда не давал его в обиду, даже Афаэлу. Нужно было срочно спасать нашего «Змея», и никто, кроме Беллора, не смог бы этого сделать.
— И всё же нам придётся поговорить с Сандалом о его сыне, — после паузы мрачно заметил Армисаэль, — Правитель обязан знать…
— Я думаю, он знает, — устало перебил Тадиэль, направляясь к дверям. — Или догадывается. В любом случае, нужно быть очень осторожными в разговоре с ним, док. Помни об этом, ясно?
— Уж куда ясней, — буркнул Армисаэль, запирая двери бункера на замок и садясь за руль джипа ангела Жертвы.
На следующий день на пороге дома Серафима появились Тадиэль, Армисаэль и Беллор. Вид у всех троих был серьёзным и хмурым. Едва Натаниэль впустила их в гостиную, как Тадиэль тут же кивнул ей на выход.
— Пожалуйста, Ната, выйди пока. Нам необходимо поговорить с Правителем.
Девушка немного растерялась, но всё же послушно вышла из дома в сад.
— Здравствуй, Сандал, — только после этого, ангел Жертвы обратил своё внимание на Серафима. — Нам следует кое-что обсудить.
— Хорошо, — Сандал напряжённо кивнул. — Я вас слушаю.
— Я узнал причину смерти обеих кормилец, Серафим, — вступил в разговор Армисаэль. — Они были отравлены ядом, который выделяет слюна Ария. Это — яд Нигара. Организм мальчика синтезирует его во время стресса. Именно поэтому погиб и Аспид. Твой сын просто убил его, так что Офаниэль ни в чём не виноват. Кроме того, мы считаем, что ты должен извиниться перед Офаниэлем и решить, что делать с Арием. В противном случае, мы будем вынуждены созвать Срочный Сбор и придать этот вопрос широкой огласке.
Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.