Страница 26 из 47
Тяжело вздохнув, я рассказала ему все, что случилось за последнее время. Я была слишком слаба и ненавидела себя за то, что позволила Кэмерону запудрить мне мозги и пробраться в голову. С каждым новым фактом, перечисленным мной, разочаровывалась в себе все больше и больше, но в конце, будто очистилась от скверны и почувствовала некоторое облегчение. Ашер здесь и хоть я его и расстроила, но все равно рада, что он рядом. Я больше не одна в этом безумии. Со мной есть тот, кому можно доверять, к кому могу прикасаться и целовать, кто не будет сводить с ума, и напоминать о смерти.
Ашер долго смотрел в мои глаза, на его лице отражалась боль и растерянность. Я думала, он накричит не меня, разозлится на то, что я облажалась в его отсутствие.
— Прости меня за все, что я сотворила без тебя. За то, что все испортила.
Он покачал головой, и болезненное выражение сошло с его лица.
— Эмбер, я злюсь вовсе не на тебя. — Провел руками мне по волосам и сжал челюсти. — Я злюсь на Кэмерона. — Что-то тщательно обдумал, а затем снова посмотрел на меня. — После того, как ты пила его жизнь… — Ему трудно давались эти слова, он снова потянулся ко мне и крепко сжал талию руками, провел ладонями вниз до бедер, его пальцы жестко впились в мою кожу, но не на столько, чтобы причинить боль, опаляя кожу прикосновениями. — После этого с тобой что-то еще произошло? — спросил он. — Ну, после того, как ты выпила часть жизнь Кэмерона?
Линии на моей руке начали зудеть, я сняла одну из перчаток и показала ему.
— Прости, я не должна была этого делать, но это было необходимой платой за спасение жизни парня, которого убила. Хотя, если честно, была очень удивлена, что внутри Кэмерона все еще есть жизнь, я об этом даже не подозревала.
— В нем нет жизни. — Ашер убрал руку с моего бедра, и провел, поморщившись, по одной из линий похожей на лозу. — Именно поэтому появились эти линии, вместо того, чтобы пить жизнь, ты пила лишь смерть. Если бы ты зашла слишком далеко… сделала так много раз… — Его кадык дернулся, когда он сглотнул. — Ты бы потеряла всю кровь Ангелов, что течет по твоим венам.
— Что? — Я начала задыхаться от паники, вспоминая о брате, об оцепенении и пустоте, которые он нес в себе. — Тогда я бы стала Жнецом?
Он убрал руку от линии и обхватил меня, притягивая ближе.
— Жизнь, это часть Ангела, что живет в тебе, а часть Жнеца отвечает за смерть. И если ты наполняешь свое тело смертью, она уничтожит твою ангельскую кровь. Именно поэтому он смог разговаривать с тобой в мыслях и управлять телом, хотя раньше не мог такое делать. Да, он мог сделать тебя беспомощной из-за слабой связи с Жнецами. — Наши взгляды встретились. — Но когда он наполнил тебя своей смертью, это дало ему полную власть над тобой.
— О, боже, — Меньше всего я хотела бы стать смертью или обратится в Жнеца. Или хотела бы? От своего внутреннего голоса я вздрогнула, на краткий миг радостно приняла эту идею, ходить в длинном плаще, собирать новые души, пожирая при этом жизни невинных. Я мучилась от этой мысли последние несколько дней и со временем мучения лишь усилилась. Я хотела бы обвинить во всем Кэмерона, но в глубине души знала, что эти мысли принадлежат мне. Что породило вопрос, как близко я подошла к грани и уступить своей темной стороне?
Я выбросила из головы эти разрушительные мысли, сфокусировавшись на красивом лице и глазах Ашера, которые я могла воспевать часами.
— То есть, если бы я пила жизнь Жнецов слишком часто, то стала бы одной из них навечно? Я бы больше не была Темным Ангелом? — Я уже сделала это дважды. Как сильно это могло повлиять на меня?
Он кивнул, отпуская меня, поднял свою согнутую в колене ногу и поставил на кровать.
— Если бы ты пила его жизнь слишком часто и много, то в конце концов уничтожила бы всю ангельскую кровь в своих венах, и Кэмерон получил бы то, чего так жаждет. Ты бы стала Жнецом.
