Страница 6 из 22
Дело это он любил и справлялся прекрасно. Гор покачал головой. По правде говоря, крекеры были так себе ужином, но куда больше хотелось спать.
Амон прищурился, как будто понял мысли Гора: скорее всего, они были написаны у него на лице.
— Можем поговорить завтра, — сказал Амон. — Нефтида будет с минуты на минуту, но без проблем отложим. Здесь есть гостевая комната, выспишься.
Сет застыл в дверях комнаты. Скрестил руки на груди и оперся на косяк, но не возражал, позволяя Амону руководить и принимать решения.
Гор иногда забывал, что именно Амон — глава египетского пантеона. Если он захочет, то сможет приказать им всем. Просто его совершенно не прельщала роль пафосного руководителя, как того же Зевса, который был готов раздавать указания абсолютно всем.
Светлые волосы, открытый взгляд и любопытство Амона вместе с его юным внешним видом заставляли забыть, что он просто сам предпочитает именно так. А вообще-то могущественный Амон-Ра, темное солнце, которое может карать и испепелять.
Он мог легкомысленно относиться к смерти тела, но, когда стало очевидно, что это не случайность и касается именно бога, Амон помнил об ответственности перед пантеоном. И Гор мог бы только посочувствовать убийцам — встречаться с гневом Амона-Ра он бы не хотел.
— Нет, давайте сегодня с этим закончим, — ответил Гор. — Я…
Договорить не успел, потому что наконец-то хлопнула входная дверь, и через пару мгновений в комнату впорхнула Нефтида.
Богиня неявного и нематериального, скрытых тайн и ритуалов. Сейчас она занималась картинной галереей, с легкостью рассуждала о современном искусстве и тоже весьма комфортно чувствовала себя в современном мире.
Она вошла в густом запахе шипровых духов и шелесте золотистого платья, будто усыпанного блестками. Они шевелились при каждом шаге, напоминая змеиную чешую, переливались, отражая свет. Черные волосы рассыпались по плечам, глаза густо подведены.
Нефтида остановилась, скидывая с плеч пальто и оглядывая всех: как будто пересчитывала и удостоверялось, что все здесь.
— Ну? — грозно спросила она. — И когда вы рассчитывали рассказать? Если б Амон не позвонил, я бы до сих пор была на встрече!
Она грозно скрестила руки, и многочисленные браслеты на ее запястьях звякнули. Нефтида так небрежно кинула пальто на диван, будто королева, которая пришла в свои владения — хотя так оно и было на самом деле.
Ее сила ощущалась редко. Она тоже была как будто скрытой, толща воды, что течет под землей. И обычно составляла контраст с яркой пустыней Сета, которую редко можно было не ощутить.
— Теперь же в курсе, — невозмутимо сказал Сет. — Если каждый раз сообщать, как твой сын влипает в неприятности, можно больше ничем не заниматься.
Анубис возмутился, а Нефтида в очень похожей манере фыркнула.
— Все целы? — куда серьезнее спросила она и перевела взгляд на Гора. — Мне Исида позвонила, а я даже не знаю ничего.
Сет хмыкнул:
— Мне тоже позвонила. Но я трубку не взял.
Гору почти стало стыдно: мать могла достать кого угодно. Он с ней уже говорил сегодня, хотя смутно помнил разговор, спать тогда хотелось жутко. В итоге телефон забрал Анубис и махнул рукой, показывая, что Гор может идти, а с Исидой он сам побеседует.
— Она мне выговорила, что это я виноват, — сказал Анубис. — Я так и не понял, в чем именно, но она, кажется, всё равно не придает значения таким деталям.
В отличие от Исиды, Нефтида не стала ни ахать, ни выяснять. Она прошелестела золотистым платьем, прозвенела браслетами, усадила Сета к остальным и принесла ароматно пахнущий травами чайник. Даже не стала спрашивать, хочет ли Гор, просто сунула ему в руки чашку.
Он хотел отказаться, но мягкий запах окутывал, чашка приятно грела руки, и Гор понял, что и правда не против чая.
Нефтида забралась на диван с ногами и прижалась к плечу Сета. Ее рука с выкрашенными в черный ноготками, рассеянно гладила его то ли по затылку, то ли по шее.
Гор пытался собрать мысли и понять, с чего начать, но Сет спросил сам:
— Ты что-нибудь помнишь?
