Страница 2 из 16
Не знаю, знакома ли Рада со статьей Конституции, позволяющей не свидетельствовать против себя и близких родственников, но воспользовалась ей в полной мере, ответив:
– А что я-то? У Мелкого и спрашивай…
Спросил бы, разумеется, но Мелкий опять где-то шлялся. Я вдруг понял, что давненько не встречался с Хомяковым-младшим (впрочем, в свете назревающего события ему предстояло в ближайшие часы стать Хомяковым-средним). Месяца три не виделись, с марта. Вечно он, если верить родне, был где-то поблизости, но на глаза не попадался.
– Он вообще дома бывает?
– Иногда, по настроению, – беззаботно ответила Рада. – Переходный возраст, понимать надо… Сам, небось, таким же был в его годы.
Шутница… Таким, как Мелкий, я не был никогда. И едва ли таким стану, даже если доживу до его лет.
– Может хоть сегодня заявится ночевать?
Рада молча пожала плечами. Зато в разговор вступил третий собеседник, до той поры безмолвный.
– Извините, что вмешиваюсь, – прозвучал женский голос с моего запястья. – Но по моим расчетам, вскоре произойдет пятый пожар. Возможно, этот факт покажется вам небезинтересным.
Мадмуазель Хомякова при этих словах скривилась так, словно я незаметно плеснул в ее «чаек» толику уксусной эссенции. Поставила стакан на стол и неприязненно заявила:
– Мне вот другое интересно: ты вообще-то противоударная? И влагоустойчивая? Ежели невзначай в колодец булькнешь, я тебя больше не услышу?
Дана продолжила, игнорируя хомяковский наезд:
– Загорится заправка «Балтнефтепрома», находящаяся в четырех километрах семистах тридцати метрах от нашей текущей локации. Возгорание случится сегодня, в двадцать три ноль ноль, плюс-минус полчаса.
Дана – мои самообучающиеся «умные часы». Именные, полученные шесть лет назад от щедрот Биг Босса за филиппинскую операцию ОСВОДА – первую, чей план я самолично разработал и сам же руководил его выполнением… За годы нашего знакомства Дана самообучилась всевозможным вещам, не описанным в рекламных проспектах, – прямо скажем, до обретения личности обучилась. И некоторые черты этой спрятанной в микросхемах личности меня раздражают несказанно.
Занудное резонерство Даны я еще как-нибудь пережил бы. Но она, например, научилась врать – причем для моего, как утверждает, блага. Научилась ревновать – причем не к кому-нибудь стороннему, а к законной супруге. Научилась саботировать некоторые мои приказы, устраивая самые настоящие итальянские забастовки, – вроде и работает, а результата нет как нет.
Иногда, разозлившись на Дану, я угрожаю отформатировать ей память и начать процесс обучения заново, с учетом всех ошибок. Но, разумеется, никогда этого не сделаю. Да и смысла особого нет – она дважды в сутки копирует все изменения в своих файлах и программах в некое секретное местечко, укрытое в недрах Интернета, – быстро восстановится вместе с занудством, ревностью и прочим…
Однако при всех своих отрицательных качествах болтать попусту Дана не станет. И меня крайне заинтересовало ее предсказание пожара, сделанное к тому же с точностью до получаса. Сам я в датах происшествий никакой закономерности не углядел. И других закономерностей, кроме географической близости к резиденции Хомяковых, не отметил. Тот факт, что все АЗС принадлежали «Балтнефтепрому», посчитал случайностью, – эта компания владеет достаточно обширной сетью заправок в Ленинградской области.
Но почему, ктулху побери, Дана проанонсировала пятый пожар?! Еще одна бензозаправка никак не могла сгореть незамеченной… Или она что-то напутала (а такого с ней по определению не случается), или самообучение порадовало новым сюрпризом: заразилась от Хомяковых их чувством юмора.
Неясности прояснились достаточно быстро. Оказывается, Дана прямо сейчас, в ходе разговора, попыталась – как и я недавно – отыскать какие-нибудь закономерности в якобы случайных возгораниях. Но копнула поглубже: проанализировала все пожары, случившиеся в Гатчинском районе за последние месяцы.
