Страница 96 из 326
— Может, по тортику? — вклиняюсь в рекламную паузу, складываю губы в лебезящей улыбке. — По печеньке?
— По печени бы тебе зарядить, — мрачно произносит Маша, но слегка смягчается. — Хотя от печеньки тоже не откажусь.
Конечно, никто и не сомневалась.
— Только это не означает прощение, — предупреждает строго.
Разумеется, прощение надо долго и нудно вымаливать. Однако броня объекта дала трещину, скоро дойдем до капитуляции. Ну, в районе тортика.
***
Стартует ответственный этап. Стадия примирения пройдена, коварная схема действий озвучена в пределах допустимых подробностей, и остается непосредственно дело.
— Не спрашивай, откуда деньги, по-любому не сумею пояснить. Вообще, ни о чем меня не спрашивай. Есть строго обозначенная сумма и два месяца на раскрутку сайта. Документы оформляем на тебя, иначе никак. Итоги делим пополам, я щедрая. Но существует одно поганое условие. Не отобьем затраченное бабло — потеряем все с концами.
Кто бы еще подписался на подобную авантюру?
— Круто, — присвистнула Маша, доканчивая тортик. — Тебя завербовали в мафию? Типа как в «Крестном отце».
— Да, только без лошадиной головы и отрезанных пальцев, — показываю целые ладони.
— Значит, документы на меня, риск тоже, в случае неудачи теряю абсолютно все, работаю два месяца бесплатно, а итоги пополам, — тонко намекает.
— Итоги пополам, — игнорирую. — Бабло же я организовала. И проиграть мы не можем.
— Чисто теоритически…
— Чисто практически моя задница пойдет в расход, — обрываю не слишком вежливо. — Поэтому настраиваемся на победу.
— Гони бизнес-план, — соглашается Маша.
— Крутая шняга получилась, — с гордостью протягиваю ей выстраданную папку, довольно попивая чаёк.
— Посмотрим, — листает страницы, изучает пункты и выносит вердикт: — Крутая, но в Украине не сработает, это я тебе как человек с экономическим образованием говорю.
Фон Вейганд лоханулся?
— Составлено верно, с душой, старательно, — отправляет труд множества бессонных ночей в мусорную корзину. — Просто не покатит, нам надо действовать без всяких завихрений, по накатанной схеме. Изворачиваться и лгать, укрываться от налогов и пускаться на поиск халявы.
О, нет, фон Вейганд не способен лохануться, зато спутать карты, помочь, намеренно введя в заблуждение, а после подставить… но зачем?
«Действительно, зачем? — меланхолично заявляет внутренний голос. — Он ведь совсем не хочет выиграть пари».
— Завтра же снимаем офис, даем объявление о вакансиях. Нам нужны программисты и психологи, пусть оформят дизайн сайта, включат пресловутый двадцать пятый кадр, потом наберем переводчиков, — торжественно сообщает Маша. — Сгенерируем идеальный штат сотрудников, будем их муштровать, комбинировать угрозы и лесть. Это реально работает.
— Очень надеюсь, — начинаю нервно ерзать на стуле.
— Да что такое, Лора? Где боевой запал?
— Тут, — кисло улыбаюсь, поглядывая на радостного Дорика, уплетающего за обе щеки сверхвредное пирожное.
— Не бойся, — приободряет Маша. — Я тебя никаким донам Корлеоне в обиду не дам.
Мне б твою уверенность.
***
Почему в сутках не семьдесят два часа? Почему на собеседования приходят либо полные, либо частичные идиоты? Почему даже с учетом столь плотного графика работы меня принуждают активно готовиться к свадьбе?
Ответы на эти и другие вопросы в остросюжетном мини-сериале «Адский бизнес».
«Адский бизнес» — мы знаем, как превратить вашу жизнь в тотальный кошмар. С понедельника по понедельник, по всем телеканалам страны».
— С каким животным вы себя ассоциируете и почему? — Маша тестировала вопросы на живца.
То есть на меня, а уже потом на остальных подопытных кроликах.
— С кунг-фу пандой, — бросаю на автопилоте. — Хронические темные круги под глазами и неистребимая тяга к пельмешкам.
— Какого персонажа вы бы хотели сыграть, будь у вас выбор?
