Страница 62 из 92
Грузовик перевернулся на бок, и только потом до Грэйнджера донесся грохот взрыва. Макси резко снизил скорость "форда". Все его пассажиры не отрываясь смотрели, как подбитый автомобиль превратился в огненный шар и опрокинулся на крышу. Мужчина, стоявший с ним рядом, теперь лежал на траве. Сначала он не двигался, но потом вдруг дернулся. Сенатор перевел взгляд на противоположную сторону улицы. В руках мужчины, во весь рост стоявшего в джипе, теперь был автомат. Грэйнджер смотрел, как из его дула вырываются маленькие огненные язычки, пока человек не выпустил всю обойму в корчившееся на траве тело. Потом стрелявший опустился на сиденье и исчез из виду, а джип стал резко набирать скорость.
Грэйнджер откинулся на сиденье и пробормотал:
- Мне нужно выпить виски.
Макси рассмеялся и ответил:
- Да, Джим, ты это вполне заслужил.
Проехав горящие обломки, они не спеша возвращались к дому сенатора.
За те несколько минут, что им оставалось ехать, между мужчинами состоялась краткая, но весьма содержательная беседа.
- Ты прекрасно себя проявил, Джим, - сказал Фрэнк, - держался молодцом. Как только мы вернемся домой, позвони своему другу Кертису и скажи, чтобы он обеспечил тебе нормальную охрану... самую обычную, какая положена по штату. С семьей Моретти покончено навсегда, а после того, что с ними случилось, никто больше не осмелится охотиться на тебя.
- А что будет с третьим братом, который остался в Детройте? - спросил Грэйнджер. - Он ведь, наверное, попытается отомстить.
Оба телохранителя рассмеялись, и Макси сказал:
- Он старший из них... Джино его зовут. Теперь Джино Моретти, можно считать, уже живой труп. Мертвым, как и его братья, он станет дня через три-четыре.
- Вы его собираетесь убрать? - спросил Грэйнджер.
- Нет, Кризи.
- Кризи?
- Да, он уже начал на него охоту.
- А разве он в Штатах?
- Конечно, - ответил Миллер. - Это он только что стоял на заднем сиденье джипа. Он обращается с РПГ-7 как с шелковыми трусиками на бедрах женщины. Я согласен с Макси: Джино Моретти - живой труп.
* * *
Дома их ждал Рене Кайяр. Он стоял за главными воротами, у его ног лежали в ряд три черные сумки.
Как только все вышли из машины, Кайяр спросил Фрэнка:
- Как с командой прикрытия?
- Сгорела, - усмехнулся Фрэнк. - Ты все жучки вынул?
- Да, все в порядке, - ответил бельгиец.
Повернувшись к сенатору, Фрэнк сказал:
- Слюни мы распускать не станем, сенатор. Было очень приятно поработать на тебя... и с тобой.
- Это было просто потрясающе, - ответил Грэйнджер. - Что же мне сказать Кертису Беннету? Он наверняка замучит меня вопросами.
- Расскажи ему все, как было. Ты улизнул от своих телохранителей и оказался в самом пекле сражения между гангстерскими кланами.
- Он же ни единому моему слову не поверит.
Макси положил все три сумки в багажник "форда", потом подошел к ним и с улыбкой сказал:
- Но это же правда, Джим. Именно это и произошло. Утром так и будет написано в газетах: "Война гангстеров в Денвере".
- Надеюсь, мое имя в этих статьях упомянуто не будет, - пробормотал Грэйнджер.
- Не будет, Джим, не будет, - успокоил его Рене. - Те, кто знал о твоей роли в этом деле, либо мертвы, либо через несколько часов покинут страну. Так что, Джим, беспокоиться тебе не о чем.
Внезапно Грэйнджер осознал, что на протяжении нескольких последних минут все они стали обращаться к нему на "ты" и звать по имени.
- Значит, все кончено? - пробормотал он.
- Да, - сказал Фрэнк. - А теперь иди в дом и налей себе хоть полный стакан виски, но прежде чем его хлопнуть, не забудь позвонить Беннету.
Потом они совершили странный обряд. Позже Грэйнджер понял, что этот ритуал остался у них с тех времен, когда все они были наемниками. Один за другим они подходили к нему и жали его руку. Потом клали левую руку ему на шею с правой стороны, наклоняли к себе его голову и крепко целовали в левую щеку. Свершив свой странный обряд, они, ни слова не говоря, сели в "форд" и вскоре скрылись из виду.
* * *
На следующий день все газеты взахлеб писали о телах убитых, сгоревшем грузовике и изрешеченном пулями "понтиаке", богато снабдив заметки красочными фотографиями. Имя сенатора нигде не упоминалось.
* * *
Спустя четыре дня появилась еще одна статья, посвященная семейству Моретти. Джино Моретти хоронил двух своих братьев. На похоронах присутствовали представители многих гангстерских кланов, у кладбищенской стены вытянулась длинная вереница роскошных черных лимузинов, у открытой могилы высилась гора дорогих венков из живых цветов. В могилу только что опустили два гроба, поставив их бок о бок. Джино Моретти с венком в руках подошел к краю могилы, бросил взгляд на гробы и только собрался опустить вниз венок, как был наповал сражен восьмимиллиметровой пулей с ртутным наконечником, перебившей ему позвоночник. Пуля разорвалась внутри его тела, и Джино Моретти умер еще до того, как его труп свалился на дно широкой могилы.
Среди полицейских шли разговоры о том, что стреляли с крыши ближайшего высокого дома, с расстояния в триста пятьдесят ярдов. Такой выстрел мог сделать только очень опытный снайпер.
Глава 42
Кризи провел два дня в Брюсселе, обсуждая детали проделанной работы с молчаливым и сдержанным Штопором Два. После более тесного общения с ним он заключил, что с сыном так же легко иметь дело, как и с отцом. Обе конспиративные квартиры в Сирии были готовы, оружие доставлено. Кризи сказал ему, что начнет действовать месяца через три.
Была полночь, американец лежал в постели в своей обычной комнате в доме Блонди и смотрел по телевизору последние известия. На следующее утро он должен был возвращаться на Гоцо.
Впервые с 21 декабря 1988 года он позволил себе слегка расслабиться. Кризи понимал, что, обеспечив безопасность Грэйнджера, он тем самым решил одну из важнейших задач всей операции. В Сирии все необходимые приготовления проведены, подозрения и настороженность, которые возникли после событий в Штатах, на протяжении последующих недель понемногу затихнут, жизнь войдет в обычную колею. И Джибриль, и сирийская разведка, несомненно, будут ждать каких-то акций в ближайшее время. Но, поскольку происходить ничего не будет, бдительность их мало-помалу станет притупляться.