Страница 67 из 208
Святые отцы-архангелы, спасибо! Нижайший вам поклон за то, что хоть в логово противника не придется мне проникать, чтобы посеять там доброе и светлое. К нему прямо сейчас хотелось бы перейти. Может, темные и за троих работают, а я уже за четверых, и терять время впустую нет у меня ни возможности, ни желания.
- Хватит болтать! - решительно произнес я. - Мы, вроде, по другому поводу собрались. Если ты - гений, так объясни мне, как обойти наблюдение, если оно инвертировано.
- А как же ты его обойдешь? - Его постоянное удивление моим словам уже начало звучать, как откровенное издевательство.
- Так зачем я тогда сюда пришел? - процедил я сквозь зубы.
- А ты вопрос неправильно формулируешь, - заметил он.
Я скрипнул плотно сжатыми зубами.
- Наблюдение нужно не обходить, - продолжил он задумчиво, - а наоборот - привлекать. Вот что бы ты сделал на их месте, если бы в один прекрасный день вы с женой перешли в невидимость, а рядом с вами вдруг обнаружилось еще десятка два невидимых объектов, и все они бросились врассыпную в разные стороны?
- А где гарантия, что они все же именно за нами не побегут? - спросил я с внезапным интересом.
- Они никуда не побегут, - уверенно заявил он. - Проблема выбора - самый лучший тормоз.
- А откуда объекты возьмутся? - перешел я к деталям.
- Обеспечим, - небрежно бросил он.
- Хорошо, а дальше? - Во избежание неожиданностей, я хотел услышать весь план.
- Объекты будут то сходиться, то расходиться под носом у вашего наблюдения, - объяснил он. - Мы тоже соберемся. Не здесь, подальше. И все.
- Что все? - оторопел я.
- Мне нужно только увидеть, как она это делает, - ответил он. - В целом, я идею себе представляю, но для ее практической реализации мне какой-то мелочи не хватает.
- Ты хочешь сказать, - медленно проговорил я, - что всего лишь увидев, как это делается, сможешь повторить?
- Конечно, - с уверенной небрежностью ответил он.
Я снова скрипнул зубами.
- Хорошо, я все понял, - решил я воспользоваться предостережением Стаса и против самовлюбленных темных, и против него самого. - Но дело в том, что моя жена пока не умеет в невидимость переходить.
- А могли бы уже и обучить, - вернулся он к своему смешливому тону. - Можем инструктора к вам направить.
- Спасибо, своими обойдемся, - не задумываясь, отказался я.
- Жаль, - вздохнул он, - мне казалось, что ты более неправильный. Было бы интересно посмотреть, как у нее сознание работает…
- Будем готовы, дадим знать, - оборвал я его, похолодев от мысли, что Татьяна осталась одна, без всякой защиты. - Будь здоров.
- Если вдруг искупаться захочешь, - донеслось мне вслед, - плещись погромче - поболтаем. Я сюда часто прихожу, здесь хорошо думается.
По-моему, меня только что опять тюленем обозвали, подумал я, быстро направляясь к подготовительному центру. Ничего, тюлень подождет, пока этот гений с Татьяной встретится. Интересно, как она его назовет? Я бы - Нарциссом.
По дороге я позвонил Стасу. План темного гения ему, в целом, понравился, и он даже решил немедленно приступать к его воплощению.
- Ты, вроде, говорил, что можешь Татьяну как-то в невидимость отправить? - спросил он, как только я закончил свой доклад.
- Могу, но не буду, - решительно заявил ему я. - Мне для этого все время рядом с ней нужно быть. Совсем рядом. Внештатники не смогут это не заметить, и все отвлекающие маневры прахом пойдут.
- Тогда с сегодняшнего дня только на этом и сосредоточитесь. - Он с досадой цокнул языком: - Жаль, нельзя настоящего инструктора к ней направить! Придется тебе - все остальные дела временно отставить.
Вот спасибо, а то я без него не знал, что делать! Разумеется, я буду учить Татьяну - но инвертации. Если в темном плане что-то пойдет не так, она не останется единственной неспособной ускользнуть от внештатников.