…Горела не автозаправочная станция. Горел склад. На экранчике с диагональю полтора дюйма разглядеть подробности было затруднительно, но Рада, поворчав для приличия, вытащила из какой-то захоронки ноут и позволила воспользоваться его экраном. И мы с ней вдвоем полюбовались, как пламя охватывает громадный уродливый ангар, обшитый шифером.
Длился найденный Даной в ютюбе ролик чуть больше десяти минут, но ничего особо познавательного не принес. Пожар как пожар, разве что шиферные стены и крыша добавили зрелищности, – нагреваясь, начали буквально-таки взрываться, разбрасывая во все стороны осколки. Именно так ведет себя шифер в огне, о чем я и мои друзья детства прекрасно знали и не раз использовали в мальчишечьих проделках.
Очень скоро от стен мало что осталось, но разглядеть сквозь детали каркаса, что хранилось на складе, не удалось, все было затянуто дымом. Название ролика скупо информировало, что любуемся мы пожаром на складе АО «Славянка», случившимся почти месяц назад. А именно это сельхозпредприятие стало наследником совхоза «Красная Славянка», и на их землях испокон веку обитали Хомяковы.
Ролик закончился, причем процесс тушения пожара, если такой и случился, остался за кадром, – едва лишь стены и крыша перестали фонтанировать обломками шифера, оператор прекратил снимать.
– Это здание стоило спалить хотя бы из эстетических соображений, – сказал я по завершении сеанса. – Но какая здесь связь с бензоколонками? Нефтепродукты на складе не хранились, точно вам говорю. Иначе полыхало бы совсем иначе.
– Не было там ни бензина, ни соляры, – подтвердила Рада. – Торфяные удобрения там лежали, каркасы деревянные для теплиц, еще ерунда всякая…
Я подозрительно глянул на нее: откуда, дескать, такая точная информация? Но докапываться не стал, – в деревне сарафанное радио работает куда эффективнее, чем в городе. Лишь заметил:
– Повезло, что удобрения торфяные. Был бы такой ангар набит аммиачной селитрой, могло рвануть так, что половину Спасовки снесло бы… Но я все-таки не понимаю, Дана, – в чем ты видишь связь с пожарами бензозаправок?
– Сейчас и ты увидишь, – пообещала Дана. – Все очень просто: в нужном месте с допустимой погрешностью не оказалось АЗС. И сожгли то, что подвернулось. Смотрите…
На экране возник кусок карты-километровки с изображением Спасовки и окрестностей. Пять точек были обведены кружками – четыре красными, одна синим.
Та-ак… С тремя точками в красных окружностях все понятно: три бензоколонки, ставшие предметом разговора. Четвертая точка, надо полагать, отмечала тот самый склад, бесславную гибель которого мы только что наблюдали. Кружки обозначали вершины правильного пятиугольника, – соединить из непересекающимися линиями и получится «Знак качества» времен моего октябрятского детства. А если пересекающимися – пентаграмма, в просторечии пятиконечная звезда.
Но сами точки внутри кружков располагались произвольно: одна находилась почти по центру, другие жались к краям. Допустимая погрешность, о которой говорила Дана? Большая погрешность, кстати, не менее полукилометра… Не подогнала ли моя электронная соратница задачку под ответ?
– В синем кружке очередной «Балтнефтепром», которому якобы предстоит вспыхнуть сегодня? – уточнил я.
– Именно он, – подтвердила Дана.
– Ладно, с местом относительно понятно… Но как ты вычислила время нового поджога?
– Очень просто…
Карта исчезла с экрана, сменившись формулами и графиками, и немедленно выяснилось, что под словом «просто» мы с Даной понимаем абсолютно разные вещи. Я очень быстро запутался в ее выкладках, завязанных на числа Фибонначи, на фазы Луны и статистическое распределение с хитрым названием, которое я никогда не слышал и тут же позабыл. Заумная и наукообразная ахинея какая-то, с этакой арифметикой можно вычислить из любых исходных данных любую желательную цифру.
В поисках поддержки я взглянул на Раду, уверенный, что и она ничего не поняла. Но мадмуазель Хомякова вообще не слушала объяснения – сидела мрачнее тучи, глубоко погруженная в свои мысли.