Страница 37 из 140
Внимательно слушавший нас Мораддин потер бородку, ненадолго задумался и, наконец, сказал:
- Выход есть. Конан, подъедь ближе и выслушай меня.
- Ну? - буркнул король, заставляя лошадь идти шагом наравне с коньком Мораддина.
- Значит, так! - граф Эрде огляделся, с тоской рассматривая голые безлиственные деревья. - Мы сейчас двигаемся вдоль немедийско-аквилонской границы на полдень. Скоро нужно будет повернуть к закату и, насколько я помню, на нашем пути встретится первый крупный город.
- Верно, - подтвердил киммериец. - Бельфор, владение герцогства Шамарского. Центр торговли поваленным лесом. И нас там ждут - не дождутся...
- Наверняка, - Мораддин улыбнулся углом рта. - Конан, подумай сам. В Бельфоре торговые дома солидных купцов, стоят отряды кавалерии... Следовательно, тайная служба Немедии просто обязана содержать в городке нескольких конфидентов. Они смогут нам серьезно помочь.
- Шпиончики, - проворчал Конан. - Лазутчики. Ищеечки... Мораддин, когда кончится эта дурацкая история, я прикажу с позором выслать тебя из страны! И всех твоих... конфидентов - тоже! Хорошо, поехали.
На следующий день отряд прибыл в Бельфор. Мы остановились на ночь в самом захудалом и дешевом клоповнике. Пиво хозяин подавал разбавленное, мясо полусырое, а овощи подмороженными. Конан, правда, чувствовал себя здесь в своей тарелке - казалось, ему даже нравится окружение подозрительных небритых субъектов и тухлоглазых проституток, наводнявших обеденный зал. Однако мне было неуютно.
Граф Эрде ненадолго исчез, отправившись, как он выразился, "по делам". Взял с собой одного Тотланта, как человека выдержанного и спокойного. Вернулись они после заката. Мораддин созвал нас всех в холодное, обставленное грубой обшарпанной мебелью помещение, гордо именуемое хозяином трактира "гостевой комнатой", и, торжествующе улыбаясь, выложил на стол шесть свитков.
- Это что? - спросил Конан недоуменно.
- Наши новые документы, - Мораддин развернул первую бумагу и с некоторой издевкой в голосе прочитал:
- Почтенный месьор Рутгер Хори, родом происходящий из Ванахейма, свободный кузнец, подвизающийся в Шамаре... Едет в Тарантию по торговым делам.
- Не понял, - помотал головой киммериец. - Ты про кого?
- Про тебя, любезный мой, - хихикнул Мораддин. - Теперь это ты. А впрочем, с бородкой ты очень напоминаешь уважаемого мастерового.
- Вдобавок из Ванахейма, - не преминул заметить я, зная, что киммерийцы терпеть не могут своих соседей с полуночи. Интересно, а кем Мораддин выставил меня на своих фальшивых подорожных? Я так прямо и спросил.
- Эти подорожные не фальшивые, а самые настоящие, - возмущенно ответил граф Эрде. - Бумаги, печать, подпись начальника стражи города сомнениям не подлежат. Просто туда вписали нужные, причем даже не вымышленные, а настоящие имена.
Таким образом, я оказался неким Арни Ди Фармье из Боссонии многоученым советником какого-то захолустного графа. Веллан был "Верготом, сыном Трога, наемником и телохранителем", Тотлант - "Хаимом бен-Моше из Шема, купеческим приказчиком" (волшебник ужасно оскорбился, когда узнал, что ему предстоит какое-то время быть шемитом, но промолчал), а Мораддин "Теримом из Аграпура, ушедшим в отставку десятником войска императора Ездигера".
Больше всего повезло Эйвинду. Полагаю, граф Эрде со свойственным ему мрачноватым юмором специально упросил своего поверенного в Бельфоре вывести нашего молодого крестьянина не кем-нибудь, а... В подорожной Эйвинда черным по белому было прописано: "Харальд, сын Рутгера, родом происходящий из Ванахейма. Путешествует вместе с отцом в Тарантию".
- Та-ак, - протянул Конан, едва сдерживая смех. - Мораддин, как это понимать? Эйвинд, учти, я теперь твой отец! Остается только выяснить имя матери.
Эйвинд смущенно поклонился.
- Господин, - сказал он. - Я не знаю, можно ли...
- Можно, - отмахнулся король. - Это ж надо - дожил до сорока лет и внезапно заимел взрослого сына! Воспитывать теперь бесполезно, наследства ему не полагается... Ладно, согласен, - Конан ободряюще похлопал Эйвинда по плечу и проникновенно сказал: - Терпи, дитя мое. Папа тебе достался с характером. Розгами сечь буду!
- Сдачи дам, отец мой, - Эйвинд наконец понял, в чем здесь игра, и расплылся в улыбке. - Хотя и нельзя родного отца поносить да рукоприкладствовать ему...
- Завтра с утра, - Мораддин решительно пресек добрую родственную беседу, - мы выезжаем. Через два дня будем у ворот Тарантии. Главное, чтобы нас не опознали в лицо. Конан, эта было очень удачная мысль - отрастить бороду... Хальк, а ты наоборот, побрейся. Остальные пусть оденутся поскромнее. Тотлант, ни в коем случае не носи свой балахон волшебника.
- Штаны, - поморщился стигийский колдун. - Ужасная одежда, варварская, - и тут же Тотлант добавил визгливым голосом торговца-шемита, которого обсчитал ушлый покупатель: - Шо вы таки имеете против моих балахонов? Таки на себя посмотрите! О чем можно говорить с людьми с такими зубами?
- Вылитый шемит, - фыркнул я. Затея графа Эрде мне понравилась. Если вдобавок удастся раствориться среди тарантийского плебса и не привлекать к себе внимания, то мы сумеем разведать, что происходит в столице.
Утром мы выезжали из Бельфора. Стража на заставе проверила подорожные, а я краем глаза углядел висящий на воротах торгового города приказ о поимке "человека, как две капли воды похожего на короля Конана".
Через день перед нами выросли темные башни тарантийских стен. Над городом главенствовал донжон королевской крепости, а над ним колыхались красно-золотое государственное знамя и белоснежный штандарт с черным щитом, на котором был изображен вставший на задние лапы лев. Королевский штандарт. Знак того, что король находится в своей столице.
- Ублюдок, - рыкнул Конан, исподлобья глядя на главную башню города. Значит, он охмурил не только Паллантида, но и всю гвардию, канцлера и герцога Пуантенского. Король в городе... Пусть Митра и Кром ответят - кто я?
- Разделяемся, - скомандовал Мораддин. - Конан и Эйвинд войдут в Тарантию через Полуденные ворота. Я и Тотлант - через Восходные. Хальк и Веллан - через Речные. Господа, вам сейчас нужно будет свернуть налево. Встретимся, где условились.