Страница 14 из 31
– Меня? – переспросил советник, удивлённо воззрившись на Эвредику, а в уме уже лихорадочно прикидывая, насколько ему это выгодно и можно ли с этого что-нибудь поиметь.
«Орден! Нет, лучше денежное вознаграждение в виде двадцати, нет – тридцати мешков золота! И с нынешнего дня – оклад в двойном размере. За спасение такой высокопоставленной особы, как Правительница Гвилберда, это вполне приемлемая плата. И орден тоже! Точно!» – быстренько прикинул Занудис, мысленно потирая свои тощие ручки в предвкушении милостей, которые его теперь ожидают.
– Точнее, вашего занудства, – закончила Эвредика начатую фразу, поправляя растрепавшиеся во время сражения золотистые волосы. – Но если вы чем-то недовольны, то можете догнать странника и объяснить, что он глубоко заблуждается насчёт вашего характера, затем благородно предложить ему свою кандидатуру на ужин, которого он по вашей вине лишился. Думаю, он вам не откажет.
– А как же субординация, госпожа Фея! – воскликнул подошедший Светозар, ведя на поводу коня Эвредики, который не успел убежать слишком далеко и был благополучно пойман. – Неужели вы думаете, что господин Верховный советник осмелится быть съеденным первым поперёд своего прямого начальства? К тому же сэр Занудис – настоящий рыцарь и всегда пропускает дам вперед, – осклабился светловолосый верзила, подмигивая Верховному советнику.
Занудис хмыкнул, почесал свой длинный нос и посмотрел на Фею.
«Интересно, что она скажет на подобное заявление?
Или сразу бросится этому здоровенному придурку башку откручивать?»
Но Правительница Гвилберда, опершись на руку сэра Хорварда, только довольно ухмыльнулась в кулак, а болтливый герцог слишком внимательно рассматривал носки своих не особо чистых сапог. Занудис пожал плечами, вскочил в седло и решил: «Быстрее бы доехать до Рейсгарда. Советники правы: Фея у нас с каждым днём все чудней и чудней. Похоже, она и вправду сумасшедшая». Другого объяснения поведению принцессы у него не было.
Светозар подвёл Эвредике коня и галантно помог ей взобраться в седло.
– Надо ехать, а то вдруг эта зверюга надумает вернуться, – сказал он, пристально глядя в ту сторону, где скрылся странник.
– Отъедем подальше, а затем сделаем привал, – внёс предложение Хорвард, рассеянно дёргая волоски у себя из бороды. – Если больше ничего не случится, то утром будем в столице.
Маленький отряд снова двинулся в путь, стараясь поскорее отъехать подальше от места происшествия.
Эвредика более не удалялась от своих спутников и с интересом поглядывала на Светозара из-под опущенных ресниц. С чувством юмора у парня полный порядок. Похоже, с ним интересно будет пообщаться.
Светозар, зорко поглядывая по сторонам, усиленно обдумывал происшедшее. И чем больше думал, тем больше ему всё это не нравилось. Мысли расползались, как тараканы, не давая какого-либо толкового объяснения происшедшему. Да и Фея эта… Не то чтобы он сильно разочарован. Но как-то она не вписывается в созданный народной молвой образ «Великой, Мудрой и Справедливой Феи – Вечной правительницы Гвилберда». То есть, может, она и справедливая, и мудрая, но только он никак не мог предположить, что Величайшая из Бессмертных будет выглядеть как худая девчонка, да ещё постоянно препираться с собственным советником. Неужели ей и правда не одна тысяча лет? Может, она от старости впадает в детство? Нет, не то… Что-то его в Фее тревожило, но что – он никак не мог уловить. Какая-то мысль занозой сидела на краю сознания и никак не хотела оформиться в нечто более конкретное.
2
– Ненавижу этого слюнявого дракона, – простонал Маргелиус, собравшись злобно сплюнуть, но вовремя опомнился. Харкать в гробу, где негде развернуться, – это весьма опрометчивый поступок. – Везде своим пацифизмом достанет.
