Страница 19 из 40
— Попробуй сначала увидеть кого-нибудь из этого мира.
Мариэль отвернулась от половины своих спутников, сидя лицом лишь к Иналии и Фаолину.
— Над но энос тиарли Финли. — проговорила она, но ничего не произошло?
— Почему я? — возмутился гном.
— Ну, я могла бы и кого угодно другого назвать. Из тех, кто здесь. Смыл мне следить за Максин, Дельвином, или Бажной с Рейнальдом, за королями, или ты предлагаешь подглядывать за главным советником короля Арагнаста — Гаясом? — почему то это показалось Мариэль смешным, и из нее вырвался короткий смешок.
— Почти все, кого ты назвала — маги. Любой опытный маг почувствует, если за ним будет наблюдать в волшебном зеркале. — предостерегла Иналия.
— А почему у меня ничего не получилось?
— Ты не сконцентрировалась и забыла направить свою энергию в выполнение этой задачи. — Фаолин спокойно объяснил ей ее ошибки и подсказал как правильно.
Мариэль попробовала снова. На этот раз вода в чашке потемнела, но гнома она так и не увидела. Не теряя терпения, она произнесла заклинание еще раз. Вот почему нельзя было так сразу? Вода в чашке сначала потемнела, словно в нее вылили чернила, а потом в ней появился Финли, внимательно наблюдающий за ней самой, а вокруг него сидели и все остальные, тоже не сводящие с нее глаз.
Немного понаблюдав в всевидящем бриллианте за друзьями, находящимися у нее за спиной, она прекратила действие заклятия и обратилась к Фаолину:
— Почему я вызывала только образ Финли, а увидела всех?
— В волшебном зеркале можно увидеть всех, кого ты видела хоть раз, если они находятся рядом с тем, кого ты хочешь увидеть.
— А если рядом будет человек, которого я не знаю, и с ним будет тот, кого я хочу увидеть?
— Вместо него, ты увидишь пустоту. — пояснила Иналия.
— Значит, теперь я могу увидеть свою семью?
— Попробуй. Но если почувствуешь сильный отлив сил, но ничего не произойдет, лучше прекрати, иначе это может убить тебя.
Мариэль согласилась с Фаолином, ей уже не терпелось попробовать. хоть она и сомневалась, что это возможно меж мирами. А вдруг получится? Она не выжидая, произнесла заклинание, назвав имя своей мамы. несколько мгновений, показавшиеся ей вечностью, совсем ничего не происходило. но, как и в прошлый раз, вода почернела и показала лицо мамы Мариэль. Она сидела за обеденным столом в кухне, пила чай и с кем-то разговаривала. изображение отдалилось и Мариэль увидела весь обеденный стол, за которым собралась вся семья на завтрак. На завтрак? А, ну если учесть, что Мариэль попала в этот мир на закате дня, когда только проснулась, то не удивительно.
Так, стоп! Что не так с календарем на стене под часами? Там нет ее фотографии! Рома и Родион счастливо улыбались с глянцевой бумаги, а ее там нет! они же фотографировались втроем!
И родители, как-то спакойно слишком завтракают. Маргариты три недели нет дома, она ушла без предупреждения, оставила дома телефон, никто из ее друзей не знает где она, а родители преспакойно пьют чай? Но почему? Зная свою маму, Мариэль представляла, что она на уши весь город поставит, будет сильно переживать, заставит всех полицейских искать ее дочь по всему городу и за его чертой! А она пьет чай и мило беседует с Ромой, о том, как он пол года назад ездил в столицу на конкурс по компазициям Шопена и занял первое место!
Да, Мариэль слышала каждое слово, которое доносилось из чашки. Мама ставит старшего брата в пример Родиону и говорит, что ему тоже нужно много заниматься, что бы добиться такого успеха. Но Родион же не ходит в музыкальную школу! Что вообще там происходит?
Мариэль выронила чашку из рук. Вода пролилась на землю, а плошка застряла в ветвях где-то внизу.
— Что ты видела? — Взволновался Валсидал, он встал на крепкий ствол и по одной из самых толстых веток, прошел к Мариэль и положил руку ей на плечо.
— Они не ищут меня. Им все равно. — Последнюю фразу она проговорила с дрожъю в голосе и слезами на лице.
