Страница 58 из 93
- Давай не будем урезать рационы, пока это не станет необходимым. У нас будет уходить много сил на то, чтобы не замерзнуть.
Оба снова посмурнели. Тэлия решила, что теперь ее черед рассеять мрачное настроение.
- Интересно, что сейчас происходит там, при дворе. Уже ведь почти Середина Зимы.
- Столпотворение, что же еще. Всегда так. Дядя ненавидит Середину Зимы: на праздник съезжается столько людей, которые "совершенно случайно" захватили с собой прошения, что Совету приходится заседать чуть ли не каждый день.
Тэлия сокрушенно посмотрела на Криса.
- Мы не очень хорошо ладим с твоим дядей. Нет, не правда. Мы вообще с ним не ладим. Я знаю, что он меня не любит, но дело не только в этом. У меня постоянно такое чувство, что он ищет способа избавиться от меня.
Крис уставился на нее в полном изумлении.
- Тпру.., постой-ка минутку.., лучше начни с самого начала. Я просто ушам своим не верю...
- Хорошо, - нерешительно ответила Тэлия.
- Но только если ты обещаешь выслушать меня до конца.
- Полагаю, это только справедливо.
- Хорошо; когда я еще только появилась в Коллегии, мне, как ты знаешь, пришлось пережить довольно нелегкое время. Грязные проделки, гнусные анонимные записки, засады - это делали вольнослушатели, Синие, но для того, чтобы я не искала помощи внутри Коллегии, они создавали видимость, что виноваты во всем, возможно, другие ученики-Герольды. Апогеем стал случай...
- ..когда они сбросили тебя в реку сразу после праздника Середины Зимы...
- Причем хотели убить меня.
- Что? - воскликнул Крис.
- Это мало кому известно. Знают Элкарт с Кириллом; еще - Шерил, Керен, Скиф, Терен и Джери. Знали Ильза и Джедус; думаю, знает Альберих. Меро догадался. Я вполне уверена, что кто-то из них - а может, и не один некоторое время спустя рассказал и Селенэй. Один из Синих велел мне "передать от них привет Таламиру" сразу после того, как они швырнули меня в воду - думаю, смысл вполне ясен. Они рассчитывали, что я утону, и если бы моя связь с Роланом не оказалась настолько сильна и он не узнал бы о случившемся.., ну да ладно. Но когда их поймали, я лежала в жару и бреду и не могла никому ничего рассказать. Они заявили, что все было просто шуткой, что они не думали, что мне грозит что-то более страшное, чем простое купание. Твой дядя защищал их перед Советом, поэтому вместо того, чтобы обвинить их в попытке убийства, их слегка пожурили и отправили домой, к мамочке.
- Что едва ли указывает на то, что...
- Ты обещал не перебивать.
- Прости.
- В следующий раз мы столкнулись из-за Скифа. Это случилось как раз тогда, когда Скиф помогал мне разоблачить няню Элспет, Хулду. Мне нужно было выяснить, кто помог ей обосноваться в Вальдемаре, помимо Селенэй и отца Элспет. Скиф отправился в кабинет начальника городской стражи, чтобы отыскать иммиграционные записи, и Орталлен застиг его там. Он приволок Скифа к Селенэй, обвинив в том, что тот-де хотел подделать записи в Книге Проступков. И требовал, чтобы Скифу назначили за такой проступок самое строгое наказание - отправили на следующие два года на Границу, чистить лошадей у Стражи. Ты знаешь, к чему это могло привести. В худшем случае, Скифа могли убить; в лучшем, он на два года отстал бы от нас, остальных, а я лишилась бы одного из двоих моих лучших друзей на тот момент - и единственного человека во всей Коллегии, кто мог бы помочь мне сорвать личину с Хулды. Я выручила Скифа, но для этого мне пришлось солгать; и могу тебе сказать, что Орталлен был очень недоволен.
Казалось, Крис хотел что-то вставить, но смолчал.
- Наконец, вопрос о моей стажировке. Орталлен "ввиду моей юности и неопытности" пытался настроить членов Совета так, чтобы те постановили, что я должна провести в поле три года - вдвое дольше обычного срока. По счастью, Селенэй, Элкарт и Кирилл и слушать об этом не пожелали - и напомнили всем, что вопросами стажировки ведает Круг Герольдов, и только он, так что Совет тут ни при чем.
- Теперь все?
- А что, недостаточно?
- Тэлия, всему, что ты рассказала, есть очень логичные объяснения, если знать моего дядю. Во-первых, ему никак не могло быть известно о злом умысле тех студентов - я в этом уверен. Большинство из них он знал еще с тех пор, когда они пешком под стол ходили; он даже людей взрослых, имеющих собственных детей, называет "юношами". И он, вероятно, чувствовал себя обязанным заступиться за них. В конце концов, с твоей стороны в Совете выступали двое: Элкарт и Кирилл.
- Полагаю, звучит логично, - неохотно сказала Тэлия. - Но Скиф...
- О, Скиф.., я отлично знаю, что мой дядя - ханжа и приверженец условностей. Скиф был для него занозой в одном месте с самого момента своего Избрания. Пока не появился Скиф, никогда не возникало проблем из-за того, что студенты-Герольды учинили какие-то безобразия в городе; могли набедокурить вольнослушатели, ученики-Барды, очень редко - Целители, но Серые - никогда.
- Никогда? - Тэлия подчеркнуто приподняла бровь. - Я нахожу, что в это довольно трудно поверить.
- Ну, почти никогда. Но после того, как Скиф начал свои маленькие проделки... Господь и Владычица, Серые стали не лучше студентов-Бардов! А младшие, похоже, считают себя обязанными его перещеголять. Ну, дядя от этого не в восторге, отнюдь не в восторге. Он очень верит в военную дисциплину как лекарство от чрезмерного легкомыслия, и я уверен, что он никогда не желал Скифу ничего плохого.
- А как насчет меня? Почему он все время пытается встать между мной и Селенэй?
- Он не пытается. Ты и в самом деле молода; в его представлении Королевским Герольдом должен быть кто-то вроде Таламира. Я не сомневаюсь, что дядя искренне считал, что длительная стажировка пошла бы тебе только на пользу.
- Хотела бы я тебе верить.
- Заиметь на него зуб - это довольно по-детски.., и непохоже на тебя...
- Я вовсе ничего не заимела!
- Тогда почему ты отказываешься даже подумать над тем, что я тебе говорю?
Тэлия сделала глубокий вдох и заставила себя успокоиться.
- Его действиям есть и третье объяснение. Может статься, что он считает меня угрозой своему влиянию на Селенэй. И я могла бы указать тебе еще на одну вещь, а именно: я готова поспорить, что человек, рассказавший тебе обо всех "слухах" обо мне, - твой дядя. И еще я готова поспорить, что он попросил тебя проверить их. Ему ведь известно, каков мой Дар. Он мог отлично знать, как подействует на меня вся эта отрава.