Страница 5 из 52
Удача улыбнулась мне, ни охраны, ни собак не попалось, а спустя несколько минут блужданий, я разглядел фигуру девушки, она как раз открывала окно, пуская в комнату ночную прохладу.
Жаль, я думал, она будет спать и тогда смогу застать ее врасплох. Зато теперь не нужно плутать в поисках ее комнаты, рискуя натолкнуться на стражу.
Так. А зачем я вообще сюда поперся? Теперь, когда цель близка, а первоначальный жгучий порыв наказать ее, пропал, я не понимал, чего хочу от нее? Убить? Поговорить? Посмотреть в глаза?
А! Была, не была, увижусь, а там решу. С помощью оттиска я легко вскарабкался на второй этаж и бесцеремонно постучал по ставням. Отец учил меня быть вежливым. Не дождавшись ответа, я перелез через раму и отшатнулся, натолкнувшись на Адель, одетую в прозрачную сорочку.
Плетистая роза, что вилась вдоль стены, внезапно выпростала колючие плети и обвила мои лодыжки, больно вонзаясь шипами. Не устояв на ногах, я с грохотом рухнул на пол, с трудом сдерживая себя, чтобы не развеять путы поглощением. Делиться секретом я пока не готов.
— Адель, прекрати! Это я! — быстро и вместе с тем негромко, проговорил я, пока меня не вышвырнуло в окно, а девушка не крикнула охрану. Я так перепугался, что даже забыл добавить «госпожа».
— Тинар? — голос у нее был тихий, словно она плакала.
Ветви опали, и я, поднявшись и подойдя ближе к девушке, увидел, что глаза у нее впрямь опухли и покраснели.
— Что случилось? — против воли вырвалось у меня.
Внезапно она бросилась вперед, обняла меня и зарыдала, уткнувшись в мое плечо. Я ожидал чего угодно, но не такого. Благородная, что днем боялась прикоснуться ко мне и глумливо смеялась, науськивая стражу, сейчас плачет, не стесняясь своей едва прикрытой наготы!?
— Ох, это безумная ночь! Папа сказал, что ты осквернил наш дом одним своим присутствием и он примет меры, чтобы избавиться от тебя навсегда! Чтобы весть о расправе над тобой разошлась по городу и никто не мыслил приблизиться к нашим владениям и тем более ко мне. Мне не положено общаться со смердами.
Я стоял, неловко похлопывая и поглаживая ее по спине, давая выплакаться. Не знал, что еще могу сказать и сделать.
— Он, — гася очередной приступ и отстраняясь, проговорила Адель, — он, — она освободилась и развернулась спиной.
Спиной, что несла на себе следы ударов кнутом или плеткой. Кровь прильнула к голове, желваки заходили ходунов, и я молча развернулся к окну, намереваясь найти графа и прикончить.
Но был остановлен мягким и ласковым прикосновением Адель. Из меня словно стержень вынули, когда она произнесла бархатным голоском:
— Не стоит, прошу, — и добавила, разглядев меня получше, — ты весь в крови?
— Ну, твой отец слов на ветер не бросает. Послал двух своих подручных убить меня. Как видишь у них не очень-то вышло.
Адель горько рассмеялась.
— Я рада за тебя. Ты пробудил способность?
— И не одну, а две, — сказал я как можно беспечнее.
— Две?! Неожиданно! Это редкость! Так чьи умения у тебя? Санкари или вёлура? А какие? А как ты сам их смог распознать, без наставника? — Адель засыпала меня ворохом вопросов, и я с трудом мог поверить, что минуту назад она плакала навзрыд.
— Санкари.
— Это похвально, — изменившейся тон, не оставлял и тени сомнений, что передо мной холодная взбалмошная леди.
Развернувшись, девушка, подошла к комоду, выдвинула ящики и начала складывать вещи в заплечную сумку. Отец называл такие рюкзаками.
Мне ничего не оставалось, как ошеломленно таращиться на нее. Те мысли, что еще недавно терзали меня, смыло слезами и теперь я места себе не находил, не понимая что делать.
Не выпрыгнуть же молча в окно и убежать?
— Адель? — спросил я, совершенно сбитый с толку происходящим, — что ты делаешь?
Она повернулась, засовывая в сумку пару брюк.
— Госпожа, ты забыл добавить госпожа. И я не помню, чтобы позволяла мне тыкать. Впрочем, не важно. Можешь называть меня по имени, мне это даже нравится, — и она вернулась к своему занятию.
