Страница 88 из 144
Он позволил вампирскому чутью начать поиск, послал его в ночь, и оно, словно рябь на воде, расходилось все дальше. Он искал Пенни.., и наткнулся на чужие разумы! Снова отдел!
Он шуганул их и почувствовал, как разумы испуганно съежились, захлопнулись, пережидая волну его ярости, как моллюски, цепляющиеся за скалу, чтобы их не унесло волной. Они были неподалеку, возможно, в Боннириге у них штаб-квартира. Гарри двинулся дальше и наткнулся на ментальные статические разряды; они шипели, словно ветчина на сковородке. Это отдел глушил его сигналы.
- Будьте вы прокляты, грязные шпионы, - в сердцах выругался Гарри. Надо было убраться отсюда и поглядеть со стороны, как все вы отправитесь прямиком в ад!
Да, это было бы в его силах, ведь он был носитель чумы. Он мог оставить это наследство человечеству, отказавшемуся от него: заразу вампиров.
Вампир Гарри еще не созрел, но кровь некроскопа была отравлена, и наверняка его укус был ядовитым, а в его распоряжении находились бесконечные просторы метафизического пространства Мебиуса. Он мог бы прямо сейчас, сегодня, рассеять эту заразу на всех континентах земли. И тогда им пришлось бы еще пожалеть, дьявол побери, что они не догадались оставить его в покое!
Гарри вышел в сад, под звезды, в ночь. Это было его время. О ночь! Хотя, может быть, это было его время совсем в другом, зловещем смысле. Экстрасенсы, возможно, совсем рядом, готовые схватить его, прикрываясь экраном статических помех.
- Ну что ж, давайте, идите сюда, - издевался над ними Гарри. Поглядите, что вас ожидает! В глубине сада хлопнула калитка.
- Гарри?
Он увидел Пенни, она шла к нему по тропинке.
- Пенни! - Он рванулся к ней, руками и разумом, но ее мозг был окутан дымкой, непроницаемой для Гарри. Вампирский смог!
Гарри почувствовал, как наваливается тоска. Но нельзя было подавать виду. Она теперь вампир, она теперь и впрямь его раб. О влюбленности больше нет речи. Да и была ли любовь? В конце концов, он ведь вырвал ее из мертвых.
- Зачем ты уходила ночью? Я ведь велел ждать.
- Ну, ты же видишь, какая вокруг красота! Я тоже хотела поразмыслить обо всем под звездами... - Она прильнула к Гарри.
- И о чем ты размышляла?
"Ночь туманит тебя. Это разгорается огонь в твоих венах. А завтра встанет солнце, слепящее, изнурительное, и от его лучей будет больно твоей коже".
- Я подумала: может, ты не хочешь брать меня с собой, решил оставить меня здесь?
- Нет, это не так. Я возьму тебя с собой.
"У меня нет выхода, оставить тебя здесь - значит подписать тебе смертный приговор".
- Но ты же меня не любишь!
- Люблю, - солгал Гарри.
"Но это уже не важно. Ты тоже разлюбишь меня. Хотя похоть останется с нами".
- Гарри, мне страшно! "Поздно, слишком поздно!"
- Ты не должна здесь оставаться, - сказал он ей. - Будет лучше, если ты отправишься со мной.
- А куда?
Он увел Пенни в дом, прошел по всем комнатам, зажигая свет, и тут же вернулся к ней. Он показал Пенни круглый нож Найда с ее именем. Она судорожно вздохнула и отвернулась.
- А теперь подумай. - Голос Гарри был холодным, как зимняя вьюга. Представляешь, как он глядит на это и вспоминает твои муки и свое наслаждение? Она вздрогнула.
- Я думала.., думала, что забыла это. Я старалась забыть.
- Забудешь, - кивнул Гарри. - Когда все кончится, ты забудешь. Но я не могу оставить тебя здесь, а мне надо довести дело до конца.
- Я увижу его? - От одной этой мысли Пенни побледнела.
- Да, - кивнул Гарри. Его алые глаза засияли странной улыбкой. - А он увидит тебя.
- Но ты ему не позволишь напасть на меня?
- Обещаю.
- Тогда я готова.
***
За час до этого на эдинбургском вокзале Вэверли Тревор Джордан сел в спальный вагон ночного поезда до Лондона. Особых планов у него не было. Возможно, завтра утром он позвонит в отдел - проверить, куда дует ветер. И, если все нормально, снова предложит им свои услуги. Они его проверят, в данных обстоятельствах это естественно, и, конечно, захотят узнать все о его отношениях с Гарри Кифом.
Но он будет тянуть время, чтобы Гарри успел оказаться далеко отсюда, в противном случае Тревор откажется от любых поручений, если они будут во вред Гарри.
Не из страха, нет, а из уважения и благодарности.., хотя, если по правде, и из страха тоже. Гарри есть Гарри, к тому же он вампир. Не испытывать перед ним страха может только идиот.
Телепат взял постель, но уснуть не смог. Слишком много было у него на душе. Он вернулся из мертвых и никак не мог с этим свыкнуться, возможно, никогда не сможет. Даже смертельно больной, который внезапно выздоровел, не может испытывать тех чувств, что Тревор. Он был по ту сторону и вернулся. Вернулся благодаря Гарри.
Но чего не знал не только Джордан, но и сам Гарри, так это того, что благодаря некроскопу случилось еще и многое другое. Джордан не учел, что Гарри коснулся его разума, коснулся слегка, но все же оставил там отпечатки, и их нельзя было стереть.
Двое экстрасенсов, следовавших за Джорданом в том же поезде - один телепат, другой опознаватель, - воспринимали эти отпечатки как все тот же мозговой смог, призрак вампира. Они, естественно, не могли позволить себе глубокое зондирование - Тревор был превосходный телепат и заметил бы чужое присутствие, - к тому же Гарри Скэнлон, один из этих двух экстрасенсов, был в свое время учеником Джордана, пока его собственный талант не созрел окончательно.
Джордан тут же узнал бы его разум, не говоря уже о голосе и внешности. Поэтому оба экстрасенса держались от Тревора на некотором расстоянии, устроившись в противоположном конце поезда, за вагоном-рестораном. Они сидели, надвинув на лоб шляпы и уткнувшись в газеты, перечитанные не по одному разу.
Но Джордан не двинулся по вагонам в их сторону, не послал им ни единого телепатического сигнала. Он был вполне доволен, сидя в своем спальном купе, слушая перестук колес и глядя на убегавший назад ночной мир за окном. Его радовало то, что он снова стал частью этого мира. Надолго ли? Эта мысль ни на секунду не приходила ему в голову.
Когда поезд замедлил ход на виадуке, пересекая трассу Олнуик - Морнет, Скэнлон выпрямился на сиденье и, прикрыв глаза, в испуге попытался сконцентрироваться. Кто-то пытался связаться с его разумом. Но мысли были ясные, отчетливые, чисто человеческие - никакого вампирского тумана. Это была Миллисент Клэри из штаб-квартиры в Лондоне, где она, министр и дежурный офицер отдела находились для координации всех действий.