— Немного, — признал Гор. — Мы точно пили… кажется, последнее четкое — это какая-то девушка, она всё пыталась забраться мне на колени.
Амон фыркнул, Анубис закатил глаза.
— А потом помню ночь, — продолжил Гор. — И какого-то парня. Но я даже лица не запомнил. У него был нож, я знал, что он хочет убить меня, но не мог толком пошевелиться. Потом просто было больно, а вернулся я в темноте и тесноте.
Гор паниковал и не мог понять, что происходит. Просто холодно, тесно, а руки скользят по металлу и никак не выбраться. Он тогда сжался, пытаясь согреться. Надеялся, что кто-нибудь его найдет. После этого даже мутные воспоминания о каком-то мужчине с ножом отошли на второй план.
Но Гор помнил точно:
— Он хотел меня убить. Это не было случайностью.
— Я вот только не понимаю, — задумчиво подал голос Амон. — Почему Анубис ничего не ощутил? Близкие боги ощущают смерть друг друга. В прошлый раз твой самолет рухнул, и Анубис почувствовал твою смерть будучи в Дуате, я в курсе. Почему здесь не проснулся, когда лежал в соседней комнате? Я тоже всю ночь проспал.
Анубис хмурился. А Гору казалось, он почти вспомнил еще что-то. Какие-то размытые картинки… но они ускользали, стоило сосредоточиться.
— Всё просто, — спокойно сказал Амон. — Скорее всего, убийца знал не только кто такой Гор, но и мы. И нас опоили чем-то, что действует и на богов. Чтобы мы проспали всю ночь и не помешали. Только глаз, Гор, всё еще при тебе, что помешало-то?
Сказано это было легкомысленным тоном, как будто Амон пересказывал забавное дело, распутанное мисс Марпл. Но в то же время в его голосе чувствовалось напряжение: всё закончилось не так плохо, но могло быть куда хуже.
Неясные образы наконец-то обрели четкость, и Гор даже выпрямился. Уставился на Анубиса:
— Ты им помешал.
Анубис вскинул брови:
— Правда?
Но Гор теперь четко помнил: боль, как хватается за горло, ощущая что-то липкое, похоже, опыта у убийцы было не так много и перерезать горло с одного удара не вышло. Гор вроде бы помнил какие-то незнакомые слова, но не был уверен. Зато перед глазами вставало испуганное лицо Анубиса.
Он, казалось, толком не соображал, что происходит, но пытался зажать горло брата, что-то говорил. Пока всё-таки снова не обмяк, погружаясь в сон. Но выпустил силу, и мертвецы завихрились вокруг, уже не могли спасти Гора, но защитить от простого человека — вполне.
Похоже, даже через пелену зелья Анубис смог ощутить боль брата и призвать силу Дуата, чтобы помочь одному из его принцев.
— Это был ты, — тихо сказал Гор. — Ты, воробушек, спугнул убийцу и не дал ему доделать то, что он собирался.
Судя по ошарашенному лицу Анубиса, он ничего такого не помнил.
— Ладно! — Амон допил то, что было у него в кружке, поставил ее на стол и налил новую порцию. — Зачем кому-то твой глаз? Ты им призраков видишь, тех, кто не ушел ни в одно из загробных царств. А дистанционно действует? Без тебя?
— А если тебе палец отрезать, он будет отдельно работать?
Амон радостно показал ему средний, стараясь при этом не разлить чашку другой рукой.
— Инпу, ты научил его плохому, — проворчал Гор. — Но я правда понятия не имею, кому может понадобиться глаз, который видит призраков. Может для ритуала какому-нибудь богу?
Амон пожал плечами:
— Я ничего не помню, но спрошу у Луизы. Она там была и наверняка видела, кто вокруг нас крутился. Узнаем, кто опоил.
— С чего Макарии было следить за нами?
Амон сделал страшные глаза на вопрос Гора, как будто тот спросил лютую чушь. Запоздало Гор понял, что и правда. Может, в их сторону Луиза и не стала бы смотреть, но в сторону Анубиса — уж точно.
Если она вообще осталась той ночью на вечеринке.
— Выясняй, — торопливо сказал Анубис и поднялся. — А сегодня всем стоит поспать.
Сет молчал, а Нефтида подскочила и тут же начала рассказывать, что они все могут остаться, комнат точно хватит.