Мне не оставалось ничего иного как покашливанием привлечь ее внимание.
— Ты, болван. Разве это не видно? Я собираю вещи, — сказала она, доставая с полки пару книг и перевязывая их бечевкой.
— Да, вижу, но зачем ты собираешь вещи?
На этот раз Адель даже не удостоила меня взглядом:
— Я иду с тобой. Что за глупец, — она картинно вскинула руки вверх. Почему я должна объяснять очевидные вещи? — спросила она, запихивая последние вещи в сумку, — ну вот, теперь все. А теперь дай мне минутку переодеться, и мы пойдем. Да и не надо так похотливо меня оглядывать.
Я зарделся краской и отвернулся.
Адель отошла за перегородку, чтобы переодеться, а я присел на краешек кровати. Думала, я буду спорить с ней, убеждая остаться. Но я не стал этого делать. Себе дороже спорить с девушкой или женщиной. Мама мне об этом неоднократно говорила.
Через пять минут появилась Адель. Она была одета в рубашку с длинными рукавами, облегающие брюки и толстые кожаные сапоги, ее длинные русые волосы были заплетены в косу. Она перекинула рюкзак через плечо. Такой наряд шел ей куда больше чем давешнее платье.
Боги! А ведь все это случилось только утром!
— Ты готов идти? — спросила она с победоносной улыбкой, отвлекая меня от безрадостных мыслей.
Я не улыбнулся в ответ.
— Скажи мне, почему? Я хочу, чтобы ты это сказала, прежде чем мы покинем этот дом.
— Что? — переспросила она, пытаясь уклониться от ответа.
Я просто смотрел на нее, скрестив руки на груди, и ждал. Она вглядывалась в меня несколько долгих секунд. Я уже начал сомневаться, что мы когда-то покинем эту комнату, когда она глубоко вздохнула и бросила рюкзак на пол.
— Родителям плевать на меня. Они никогда не заботились обо мне. Я лишь товар, предмет мебели, породистая кобыла. Которую можно выгодно пристроить. Отец намерен отправить меня в столицу и выгодно выдать замуж. Может даже за одного из сыновей князя. А пробуждение способностей все только усугубило. Я хотела тренироваться и оттачивать свои навыки; но получила лишь крохи знаний от дряхлого наставника и побои от отца. Да, да. Сегодня не первый раз, когда его плетка прошлась по моей спине. Так он воспитывает настоящую леди, — выражение ее лица стало горьким, и она насмешливо фыркнула, а через мгновенье ее лицо закаменело — ни за что на свете я не соглашусь с этим. Так что либо ты берешь меня с собой, либо я ухожу сама! И сдам тебя страже, надеюсь, они отыграются за павших от твоих рук товарищей.
Ее горячность и откровенность застигли меня врасплох, но это не помешало мне понять ее мотивы. Деспот граф сделал ее жизнь невыносимой, и если она составит мне компанию, а возможно и станет моим другом… что ж, это прекрасно.
— Хорошо, уходим вместе.
Адель наклонилась, чтобы поднять сумку, и снова перекинула ее через плечо.
— Есть идеи, куда мы можем направиться? Я никогда не покидал город, — спросил я.
— Нигде теперь для нас нет по-настоящему безопасного места, но лучше всего держать путь в вольный город Эскус. Там есть академия для вёлуров и санкари, и это, вероятно, лучшее место, куда мы можем пойти, чтобы затеряться от погони и узнать больше о своих способностях. Я мечтала однажды поступить туда.
Я почувствовал, как защемило сердце. Академия, где я мог бы узнать о своих способностях. Раньше я только слышал о ее существовании.
— Не думаю, что у меня хватит денег на обучение, — невольно нахмурился я.
— Владыка Эскуса, Эрг Третий, покровительствует академии. Даже если бы он этого не делал, у меня есть деньги, — сказала она, доставая из сумки кошелек и позвякивая им.
Я улыбнулся. Жизнь налаживается, а впереди несмотря ни на что маячит перспектива узнать больше о своих способностях.
— Хорошо. У меня есть еще один вопрос, прежде чем мы отправимся, — я уже поставил ногу на подоконник и повернулся к Адель.
— Какой?
— Сколько ты весишь?
Щеку ожгло, позже пришла пульсирующая боль.