А поскольку мы с ней всегда неплохо дополняли друг друга, то пока она будет строить свою защитную оболочку, я попробую научиться ломать ее. В конце концов, если этот темный гений говорит, что это проще простого, то кто я такой, чтобы с ним спорить? Да и потом, сколько раз на земле разносил я ко всем темным ту раковину, в которой она периодически от всего мира пряталась. И не надо мне напоминать о ее - совсем мизерной, между прочим - помощи в этом.
Как выяснилось, Татьяна - добрая душа! - и в этот раз мне уже помогла. Из двух поставленных задач реализовывать пришлось только вторую.
Я вернулся чуть раньше обещанного и обнаружил, что Татьяна - в кои-то веки! - выполнила мою просьбу и дождалась меня в комнате. Дальше лучше - она с такой радостью бросилась мне на шею, когда я материализовался и открыл стеклянную дверь, что я даже расчувствовался.
Мог бы и вспомнить, что всякий раз, когда я на земле возвращался, она в меня пальцем тыкала, чтобы убедиться, что это действительно я. Причем, неоспоримым, с ее точки зрения, доказательством могли служить только синяки от ее тычков. А вот бурное проявление ее чувств всегда было плохим знаком.
- Соскучилась? - довольно пробормотал я, обнимая ее в ответ.
- Очень, - просияла она глазами. - Я хочу тебе что-то показать.
Вот только тогда появилось у мня легкое нехорошее предчувствие.
Она нахмурилась, личико у нее сморщилось, и на меня повеяло божественной прохладой.
- Что ты делаешь? - спросил я, глядя на нее и блаженно улыбаясь.
- Ты, что, меня видишь? - У нее опустились уголки губ.
- Ну, да, - озадаченно ответил я.
- Так не честно! - обиженно воскликнула она, отводя от меня взгляд.
Через мгновение черты ее лица расправились.
- А, понятно! - удовлетворенно кивнула она, глядя мне за спину.
Я машинально оглянулся - через стеклянную дверь виднелся все тот же ее двор.
- И что там? - недоуменно поинтересовался я.
- Ты смотри на то, чего там нет, - очень исчерпывающе ответила она, и добавила, когда я потряс головой: - Как в зеркале.
Я еще раз обернулся - прозрачное стекло трудно было назвать зеркалом, но интерьер комнаты в нем слабо отражался. Даже кровать, перед которой мы стояли. Как будто нас там и не было.
- А ну, отойди! - скомандовала мне Татьяна, не дав даже осознать этот факт.
Я неохотно опустил руки и отступил к столу. На всякий случай, на один только шаг. Глянув искоса на стеклянную дверь, я увидел свое отражение и, через мгновенье, Татьянино. Ощущение свежести пропало.
- М-м-м, - разочарованно протянул я.
И тут-то меня и ударило.
Сначала Татьяна исчезла из вида, и на меня снова дохнуло прохладой. Отлично, мысленно усмехнулся я, теперь мне совершенно необязательно далеко в лес забираться - Татьяна мне и поближе воду в ручье охладит. Но насладиться этой мыслью я не успел.
Татьяна по-настоящему исчезла - не из вида, а совсем.
Я отреагировал, не думая - все мысли замерли от ужаса - должно быть навыки хранителя сработали. Распахнув руки, как крылья, я ринулся вперед, загребая ими воздух в том месте, где она стояла. Руки нашли то, что не ощущалось ни органами чувств, ни разумом. Из пустоты между ними послышался довольный смешок.
- Татьяна, - медленно проговорил я, облегченно выдохнув, - твои способности превосходят любое воображение, но ты рано радуешься.
- Это почему еще? - запальчиво вскинула она подбородок.
Который я увидел.
Как только почувствовал ее руки у себя на спине.
Мелькнула какая-то мысль, но Татьяна нетерпеливо боднула меня лбом в подбородок.
Я рассказал ей о назначенном консилиуме с темными по поводу ее революционного открытия, а также о выторгованной мной отсрочке. Как выяснилось, зря выторгованной.
- Да как же я покажу это? - растерянно захлопала она глазами.
- Вот это как раз то, что мне не нравится, - объяснил я. - Помнишь, как я любые мысли Игоря читал? Боюсь, что этот темный в любой голове копаться может.
- Я не пойду! - решительно заявила она.
- Уже не получится, - вздохнул я. - Этот темный в меня мертвой хваткой вцепился, и Стас аж трясется… Вот не посягала бы ты на устои! - с досадой добавил я.