— Боже, какая же я дура, ведь на краткий момент я думала, что он пытается помочь мне, — пробормотала с отвращением к самой себе, что прикасалась к нему, разговаривала, позволяла стирать поцелуями слезы, я ненавидела свои мысли о том, что он пытался мне помочь. — Он говорил, что ему что-то известно об отце. Боже, о чем я только думала, позволяя себе выпить его жизнь, ну или смерть, черт его знает, что это было?
— Ты не глупая, — возразил Ашер, переплетя наши пальцы. — Несмотря на кровь Ангела и Жнеца, ты все еще человек и можешь чувствовать. Кэмерон знал об этом, когда шантажировал тебя жизнью парня, он знал, что это сломает тебя эмоционально. — Он поднес мою руку к губам и поцеловал пальчики. — Это не твоя вина.
— А как же насчет второго раза? — не отступала я, все еще стыдясь сделанного. — Он ведь тогда мне не угрожал.
— Ты не можешь винить себя, он захватил контроль над твоим телом, и поэтому что-то произошло, — ответил Ашер, в его голосе проскользнула боль, я видела, что его это беспокоит.
— Я не должна была доверять ему и позволить воспользоваться моим желанием найти отца. — Покачала головой, спрашивая себя, не было ли и это очередной ложью. Что если Кэмерону ничего неизвестно, несмотря на его предупреждение, что отец должен умереть. — Я впустила его, хотя не должна, учитывая, что творится в городе. Мне нужно быть осторожнее, нужно лучше себя защищать, а не попадать под его влияние, и уж тем более не давать затащить в логово Анамотти.
— Это не твоя вина, кроме того… — Ашер задумался, проводя проколотым языком по зубам, что смотрелось очень сексуально. — Помнишь ту историю на моей татуировке, про которую я тебе рассказывал?
— Немного. — Не в силах сопротивляться, я проникла рукой под его рубашку, и провела по курсивному шрифту татуировки, чувствуя дрожь тела под моими прикосновениями. — Она рассказывает о последнем Темном Ангеле и том выборе, что ему придется сделать.
Он выглядел сбитым с толку, смотрел на мою руку под рубашкой и одновременно пересказывал историю, выбитую на его татуировке:
— Темнота накроет землю и завладеет телами смертных. Огонь пронесется над полями, а голод охватит океаны. Ярость Смерти будет побеждать, и Ангелы Смерти пострадают. Это будет концом, но одна жертва изменит все. Один прекрасный Темный Ангел со смертью в крови и на плечах, объединит их всех, и одним своим выбором спасет мир. Его борьба будет нелегкой, смерть будет играть с жизнью и разумом, но Ангелы сделают все возможное, чтобы защитить его. Он будет бороться с правильным и неправильным, ошибаться на пути, но в конце ему придется сделать правильный выбор, иначе смерть победит, люди и Ангелы будут обречены на вечные страдания.
Когда он посмотрел на меня, в его глазах было столько эмоций, что я забыла, как дышать.
— Иногда ты будешь ошибаться, но я знаю, что в конце ты поступишь правильно.
— Я думала, что это история про последнего Темного Ангела.
— Да, это так.
— Но тогда… ты утверждаешь, что именно я буду последним Темным Ангелом?
— Нет, я говорю, что я верю в то, что им будешь именно ты.
— Почему? — тихо прохрипела я, убирая руку из-под его рубашки.
Он тяжело сглотнул:
— По многим причинам… Одна из них, что ты и вся твоя семья, насколько это можно проследить, родились здесь. Твои корни переплетены с этим местом.
— Но многие Темные Ангелы были… именно с этого места все началось, правильно? Мой отец и брат тоже родились здесь, и таких Ангелов еще много, как ты можешь быть так в этом уверен?
Он немного колебался из-за сказанного мною.
— Ты помнешь, что тебе рассказывал Алтон про ту битву? Что именно отсюда все когда-то началось, что Темные Ангелы тоже были созданы в этом месте?
— Разве я говорила тебе, что Алтон рассказал мне про это? — спросила я озадаченно. — Не помню, чтобы упоминала об этом при тебе.
Он медленно покачал своей головой.
— Ты об этом не упоминала.
Я растерялась еще больше.
— Тогда откуда ты узнал, что именно он рассказал мне про то сражение?
— Потому что… — похоже, что он сильно переживал, — потому что я был там, видел, как он разговаривал с тобой, это было в его глазах, в них отражалась убежденность, что именно ты станешь последним Темным Ангелом. Я увидел, насколько далеко вглубь времен простирается твоя родословная Темного Ангела, и я могу утверждать, что именно поэтому они тратят на тебя столько сил и энергии.