Страница 21 из 108
Фельдмаршал, используя излюбленную тактику заманивания, расположил все войска на равнине вблизи города, приказав Багратиону, оставить Нови.
На следующий день пожаловали французы.
Мой батальон, вошедший в состав шестого егерского полка, развёрнутым строем, в числе первых, атаковал французов.
Дали слитный по противнику залп, и со штыками наперевес устремились на врага. Первую нашу атаку противник отбил, мы понесли внушительные потери. Австрийцы тоже не имели успеха, откатились на исходные позиции. В некоторых местах французы пытались контратаковать, но натолкнулись на стойкое сопротивление русских войск.
Повторную атаку, французы также отбили, ещё с большими для нас потерями.
Я отвёл свой батальон, и начал перегруппировку.
После третьей безуспешной атаки русских войск, я заметил перестроение в рядах французов.
А этот генерал Жубер, неплохо управляет войсками. Он направил во флаг нашего шестого егерского полка свой кирасирский полк. Французам достаточно было смять мой батальон, чтобы выйти в тыл наших войск.
Удар неприятеля по нам был страшен. Сделал для себя неприятное открытие, оказалось, французские солдаты тоже неплохо знают штыковой бой. Дрались они со знанием дела и остервенело.
Я находился в центре схватки. Моему батальону, нужно было, во чтобы не стало, задержать наступление противника, иначе случится непоправимое.
Никто из моих воинов не дрогнул, все дрались плечо к плечу, вдохновлённые моим примером. Я старался поспеть везде, и рубил, рубил и снова рубил врагов. Мои егеря умирали, не выпуская с рук оружия, но не сделали ни шага назад. К кирасирам, на нашу голову присоединилась легкая конница, чтобы окончательно нас изничтожить. Ряды моих воинов таяли, но нам удалось остановить неприятеля, а значит, дали время командованию, перегруппировать разбитые части.
С трудом выбравшись из-под навалившихся на меня трупов французов, огляделся. Очень страшное и печальное зрелище. Ещё десять минут назад здесь держал оборону мой батальон, а сейчас поле усеяно телами моих воинов и трупами французов. Мои егеря пали смертью храбрых, нанеся французам страшные и невосполнимые потери. Я очень надеялся, что смерть моих воинов не была напрасной, мы одолели врага. Кое-где, помогая друг другу, поднимались мои раненые воины.
Уже вечером в штабе я узнал, что благодаря подвигу, да-да подвигу моего батальона, Суворову удалось совершить обходной маневр, и атаковать французов с флангов. Французская армия была разбита, генерал Жубер, пал на поле брани, как и семь тысяч его солдат. Около десяти тысяч французов попали в плен. Остатки разбитых войск отступили к Генуе.
Глава 8
Битвой при Нови завершился Итальянский поход славного фельдмаршала Суворова. Французы покинули северную Италию. Все земли оказались в загребущих руках австрийцев.
За последний бой меня наградили Кавалерским крестом ордена Святого Иоанна Иерусалимского.
Из прошлой жизни я знал, что после побед в Италии, Суворов намеревался, после короткого отдыха войск, выступить во Францию, основным направлением удара определив Париж. В то время, французский военный гений — Бонапарт, был занят в Египте, и войск, могущих оказать достойное сопротивление русским, во Франции не было. Вчерашние «милые» союзники очень опасались, возрастающего в Европе влияния России. Значит, надо предпринять меры по устранению русских из «европейской сцены». Англия и Австрия начинают убеждать Павла I в том, что в первую очередь необходимо очистить от французов Швейцарию, а затем думать о походе на Париж. Разработчиком плана похода в Швейцарию, выступила Австрия. Удивительно, но Павел I согласился на этот план, видимо он ещё плохо представлял, с какими нехорошими людьми имеет дело. Согласившись с предложенным планом в целом, Павел I потребовал, чтобы австрийцы очистили Швейцарию от французов, до прихода туда войск Суворова. Император заверения англичан и австрийцев получил, но в реальности, никто ничего не делал, для помощи русской армии. Нас ждали не просторы Франции, а горные тропы и бездонные пропасти Альп.
