Страница 43 из 47
— Я знаю… но как я смогу понять, что правильно, а что нет?
— Ты обязательно поймешь. Ты зашла уже так далеко, ведь ты последний Темный Ангел, а это значит, что ты самая сильная из всех нас, и Анамотти это знают. Они этого боятся.
Я не была уверена в том, что верю ему.
— Но я не чувствую в себе этой силы.
— Поверь, она у тебя есть. — Статуя начала покрываться трещинами. — В конце ты сделаешь правильный выбор.
— Это был ты? Тогда на чердаке?
Клянусь, что эта темная масса улыбнулась.
— Как я мог не защитить свою маленькую девочку, когда за ней охотится лидер Жнецов… — его голос уплывал куда-то вдаль.
— Папа, постой, подожди… — закричала я, но куски статуи уже рассыпались на части и обратились в пыль.
И я автоматически попыталась выскользнуть из объятий Ашера и последовать за ним, вернуть его, даже не смотря на то, что я больше не могла его видеть. Но Ашер начал со мной бороться, отказываясь меня отпускать, и все больше прижимая к своей груди.
— Эмбер, успокойся, — тихо сказал он. Мне было интересно, видел ли он тоже, что и я? — Я не хочу тебя уронить.
— Я видела своего отца. — Я извивалась и пыталась оттолкнуть его. — Ашер, пусти меня.
— Нет, — упрямо ответил он. — Если я тебя отпущу, то ты упадешь.
Я еще какое-то время всматривалась в стену из теней, но там больше не было моего отца, затем я перевела свой взгляд на землю. Я перестала бороться с одолевающей меня сонливостью, позволяя ей окутать меня, принять в свои объятия, и мне было все равно, убьет это меня или нет. Мое сердце будто разбилось снова, как в первый раз, когда он пропал.
Глава 16
Этот Жнец вернулся снова, высокий и зловещий, он чем-то напоминал мне призрака. Сейчас он стоял в тени шкафа, прямо в моей комнате. Его глаза горели в ночи, а присутствие охлаждало ночной воздух, из-за чего моя кожа покрылась мурашками, когда я села в своей кровати.
Была глубокая ночь, и свет от полной Луны проникал через мое окно, освещая рисунки и поэтические бредни на моей стене. Но, похоже, что Жнецу они пришлись по душе, потому что он их читал.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я Жнеца, который являлся ко мне с тех пор, как я была маленькой девочкой. Он снова и снова появлялся в моей жизни, когда я начинала верить, что на этот раз он исчез из нее навсегда. — Я думала, что ты ушел.
— Я вернулся. — Капюшон скрывал от меня его лицо, но когда он вышел из тени, лунный свет осветил его. — Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное.
Я замотала головой, обхватывая ее своими руками, а затем посмотрела на дверь, потому что мне захотелось сбежать, но я знала, что в этом случае он просто последует за мной. Он всегда так делал.
— Ну уж нет. Я не хочу тебя слушать… оставь меня в покое.
Он сделал еще один шаг к моей кровати, казалось, что он становится выше с каждым новым движением.
— Не ври, Эмбер Роуз. Я знаю, что ты по мне скучала.
— Ты лжец, — ответила я, хотя это было полуправдой.
Иногда, когда мне было очень одиноко, в то время пока моя мать принимала наркотики, отец воровал машины, а мой брат встречался со своей подружкой, я хотела, чтобы он был здесь, со мной.
— Я никогда по тебе не скучала.
Он покачал головой, а свечение его глаз стало еще ярче, подчеркивая черты его лица.
— Еще одна ложь, но я прощу тебе ее на этот раз, потому что я пришел сюда, чтобы рассказать тебе что-то важное.
Я закрыла свои уши руками.
— Я не хочу тебя слушать.
— Это касается твоего отца, — быстро произнес он. После этой фраза мои руки опустились на колени.
— Что ты хочешь о нем сказать? — спросила я нервно. Я знала, что в этом нет ничего хорошего, когда Жнец появляется у тебя в комнате и хочет тебе что-то рассказать про твоего отца.
Он преодолел оставшееся расстояние до кровати и завис надо мной.
— Он скоро умрет.
