Страница 1288 из 1411
Заросли позади меня раздвинулись, и Мёрфи вышла из них, задыхаясь и держа свой П90 за ремень. Она встала возле меня, уставившись на царивший вокруг хаос.
Я не мог её винить. Происходящее выглядело ужасно. Выглядело необыкновенно. Выглядело восхитительно. Выглядело…
На мгновение мне показалось, что моё сердце остановилось.
Выглядело гипнотизирующе.
— Молли! — крикнул я. — Молли!
Мак услышал меня через творящийся бардак и потряс Молли. Когда она не отреагировала, он коротким и резким движением ударил её по щеке.
Она вдохнула ртом воздух и моргнула, а спецэффекты и музыкальное сопровождение внезапно исчезли, как раз посередине гитарного соло.
— Вытащи их из воды! — прокричал я — Выбирайтесь на берег! Живо!
Молли несколько раз моргнула, глядя на меня. Затем она, кажется, поняла и быстро покивала головой. Она и Мак поспешили по наклонившейся палубе «Жучка» к двери, ведущей вниз. Она что-то туда прокричала, и Сарисса с Жюстиной появились на палубе, обе весьма испуганные. Молли указала им на остров, и они все выпрыгнули с корабля в воду, где им было по пояс, пробираясь к берегу.
Мыш понял, что происходит, и издал короткий пронзительный лай. Мыш лает нечасто, но когда он делает это, то с потолка массово начинает сыпаться побелка. Они с Томасом спрыгнули с окровавленной палубы в воду и быстро поплыли к острову.
Крики Охоты и обезумевших Иных наполняли теперь воздух, а я приказал своим мыслям успокоиться, глубоко вздохнуть и сфокусироваться на интеллектусе. Я не чувствовал ничего особенного, но инстинкт повернул меня к вершине острова, где разрушенный маяк возвышался среди скелетоподобных деревьев, уже сбросивших свой лиственный покров.
Затем меня поразила догадка. Я не должен был видеть маяк или деревья возле него, находясь снизу, тем более, когда всё небо было покрыто тучами, но их силуэты можно было легко рассмотреть.
На маяке горел свет.
И когда мои друзья достигли берега и поспешили ко мне, я понял, что у моей осведомлённости касаемо острова было слепое пятно. Я бы никогда его не почувствовал, если бы не смотрел. Я не мог чувствовать что-либо, находящееся на вершине холма.
— Идущий был всего лишь отвлекающим манёвром, — выдохнул я. — Чёрт побери, в этот раз они не проделают со мной тот же трюк.
Я повернулся к друзьям и сказал:
— Я думаю, что на вершине холма кто-то есть, и что бы он ни делал, это едва ли хорошо для нас. Держитесь позади меня. Идём.
Я был абсолютно уверен в том, что знаю, кто находится на холме, и не собирался приходить на встречу один.
Так что я начал подъём, выбрав мучительно долгий маршрут, чтобы быть уверенным, что мои друзья смогут за мной поспеть.
Глава 46
Те, кто находились на вершине холма, позаботились о том, чтобы помешать мне добраться туда. Это удалось им не лучшим образом.
Я знал о ловушках-растяжках, натянутых между деревьями на уровне лодыжки, и знал расположение брешей в агрессивных заслонах из враждебного Маленького Народца, как я понял. Мои спутники даже не догадывались о том, что там были какие-то ловушки.
После этого было трио гончих-фэйре особо злобного вида, младших кузенов Чёрного Пса. Я имел дело с Чёрным Псом однажды, в мои более спокойные дни, и не жаждал матча-реванша. Я достал одну из собак выстрелом из Винчестера, покуда она пряталась в кустах впереди, ожидая, когда я подойду на несколько шагов ближе, и поджёг заросли, где скрывалась другая, прежде, чем мы приблизились на расстояние тридцать футов. Хищники в засаде начинают нервничать, когда намеченные жертвы замечают их. Гончая-фэйре номер три поспешила убраться из полого бревна, из которого она собиралась выскочить и напасть со своими приятелями, и ретировалась вместе с двумя ранеными гончими к дальней стороне острова.
— Как они попали на остров? — на ходу спросила Молли. Её дыхание было тяжёлым, как от затраченных на озере усилий, так и от подъема. — Я думала, никто не может проскользнуть.