Обида, словно черная кошка, прокралась в душу, когтями впиваясь в самое больное.
Мариэль ушла по тойже ветке по дальше ото всех, что-бы никто не видел ее слез. Как они могли? Понятно еще ее братья. Они те еще безсердечные твари, но мама! Почему? За что?
Мариэль сама не замечала, как вслед за обидой зарождалась злость. Она, не жалея кожи на костяшках пальцев, била кулаками ветку, на которой сидела. Она не чувствовала боли от ударов, сейчас на много больнее было осознавать равнодушие ее семьи. Как они моги?
Мариэль за собственными мыслями даже не слышала перешептывания ее товарищей за спиной. Какая ей разница, о чем они там говорят. И голос Лаврена прямо над ухом услышала не сразу.
— У тебя все руки в крови. — сказал он, осторожно, что бы не упасть, опускаясь на корточки прямо рядом с ней.
— Ну и что?
— Позволь переязать их тебе? — это скорее был не вопрос, а предупреждении о его дальнейших действиях.
Лаврен оторвал кусок от своей длинной белой рубахи и без того оборванной после схватки в трактире, и взял ладони Мариэль в свои.
***
Утром Финли, который должен был дежурить ночью, сам чуть было не свалился с дерева. Хорошо, рядом всегда есть Фаолин, у которого чрезвычайно чуткий сон.
Как бы ни хотелось остаться тут на верху, команде надо было продолжать путь. Когда все уже спустились с верхних ветвей, Мариэль достала из сумки своей полиэтиленовый пакет, высыпав из него, принесенные из своего мира сладости, в кормашек сумки, и завязала его так, что он теперь стал пузырем, хранящим в себе чистый воздух, и снова убрала в сумку, что бы при спуске он не порвался.
Лес, хоть и был неприятным на вид, но больше не казался им таким жудким.
— Может, мы просто надышались каким-то галлюциногенным газом? — предположила Мариэль.
Но, чуть перевалило за полдень, как снова у всех закружилась голова и черные лапищи гигантов-деревьев потянулись к путникам. Мариэль достала свой запас свежего воздуха и сдела не большой вдох, плотно прислонив его ко рту и носу. И даже этот маленький глоточек прояснил ее разум и позволил снова увидеть лес давольно-таки приятным.
Она дала сделать такие же маленькие вдохи своим друзьям и в пакете осталось совсем мало воздуха, всего на пол раза. Мариэль сочла это ценным запасом и снова завязала его и убрала в заплечный мешок.
— Мне одному кажется, что за нами следят? — Валсидал с подозрением оглядывался посторонам.
Мариэль краем глаза заметила, как Фаолин медленно тянется к стреле, уже держа лук на готове в другой. А когда Валсидал разглядел кого-то в густых ветвях, Фаолин молнеиносно выпустил стрелу и с дерева мертвым мешком костей свалился человек в черной масске на лице и в черном плаще.
— Бежим! — скомандовал Валсидал, рванув с места, на ходу вытащив меч и рубя им, спрыгивающих с деревьев, людей в черном.
Мариэль и все остальные бросились за ним, тоже отбиваясь от, встающих на пути, врагов. Вскоре впереди больше никого не оказалось, за то за Мариэль и ее телохранителями бежжала целая толпа вооруженных людей.
Иналия резко остановилась, мимо нее пробежали, отстающие Мариэль и Кирби, и, прокричав какое-то заклинание, взмахнула руками. перед ней что-то взорвалось и преследователей окутал черный непроглядный дым.
Это позволило отряду Мариэль свернуть сторону, затерявшись в, часто растущих, деревьях. Прыть они не ослабляли и бежали так же быстро, пытаясь оторваться как можно дальше от Стернодоровых наемников.
Мариэль убрала окровавленный меч в ножны и ускорилась. Но резкая боль отрывающихся волос заставила ее остановиться. Ее коса зацепилась за ветвистое дерево. У нее никак не получалось освободиться, а их уже нагоняли. Тогда Мариэль, не раздумывая достала Тайвос и рубанула по косе. Волосы тут же растрепались, падая ей на глаза. Ее команда убежала давольно далеко, хотя Мариэль еще видела их и могла догнать, но Лаврен, отставший ото всех, что бы помочь ей остановил ее. Он потянул ее за руку в сторону от тропинки, по которой они бежали.