Александра фон Вейганда, давно жажду поиздеваться над людьми.
— Доктора Лектера, потому что я — настоящий социопат, — сползаю пониже в кресле, накрывая лицо бумагами. — Хотя настоящие социопаты никогда не говорят, что они социопаты, но все же.
— Ты не социопат, ты находишь общий язык со мной, — поправляет Маша.
— Серьезно, считаешь это доказательством психической вменяемости? — фыркаю.
— Ой, ладно, я абсолютно нормальная и добрая, — медлит. — Если разные дебилы не злят.
— Доктор Лектер тоже добрый, прекрасно общался с разными людьми, просто потом их ел. Только не всех, лишь врагов и хамов. Но его нельзя осуждать, у каждого свое хобби.
— Наверное, лучше пропустить вопрос «Если вы еда, то какая?»
— Пропустим.
— Если вы машина, то какой марки?
— Это же бред, — бормочу устало. — Дебилизм.
— Этот дебилизм помогает оценить уровень креативности, — авторитетно заявляет Маша и продолжает допрос: — Кого пригласите на обед из исторических деятелей?
Гитлера. Пусть вспомнит молодость на пару с дедулей Валленбергом.
— Клеопатру, — говорю вслух. — Необходимо узнать, как она при своих внешних данных свела с ума столько мужиков.
— Если бы корабль инопланетян приземлился напротив вашего дома, и вам бы предложили занять любую должность на планете…
— Я бы попросила галоперидола, — прерываю пытку. — И я попрошу, если не прекратишь спрашивать. Лучше помучить наших кандидатов.
И мы мучали, а кандидаты отвечали взаимностью и мучили нас.
— Расскажите о себе, — предлагает Маша.
— Бриллиант, упавший в грязь, все равно бриллиант, а пыль, поднявшаяся до небес, так и остается пылью, — профессионально начала дама, претендующая на вакантную должность психолога. — Я считаю, что двери счастья ни для кого не заперты, просто до многих не доходит, в какую сторону они открываются. Самое главное всегда целиться в луну, ведь даже если промахнешься и допустишь малейшую оплошность…
— Хорошо, — киваю. — Готовы ли вы идти на компромисс, и в каких именно ситуациях?
— Когда идёшь на уступки ради человека, который тебе дорог, и переступаешь через свои принципы, будь готов к тому, что этот человек переступит и через тебя, так как мало кто ценит подобное. Люди, вообще, мало что ценят: они всё воспринимают как должное.
— Ладно, — теперь не выдерживает Маша. — Что скажете по поводу сверхурочной работы?
— Каждый человек в состоянии тащить на себе определенное число неприятностей. Одну большую, две средних, три капитальных и так далее. Но потом наступает предел…
И наступает мой предел.
— Простите, но вы способны выражать мысли чем-то помимо «вконтактных» цитат?
— Лучше синица в руках, чем…
— Спасибо, мы непременно свяжемся с вами, — указываю на выход.
— Свяжемся, если предыдущие кандидаты заболеют и умрут, — прибавляет Маша.
Дама покидает офис с понурым видом.
— Жестоко, — журю подругу.
— По отношению к кому? — восклицает с возмущением. — Это, вообще, психолог или псих? Я так же умею цитатами разговаривать.
— Из «Очень страшного кино», — хихикаю.
— Не только, — толкает меня в бок. — Могу про целеустремленность.
— Для человека, который очень хочет в туалет, не существует никаких преград на пути к желанной цели, — начинаю подачу. — От него редко услышишь оправдания вроде…
— Я описался, потому что не было времени сходить в туалет, я слишком устал, лучше завтра схожу, — заунывным тоном вещает Маша.
— Я описался, утратив остатки надежды, не верил, что успею добежать, лишился мотивации, — картинно вздыхаю. — У меня депрессия, это все явно не для меня, я писался уже пять раз, все равно не успею добежать.
Терпим недолго, взрываемся хохотом.
А дальше как-то не до смеха — дама преклонных лет в латексном корсете и кожаной юбке, парень, ухвативший меня за щиколотку под столом, мужчина, с порога покрывший потенциальных работодателей матом.
Ну, в принципе, нас часто посылают, дело привычное. Но вот посыл прямо с порога испытали впервые.