Когда он перебирал самые фантастические планы спасения из плена, то вспомнил о драконе, который много лет назад служил ему. Памятуя о том, что эти существа живут очень долго, он направил мысленный призыв Лютому – так звали того дракона. Правда, кроме имени, в том исполинском монстре, что служил ему, ничего больше лютого и не оказалось. Но имя и внешний вид дракона наводили немалый ужас на народ. Только перед тем, как приземлиться на нём в каком-нибудь городе, приходилось жёстко инструктировать Лютого, чтобы тот молчал и ни в коем случае не смел ни с кем разговаривать. Потому что стоило этому наивному страхолюду разинуть пасть, как люди начинали сразу как-то странно на них смотреть, а страх и почтение испарялись из их глаз. Может, на самом деле драконы – могущественные и мудрые существа, но ему явно достался какой-то особенный дракон. Наверное, с левой нарезки.
После долгих и бесплодных попыток Маргелиусу удалось связаться с драконом, почти на пределе сил дотянуться до его разума. Это была настоящая удача: дракон не только жив, но и согласился ему помочь, хотя и особого энтузиазма на его морде он что-то не заметил. Лютый успел сообщить ему, что герцог проспал «просто дофиги-и-и-ища лет», даже с точки зрения драконов не так и мало. И что в мире вообще дофига чего поменялось. Например, драконы и люди живут в мире уже очень давно, все драконы теперь внесены в Зелёную книгу как исчезающий вид Конфедерации Магических Миров и на них нельзя охотиться. На этих словах дракон запнулся. «Ну, за исключением меня», – покосившись на него жёлтым глазом, вздохнул Лютый, пожимая крыльями.
Правда, перед тем, как поспешить ему на помощь, Лютый сначала ломанулся в дебри философии и гуманизма – этично ли помогать своему бывшему хозяину? Затем он снюхался с хипповатым трубадуром, тем самым, что разбудил Маргелиуса. А ещё их спутником оказалась какая-то зелёная гадость с мерзким характером, к тому же вызывающая помехи на магическом фронте. То есть попросту гасящая магическое воздействие, что делало невозможным мысленное общение с драконом на таком расстоянии.
– Тьфу! Блин! – Маргелиус яростно треснул кулаком по граниту. Ох, и больно же.
3
В город солнца и поэзии, Рейсгард, маленький запылённый отряд из четырёх усталых путников прибыл на рассвете. Он состоял из трёх мужчин и одной женщины – вернее, Феи в сопровождении Светозара, Хорварда и сэра Занудиса, чьё занудство уже изрядно всех достало. И болтливый герцог со своим другом уже перемигивались – не устроить ли педантичному и сверхправильному советнику маленький несчастный случай в виде перелома языка, а ещё лучше шеи? Да и госпожа Фея, похоже, не будет особо переживать, если лишится общества своего любимого советника. Но на счастье их жертвы, не подозревающей о таких коварных мыслях, на горизонте показались башни города. И Светозар с Хорвардом, а украдкой от них и Эвредика, вздохнули с облегчением.
После непродолжительного препирательства со стражниками ворот, недовольными, что их разбудили в такую рань, и требующими компенсации морального ущерба, их впустили в город. Правда, только после того, как сэр Занудис пустил в ход тяжёлую артиллерию: он Верховный советник, и с ним едет сама Великая Фея, и такое непочтение и халатность грозят стражникам лишения жалования на целый год, а также штрафными работами в виде уборки клозетов города в течение трёх месяцев. После такой тирады ворота немедленно отворились, и сам капитан стражников, почтительно кланяясь и рассыпаясь в извинениях, что не признал высоких особ, впустил их в город. Клянясь с кристально честными глазами (а возможно, просто стеклянными после вчерашней пирушки, следы которой явственно читались на его сконфуженной физиономии), что такой инцидент в их городе впервые, и что такое никогда больше не повторится.
– Я и мои люди охраняем город от врагов и лазутчиков, и, когда вы в неурочное время постучались в город, я подумал, что это шпионы, и не впустил вас, – расплылся в подхалимской улыбке капитан.
– Что?! – глаза Эвредики расширились от гнева. – Я, по-вашему, похожа на шпионку, капитан?