Я снова замотала головой, пытаясь убежать от этого чувства, когда ощущение смерти от него достигает меня и пытается пробраться внутрь моего тела.
— Ты лжешь.
Он сел на мою кровать очень близко к моим ногам, при этом он ощущал себя почти как дома.
— Я никогда не вру, и ты это знаешь.
— Все, что я знаю о тебе, так это то, что ты иногда показываешься у меня дома и пытаешься свести меня с ума.
— Ну, это моя работа.
— У тебя отстойная работа, — ответила я ему. — И сам ты отстойный.
Он засмеялся, и этот смех звучал почти по-человечески, хотя его светящиеся глаза и плащ не давали забыть о том, кто он.
— Мне нравится твое чувство юмора. Мы с тобой точно поладим.
— Нет, — запротестовала я. — Потому что ты снова исчезнешь.
— Посмотрим, будешь ли ты чувствовать то же самое, когда я скажу тебе, что мне известно, — ответил он. Я затаила дыхание, ожидая, что он раскроет мне то, что ему известно, хотя у меня было предчувствие, что мне лучше бежать к двери.
— Мне дали серьезную миссию, мне нужно забрать очень важную душу.
Я тяжело сглотнула, дрожа от холода, который просачивался в мое тело.
— Чью душу?
— Я думаю, что ты знаешь ответ на этот вопрос, но все же уточню, душу твоего отца.
— Но он еще не умер, — поперхнулась я, хватаясь за одеяло. — Этого не может быть.
— Да, пока еще он не умер, — ответил Жнец, вставая на ноги. — Но как только я заберу его душу, он умрет.
Я схватила его за плащ, несмотря на мое внутреннее нежелание к нему прикасаться.
— Подожди, пожалуйста, не делай этого.
Он посмотрел на меня через плечо.
— Это моя работа, принцесса.
— Но если я попрошу тебя этого не делать, — я умоляла его, держась за плащ. — Ну, пожалуйста, он единственный в моей семье, кто хорошо ко мне относится.
— Ты думаешь, что я забочусь… о тебе?
— Я не знаю… но ты ведь пришел сюда зачем-то, не так ли? Ведь это что-то да значит.
Он подождал пару мгновений, а затем быстро направился к двери, его плащ развевался позади него.
— Я даю тебе несколько минут, чтобы ты его предупредила, — сказал он, открывая дверь. — Затем я сделаю то, что должен.
Он вышел из комнаты, а я вскочила на ноги и побежала в коридор. В доме было темно, тихо и холодно, будто все говорило о том, что здесь только что побывала смерть. И она пришла, чтобы забрать душу моего отца, это значит, что он скоро умрет. Но я не позволю этому случиться.
Я побежала через темное пространство по лестнице, направляясь к телефону на кухне. Я позвонила в дом моего отца, затем на его мобильный телефон, но нигде не получила ответа. Я повесила трубку, рассматривая обстановку на кухне и пытаясь понять, что же делать дальше. Я могла все рассказать моей матери или брату, хотя если они трезвые, то никогда мне не поверят.
Я не могла ничего придумать и сделала очень глупую вещь. Я позвонила в полицию и сообщила им о смерти своего отца. Когда я это сделала, клянусь, пространство рядом со мной наполнилось эхом от смеха Жнеца.
Глава 17
Когда я проснулась, меня окружало тонкое облако тумана, которое быстро исчезло. Могу сказать, что мои крылья все еще были со мной, и я будто лежала на куче подушек. Я не знала, где нахожусь. Но я точно была в кровати, да и остальная комната по виду напоминала коттедж. Стены были деревянными, а виноградные лозы и цветы росли через перила в потолке. В углу стоял комод, а на дальней стене висело зеркало. Стены были украшены картинами, на которых были изображены пейзажи, ангелы и абстракции, полные ярких цветов и замысловатых форм.
— Где я? — пробормотала я, моргая глазами.
— Ты в безопасности, здесь Жнецы не смогут до тебя добраться.
Голос Ашера будто целовал мою кожу, но одновременно с этим я чувствовала неприятие, некое внутреннее отторжение, оно говорило держаться от него подальше, ведь оно желало слышать другой голос, тот, что называл меня принцессой.