Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 14

Дальше текст объясняет, к каким чудесным последствиям приводит обладание хорошим алмазом: «благополучие, долгие годы жизни, увеличение количества жен, потомства и домашних животных, урожай – все это связано с ношением алмаза, если он хорошо огранен, имеет чистый блеск и лишен губительных черт». «Гаруда-пурана» продолжает: «Страшные яды, вводимые тайно, не вредят человеку, а его имуществу не страшны поджоги и вода. Цвет лица такого человека улучшается, и все его дела процветают. Змеи, тигры и воры избегают человека, который владеет подобным алмазом»[15].

«Гаруда-пурана», наверное, единственный из известных источников, который предполагает, что алмазы отпугивают воров. Конечно, сто лет спустя, ко времени создания «Бхагават-пураны» и «Вишну-пураны», чрезвычайно ценные драгоценные камни рассматривались уже как приманка не только для воров, но и для убийц.

Согласно этим двум пуранам, величайшим камнем был легендарный Сьямантака, «принц среди драгоценных камней». Иногда его называли огромным алмазом, порой – рубином – драгоценным камнем, провоцирующим зависть, жадность и страсть к насилию в душах тех, кто старался его заполучить, – как раз то, что Кох-и-Нур творил с душами людей не в мифах, а в реальности.

Сьямантака – блестящий камень Сурьи, бога солнца, который носил его на шее и поэтому имел столь ослепительный вид. Сьямантаке удивлялись, этот камень желали заполучить, но он еще и первый камень в индийской литературе, который сеял вокруг себя разрушение. Согласно «Бхагават-пуране», «когда его носит добродетельный человек, он производит золото, а на дурного человека он в конце концов навлекает гибель»[16]. Отсюда, возможно, берет начало мотив «про́клятого драгоценного камня», который со временем начал прочно ассоциироваться с Кох-и-Нуром и перешел за ним следом в английскую литературу.

Согласно «Бхагават-пуране», драгоценность сьямантака спустилась на землю, когда Сатраджит из рода Ядавов, царь Двараки и ярый последователь Сурьи, наконец встретился со своим божеством-покровителем, идя вдоль берега моря вблизи Двараки. На бога из-за его сияния нельзя было смотреть прямо, поэтому царь Сатраджит попросил его появиться в менее ослепительном обличье, объяснив, что желает воспринимать бога с большей ясностью. Тогда Сурья снял Сьямантаку, и Сатраджит преклонил колени и воздал почести своему богу – который оказался удивительно маленьким, с телом, словно бы сделанным из полированной меди. «После того как царь должным образом поклонился ему, божество спросило: «Сатраджит, какую награду ты хочешь за свои заслуги?» Сатраджит попросил драгоценный камень. Сурья отдал ему камень в знак расположения и исчез»[17].

Когда Сатраджит, неся камень, вернулся в Двараку, горожане приняли его за бога солнца. Только Кришна понял, что ослепительный блеск вокруг Сатраджита создавал Сьямантака. «Это не бог солнца, – сказал он, – а Сатраджит, светящийся из-за драгоценного камня».

Со временем драгоценность перешла к брату Сатраджита. Вскоре после этого он взял его с собой в лес, где мужчину жестоко растерзал и убил лев, на которого он охотился. Лев схватил камень и «собирался уйти, держа его в пасти, но Джамбаван, могущественный царь медведей, убил животное, забрал драгоценный камень и отдал его сыну в качестве игрушки»[18].

Когда Сатраджит, неся камень, вернулся в Двараку, горожане приняли его за бога солнца. Только Кришна понял, что ослепительный блеск вокруг Сатраджита создавал Сьямантака.

Поскольку брат Сатраджита не вернулся с охоты, обыватели начали сплетничать: «Они решили, что его убил Кришна и присвоил себе камень, так как все знали, что он всегда мечтал о нем». В конце концов король Сатраджит обвинил Кришну в убийстве брата и краже Сьямантаки. Чтобы очиститься от обвинений и выяснить детали произошедшего, Кришна вместе с несколькими горожанами направился в лес по следу, оставленному пропавшим охотником.

Следы сначала привели его к изуродованному трупу охотника, а затем в огромную пещеру Короля медведей, в которой Кришна объявил: «О, повелитель медведей, мы ищем камень, и поэтому вошли в твою пещеру. С помощью этой драгоценности я хочу опровергнуть ложные обвинения, выдвинутые против меня». Однако Король медведей Джамбаван отказался расстаться со Сьямантакой. Начался бой между непобедимым властелином медведей и красавцем-богочеловеком. После двадцати восьми дней сражения Джамбаван наконец-то понял, что Кришна, должно быть, был божеством. Король медведей поклонился, смиренно попросил прощения и передал Кришне драгоценность.

