Страница 50 из 93
Он подвесил полный полурастаявшего снега котелок над очагом, потом, прежде, чем залезть в постель, которая с каждым мгновением выглядела все заманчивей, снова прикрыл огонь золой.
Когда он нырнул под одеяло и растянулся подле Тэлии, его ждал еще один приятный сюрприз. Вместо того, чтобы отодвинуться, Тэлия прижалась к его замерзшему телу своим, теплым, и обнимала, пока он не перестал дрожать, несмотря на то, что сама на три четверти спала. "Никогда еще, - подумал Крис, уплывая обратно в сон, - не встречал лучшей проверки для дружбы!"
* * *
Когда он наконец проснулся по собственному почину, то решил, что прошло несколько часов; вероятно, сейчас стояло позднее утро или ранний день. Никакого веского повода вставать, по-видимому, не появилось; ветер снаружи завывал с прежней свирепостью.
- Хорошо бы в Приютах были окна, - сказал он сквозь дрему. Невозможно определить, идет еще снег или нет.
- Нет, - сонно пробормотала Тэлия ему в ухо.
Крис и не знал, что она проснулась.
- Что - нет?
- Не так уж невозможно определить, идет еще снег или нет. Послушай, и услышишь, как снежинки ударяют в крышу и стены с наветренной стороны. Звук другой, не такой, как только от ветра. Что-то вроде шипения.
Крис прислушался: она оказалась права. У завывания бури снаружи имелся какой-то шипящий оттенок.
- Откуда ты знаешь такие вещи? - спросил он, немало удивленный.
- Узнаешь, когда поспишь на чердаке. На чердаках крепковерских домов окон нет, а малыши спят именно там. Так что, если хочешь понять, в расчете на какую погоду одеваться, придется учиться узнавать все звуки, которые погоду сопровождают. Ты куда?
- Раз уж мы проснулись, надо снова раздуть огонь.
Крис принес охапку хвороста из вороха, который он еще раньше затащил внутрь, разгреб прикрытые золой угли, и вскоре пламя снова разгорелось. Несмотря на тепло, которое давали присыпанные угли, комната выстудилась; труба предусмотрительно закрывалась заслонкой, но ветру все равно удавалось выдувать часть тепла. К тому времени, когда он счел, что огонь горит как надо, Крис совершенно закоченел. Он юркнул в постель, и Тэлия снова прижалась к нему, чтобы согреть.
- Ты делаешь определенно гораздо больше того, что требует от тебя долг, - сказал Крис, когда перестал дрожать. - Спасибо.
- Пожалуйста. Считай, что я расплачиваюсь с тобой за прошлую ночь.
Он нарочно не правильно истолковал ее слова.
- Светлые Гавани, птичка, ты не перестаешь удивлять меня! Я и не подозревал, что за твоей безмятежной внешностью скрывается такая чувственная особа.
Тэлия приняла игру.
- А почему бы и нет?
- Ты безусловно не показывала этого, даже намеком. И ты явно не.., практиковалась, скажем так.
- До сих пор я не встретила никого, с кем чувствовала бы себя достаточно свободно, за исключением Скифа, а на нашей с ним связи, похоже, лежало проклятие! - В голосе Тэлии прозвучал печальный смешок. - Но нельзя сказать, что я не интересовалась предметом; я ведь еще не рассказывала тебе о Ролане.
- А Ролан-то тут при чем?
- Помнишь, я говорила тебе, что он всегда присутствует на заднем плане моего сознания? И что я всегда знаю, что он делает, и никак не могу от него заблокироваться? - Лицо Тэлии немного омрачилось, когда ей подумалось, что сейчас она не в состоянии заблокироваться вообще ни от кого.
- Ну? - подтолкнул ее Крис. - И что с того?
- По ночам на Спутниковом Поле становится очень интересно.., а Спутники-кобылы, помимо продолжительности беременности, имеют с людьми еще одну общую черту. - Крис смотрел непонимающе, и она вздохнула. - Они всегда "в охоте", о мудрый наставник.
- Боже правый. И если ты не можешь от него заблокироваться...
- Это значит именно то, что пришло в твой грязный умишко.
- Опыт из вторых рук?
- Что-то в этом роде.
Крис притянул к себе ее голову и поудобнее пристроил у себя на плече.
- Тэлия, я сожалею, что не заметил твоего состояния, и сожалею еще больше, что не предпринял ничего, чтобы тебе помочь.
- О.., я... - Тэлия мгновенно посерьезнела, когда он упомянул о ее эмоциональном срыве. - Боги, Крис, что же мне делать?
- Нам.
- Что?
- Нам. Тебе, мне, Тантрису и Ролану. Случившееся - вовсе не полная катастрофа, как ты, похоже, думаешь. Вспомним простые истины. Прежде всего, ты научилась кое-чему, чего ты не забудешь. Теперь позволь сказать тебе одну вещь, Королевский Герольд. Смысл твоего пребывания здесь в том, что на стажировке ты встретишься со всеми проблемами, с которыми, вероятно, столкнешься и при дворе, только тут они будут гораздо определеннее, гораздо проще. Ты учишься тому, как справляться с трудностями, там, где разобраться с ними легче, вместо того, чтобы очертя голову ринуться в воду - и утонуть. Возьми человека, который держал на другого зло так долго, что это стало одержимостью, навязчивой идеей. Тебе уже довелось однажды видеть такое; ты узнала бы это состояние, если бы увидела снова?
Тэлия вспомнила, как почувствовала себя, когда девушка-служанка посмотрела ей в глаза, и странный холод, который она тогда ощутила.
- Да, - сказала она наконец.
- И как ты думаешь, ты смогла бы с таким справиться?
- Может быть... Хотя, думаю, мне понадобилась бы помощь.
- Молодец. Прежде ты ответила бы "да". А теперь ты понимаешь, что тебе может потребоваться поддержка. Ты учишься, желторотик. Теперь - трудная часть. Твой Дар вышел из повиновения; нам нужно снова взять его под контроль. Я готов поспорить, что причиной случившегося отчасти явилось то, что никто не сообразил, что тебе нужна специальная подготовка, которая должна научить тебя не позволять своему эмоциональному состоянию устанавливать обратную связь с Даром. Я даже не уверен, что такая подготовка вообще существует.
- Почему ты это говоришь?
- Потому что не могу вспомнить ни одного Королевского Герольда в обозримом прошлом, который обладал бы таким сильным Даром, каким обладаешь ты. Я никогда не слышал об эмпатии настолько сильной, чтобы ее можно было использовать как оружие. Таламир явно ею не обладал - равно как и Кейгвин до него. Я не знаю даже, есть ли на свете Целитель с такой сильной эмпатией. Быть может, тебя мог бы обучить Целитель, но я не рискнул бы биться об заклад, что это так.