Я сидел и внимательно изучал будущий маршрут. Предстояло идти через горы на помощь русскому корпусу генерала Римского-Корсакова, который должен был совместно с австрийцами подходить к Муттенской долине.
Вновь сформированный мой батальон по обученности значительно уступал погибшему. Я, конечно, пытался что-то сделать, но катастрофическая нехватка времени, не позволила мне завершить начатую учёбу Помимо учёбы, занимался заготовкой продовольствия, амуниции, фуража. Австрийская сторона, не позаботилась о своевременном снабжении продовольствием союзной армии.
Не сам лично, конечно занимался, этим ведал молодой прапорщик Скалозубов. Обязал прапорщика купить или реквизировать у местного населения вьючных животных, для каждого воина батальона. Командир полка Санаев, сделал мне внушение, и запретил впредь заниматься подобным. Мои доводы, о том, что поход через горы будет очень тяжёлым и опасным, он не брал во внимание. Тогда и я решил не брать во внимание его внушение. Мне собственная жизнь и жизнь моих солдат дороже. Лагерь батальона со временем превратился в подобие «Ноевого ковчега». Везде ржали лошади и дико кричали ослы. Донесли фельдмаршалу о моих делах. Вызов в штаб не заставил себя ждать.
— Ты, что вытворяешь стервец? — спросил разъярённый Суворов.
— Выполняю ваше распоряжение, готовлюсь к походу, — стоя по стойке «смирно», отрапортовал фельдмаршалу.
— Лошади, мулы и ослы, тебе, зачем понадобились? — продолжал кричать полководец.
— Перевозить в горах вооружение, амуницию и продовольствие.
— Для этого есть интенданты, которые подготовят все необходимое. Да будет тебе известно, в предгорьях нас будут ожидать припасы, доставленные союзниками.
— Можете думать обо мне, что хотите, но я не верю австрийцам, нам они не станут помогать и снабжать.
— Мальчишка! Да, как ты смеешь? — негодовал Суворов. — ПавлуI обещана помощь самим австрийским императором Францем II в снабжении нашей армии. Мы союзники!
— Ваше высокопревосходительство, посудите сами. Вы одержали блистательные победы над французами на земле Италии, их армии разбиты и находятся в полнейшем расстройстве. Сейчас самое время, двинуть войска в сердце Франции. Однако вам велят идти в Швейцарию, и притом не простым путём, а через горы. План похода разработали австрийцы, не для победы над Францией, а чтобы угробить наши войска. Жизнями наших солдат, австрийцы вернули себе утраченные в Италии территории, мы им больше не нужны.
— Ты кем себя возомнил? В Александры Македонские метишь?
— До Македонского и до вас мне ещё служить и служить. А вот сберечь солдат, и выполнить ваш приказ я обязан. Подниматься в горы будет трудно, дороги слишком узки. Не везде можно протащить артиллерию. А разобрав орудие на составляющие, можно доставить их с помощью животных в нужное место.
— Это я и без тебя знаю. Превращать армию в балаган не позволю.
— Прошу меня простить заранее. А как смотреть в глаза голодному гренадеру или егерю, который должен рисковать жизнью?
— Да я тебя под арест! Голодный гренадер, где это видано?
— Можете арестовывать. Я старался, чтобы в горах мой батальон не голодал, а мог воевать с неприятелем, а не заниматься добыванием пропитания.
— Ух, упёртое казацкое отродие. Поди с глаз моих. Если бы не видел, как ты славно воюешь, упёк бы на гауптвахту, на хлеб и воду.
— Разрешите идти?
— Постой. А чего ты там ещё заготовил?
— Крупы разные, солонину, сухарей насушили. По моим расчётам продовольствия заготовлено на три недели кормления всего батальона.
— Хомяк, как есть хомяк! Ладно, иди, разрешаю оставить все как есть. И только потому, что мыслишь ты правильно, и не побоялся спорить со мной.
В направлении Швейцарии Суворов двинул войска в начале сентября. Я вёл свой батальон по таким узким тропам, что даже мужественные солдаты, зажмурив глаза, возносили молитвы Господу.