Предел Демона нужен, чтобы всякая ерунда оставалась внутри, а не для сдерживания тварей, рвущихся снаружи. Однако, я не хотел, чтобы все члены нашей компании знали об этом.
— Он вынуждает всех держаться подальше, и постепенно усиливает давление на тех, кто этого не делает, — отозвался. — Но это тогда, когда его не атакует армия сектантов и орда завывающих уродов из-за пределов реальности. Он был занят, стараясь, чтобы ни один Иной не смог выйти на берег, и никто из них не смог. А это просто сверхмощная армия во главе с чем-то, что могло бы потягаться с Мэб. Всё имеет свои границы. Всё рано или поздно кончается.
Я сверился с Интеллектусом и понял, что Maк и Сарисса шли замыкающими. Это слёдовало исправить. Я всё ещё не знал, какую роль они играли в этой игре.
— Мыш, — позвал я. — Если гончие надумают сделать круг и подкрасться к нам сзади — прикрой наши задницы.
Большой комок шерсти издал пыхтящий звук, выдохнув нечто среднее между лаем и чиханием сквозь зубы. Хех. Чубакка. Я напомнил себе продолжать следить за Maком и Сариссой, пока мы идём, но я чувствовал себя увереннее с Мышом за спиной. Интеллектус был полезен как справочное руководство, но не как система раннего оповещения. В любом случае, если кто-то из них попытается жульничать, лохматый тибетский сторож был, скорее всего, одним из тех, кто заметит это первым. Было неплохо иметь его поблизости.
— Кто ожидает нас наверху? — низким и напряженным голосом задала вопрос Кэррин.
— Королевы Феерии, я полагаю. Сразу все.
Томас присвистнул.
— А почему?
— Нет времени объяснять, — сказал я. — Никто ничего не делает, пока я не делаю. Даже не разговаривайте. Когда нас всех накроет, начните с того, кого я подожгу первым. После этого, импровизируйте.
Я отправился дальше, понемногу увеличивая темп. Деревья ближе к вершине острова были старше, толще и выше. Раскидистый полог от их крон отбрасывал тень на большую часть низкорослого кустарника под ними, и по земле, большей частью неровной и покрытой сырым многолетним ковром из опавших листьев, передвигаться стало легче. Потревоженная нами листва издавала густой запах плесени.
Мы вышли на поляну на вершине холма, и я остановился в шести дюймах до того, как вышел из кромки лесной тени. Томас врезался в меня. Я бросил короткий взгляд через плечо, тихо выдохнув сквозь зубы. Он ткнул меня локтем пониже спины.
Вершина холма была заключена в круг лучистого света.
Я не знал, как ещё это описать. Я не имел понятия, на что я в тот момент смотрел. На двенадцать футов от земли протянулась завеса света, скорее пылая, чем светясь, нечто, что заливало холм нежным сиянием, подобно огромному кругу, парящему над землёй. Ширина круга была тщательно рассчитана, будто его начертали при помощи компаса, и я знал, что он был ровно один фут толщиной — двенадцать дюймов. Цвет его не был схож с чем-либо, виденным мной раньше, слегка переливаясь время от времени оттенками серебра, синевы и золота, но не окрашиваясь при этом каким-то одним цветом… и… слова тут бессильны. Но это было прекрасно, как любовь, как музыка, как истина, как нечто, попавшееся мне на глаза и запавшее прямо в душу. Нежный, мягко сияющий свет скользил с внешней кромки круга, как струя воды из изящного фонтана, падая на землю в замедленном движении жидкой завесы чистого света и пряча то, что за ней скрывалось.
Я услышал, как Кузнечик забралась на холм позади меня, её глаза широко распахнулись.
— Босс, — прошептала она. — Это зрелище даже мою маму заставило бы перейти на благоговейное бормотание. С чем мы имеем дело?
— Я думаю, это работа Мерлина, — выдохнул я. — Этот круг. Полагаю, он часть архитектуры острова.
— Ух ты.
— Э… Это прекрасно, — прошептала Сарисса. — Никогда не видела ничего подобного. И это притом, что всю свою жизнь наблюдаю невероятные вещи.
Я уже отвечал ей что-то, когда внезапно понял:
— Это и должно быть прекрасно. Оно и должно состоять из красоты. Слишком много уродства внутри, чтобы внешняя оболочка была сделана из чего-либо, кроме красоты.