Страница 15 из 23
Первым заметным объектом нового стиля стало здание University at Alcala de Henares (Рис. 2. 4.a.), возведенное Rodrigo Gil de Hontanon в 1537–1553 гг. Знакомые классические элементы – колонны, треугольные pediments, балюстрада – использованы здесь без учета логики ордера. Колонны сдвоены, entablature разомкнута, детали оконного обрамления вклиниваются в декоративный карниз второго этажа. На этом влияние Маньеризма заканчивается. Готика проявляет себя в вертикальных линиях центрального павильона и декоративного обрамления окон, зрительно разрушающих горизонтальную ориентацию фасада.
а
b
Рис. 2.4. a. University at Alcala de Henares, 1537–1553, Rodrigo Gil de Hontanon. b. Атриум дворца Чарльза V в Гренаде, Испания, 1527, Pedro Machuca.
a
b
Рис. 2.5. Escorial Palace, Мадрид, Испания, 1562–1582, Juan Bautista de Toledo и Juan de Herrera: a. Главный фасад. b. Интерьер библиотеки.
Хотя большинство архитекторов Испании до конца века продолжало эксплуатировать готические и гибридные идеи, придворные архитекторы, следуя примеру Итальянцев, вернулись к чистоте классического языка. Дворец Чарльза V в Гранаде (Рис. 2.4.b.), а затем Escorial Филиппа II около Мадрида (Рис. 2.5.) демонстрируют классические пропорции и сдержанное достоинство деталировки для выражения не нуждающихся в рекламе политической силы и скрытых внутри непомерных богатств.
На Американском континенте в это время продолжалась жестокая борьба за его обладание. В Центральной Америке, Hernan Cortes с отрядом из 1500 конкистадоров сражался с войсками Ацтеков. Вначале, несмотря на военное превосходство, Испанцы терпели одно поражение за другим. Но затем в борьбу вступили завезенные из Европы болезни, против которых было беззащитно, не имеющее к ним иммунитета, местное население. В течение 50 лет эпидемии уничтожили более 39 миллионов человек – почти 90 % популяции доколумбовой Америки. После падения столицы Ацтеков Tenochtitlan в 1521 году, войска Испанцев, теперь почти не встречая сопротивления, двинулись на север, присоединяя к владениям Габсбургов все новые земли.
В поисках золота и сказочных городов вроде Tenochtitlan, Ponce de Leon и Panfilo de Narvaez исследовали побережье Мексиканского залива и Флориды, Hernando de Soto – долину Mississippi, Francisco de Coronado провел свои войска от Мексики до территории современного Канзаса, но ни одна из экспедиций не увенчалась успехом. Дальнейшие исследования были прекращены, но к этому времени Испания уже получила контроль над всем Юго-западом современных Соединенных Штатов.
Следующим шагом стала политическая экспансия. На земли Новой Испании, руководимые подчиненными королю губернаторами, был импортирован европейский средневековый феодализм. Обширные угодья (haciendas), вместе с живущими на их территории племенами, отдавались королем в безраздельное пользование приближенным короны, а получаемые взамен значительные налоги продолжали питать бесконечные политические и религиозные войны Габсбургов.
Для упрочения королевской власти и утверждения в колониях Католицизма в Новую Испанию высылались армии миссионеров. В отличие от кровавого шествия контрреформизма в Европе, обращение в истинную веру индейцев протекало относительно мирно. Для защиты оседлых племен от воинственных кочевников строились военные укрепления (presidios); священники изучали язык и обычаи местного населения, основывали католические миссии (missions), где обучали язычников основам христианской морали и европейского сельского хозяйства. К сожалению, процесс христианизации сопровождался уничтожением материальных свидетельств уникальной доколумбовой культуры народов Америки.
С целью эффективного контроля над местным населением, испанцы переселили большинство крестьян в города, спланированные по такой же жесткой ортогональной сетке, как, в свое время, колониальные поселения Римской Империи. В соответствии с изданным в 1573 году законом, в центре города должна была располагаться прямоугольная plaza, окруженная по периметру колоннадой или аркадой (portales), под сенью которой размещались места торговли, отдыха и общения. Сюда же обращались фасады церквей и общественных зданий. Все это настолько соответствовало планировочным идеям древних цивилизаций Центральной Америки, что plaza нового Metxico City была расположена непосредственно поверх разрушенной церемониальной площади Tenochtitlan, а его собор – на месте одной из пирамид. Поразительно, как разделенные временем и океаном, различные культуры пришли к использованию одних и тех же архитектурных средств для достижения схожих целей.
Архитектурные идеи для жилья, общественных и культовых зданий новых городов импортировались из Испании. К счастью, традиции юга Европы не противоречили жаркому климату американского юга. Различия проявлялись в процессе строительства. Так как колонии не располагали штатом архитекторов, и проекты создавались чиновниками, а строителями являлись местные крестьяне, результатом их совместных усилий стал гибрид сильно упрощенной версии архитектуры Средиземноморья с традициями Pueblo, известный сегодня как Southwestern style.
Рис. 2. 6. Palace of Governors, Santa Fe, New Mexico, 1610–1614.
Уцелевшее здание Palace of Governors в Santa Fe, New Mexico (Рис. 2.6.), демонстрирует большинство элементов будущего стиля – несущие глинобитные стены, выведенные сквозь них наружу деревянные балки перекрытия (vigas) и низкий парапет плоской крыши, удерживающий vigas от смещения. Испанцам и ацтекам были хорошо известны теплоизолирующие свойства глиняных стен, которые до сих пор широко применяются в архитектуре юга Соединенных штатов и выполняются, как и в прежние времена, из высушенных на солнце, или уложенных сырыми adobe блоков (Рис. 1.49.).
Вкладом Испании в Southwestern style стали окруженные колоннами галереи (portales) и доставшиеся в наследство от арабских завоевателей резные консоли и кронштейны, передающие нагрузку от балок перекрытия колоннам, или поддерживающие балконы.
Рис. 2. 7. Mission of Acoma and San Estevan, Acoma, New Mexico, 1629–1642.
Слияние архитектурных идей двух культур хорошо заметно и в архитектуре католических миссий (Рис. 2. 7.). В соответствии со средневековыми европейскими традициями, церковь миссии Acoma состоит из единого продольного нефа (nave) с расположенным в его глубине алтарем. Башни у центрального входа обращают взор к небесам, так же, как и в романских и готических соборах Европы. Но примененная конструктивная система viga and adobe безошибочно свидетельствует о местном происхождении. На него указывают и утолщающиеся книзу стены башен – мера необходимая при использовании глинобитных стен, вынужденных нести значительную нагрузку. Подобные стены, напоминающие оплывшие восковые свечи и, возможно, поэтому получившие название battered walls, так же являются приметой Southwestern style и до сих пор являются излюбленным приемом в архитектуре современного Юго-запада Соединенных Штатов.