Кришна триумфально вернулся в Двараку с Сьямантакой, а король Сатраджит «склонил голову от великого стыда». Он так мучился от раскаяния за то, что несправедливо обвинил Кришну, что в знак извинения предложил Кришне руку своей прекрасной дочери, принцессы Сатьябхамы. Брак оказался счастливым, но Сьямантака продолжал сеять вокруг себя зависть и кровопролитие.

Вскоре после свадебной церемонии три злых брата во главе с принцем Сатадханвой воспользовались отсутствием Кришны в Двараке и спланировали ограбление с целью завладеть неотразимым драгоценным камнем. Однажды ночью они отправились в Двараку, вошли в королевский дворец и убили правителя. Затем схватили Сьямантаку и сбежали из города, но принцесса Сатьябхама, увидев произошедшее, в слезах отправилась к мужу и потребовала от Кришны отомстить за тестя и короля. Богочеловек выследил и убил принца Сатадханву, отрезав ему голову острым как бритва метательным диском – Сударшана-чакрой.

Этот оставшийся в легендах след жадности, воровства и кровопролития так точно отражает настоящую жестокую историю Кох-и-Нура, что к XIX веку многие благочестивые индусы стали связывать алмаз с Сьямантакой и с легендами о Кришне.

Старейшие в мире трактаты о драгоценных камнях и геммологии были написаны в Древней Индии, причем некоторые даже предшествовали древним рукописям – пуранам. В них часто сообщалась удивительно подробная «информация о цвете и местонахождении самоцветов»[19]. Во многих из этих ранних работ изучаются качества драгоценных камней. Они детально проанализированы – от шпинелей «цвета голубиной крови», берилла, «мерцающего, как крылья попугаев», до алмазов, «способных заполнить комнату радужным огнем». Некоторые из этих текстов, также известных как «ратнашастры», демонстрировали потрясающий уровень геммологических знаний: например, разделение рубинов на четыре класса. Камни одного из них имеют десять тончайших оттенков, начиная от пчелиного блеска и цвета бутонов лотоса, светлячков и глаз кукушки и заканчивая цветом семян граната, теней для век и сока плодов розового яблока. Столь подробная информация должна была помочь читателю определить фальшивку: для проверки изумруда, к примеру, один из ранних текстов советует взять драгоценный камень в среду вечером и встать лицом к заходящему солнцу. Если изумруд настоящий, то он будет отбрасывать зеленые лучи в сторону хозяина[20].

Драгоценные камни не просто появляются в мифологии и рукописях Древней Индии: они также являются излюбленной темой древнеиндийской драматургии и поэзии, созданных на санскрите, где звон ювелирных украшений, в которые вставлены камни, часто используют, чтобы создать обстановку дворца – «сада наслаждений». Даже буддийская литература, несмотря на ее строгую приверженность бедности и аскетизму, пронизана геммологическими образами: три драгоценности буддизма, алмазные сутры, небесные царства и острова, состоящие из драгоценностей и драгоценных камней[21].

Согласно раннему тамильскому тексту «Тируккайлая-нана-ула», красавица на пике своей девичьей красоты никогда не должна быть полностью обнаженной, даже в постели. Вместо этого красоту ее тела должны подчеркивать самоцветы:





15

The Garuda Purana, primary source edition, edited and translated by Manmatha Nath Dutt, Calcutta, 1908.

16

Raja Sourindro Mohum Tagore, Mani-masa or A Treatise on Gems, Calcutta, 1881, Pt 1. Р. 17.

17

Bhagavad Purana, Chapter 56, ‘The Syamantaka Jewel’. См. также Tagore, Mani-masa, Pt 1. Р. 9.

18

Tagore, Mani-masa, Pt 1. Р. 17.

19

Gyula Wojtilla, ‘Ratnasastra in Kautilya’s Arthasastra’, Acta Orientalia Academiae Scientiarum Hungaricae 62, no. 1 (2009): 37–44.

20

Radha Krishnamurthy, ‘Gemmology in Ancient India’, Indian Journal of the History of Science 27, no. 3 (1992): 251–60.

21

Daud Ali, Courtly Culture and Political Life in Early Medieval India, Cambridge, 2004. Р. 164.